Стоило моему лицу коснуться подушки, как я тут же провалилась в сон. Не помню, когда я последний раз так сильно напивалась.

Разговор с Майком принес свои плоды: вместо привычных видений про побег из леса и непонятного бреда мне виделось, что я блуждаю по его пустому дому, но никак не могу его найти.

Стоило мне только дернуть ручку спальни, и я сразу же открыла глаза.

Потянувшись за телефоном, я проверила время: уже почти два часа дня, и нам вроде бы скоро уже нужно выдвигаться по домам.

Из приоткрытого окна доносились крики и детский смех. Я слышала, как верещал Закари и как звал его Джейк, но никак не могла подняться с кровати.

Порывы ветра приносили свежий воздух и запах прошедшего дождя. Снова начался ливень, и вскоре он меня убаюкал вновь.

Сейчас мне было необходимо подняться с кровати и сходить в душ: я не купалась после озера и мои волосы слиплись.

Я едва нашла в себе силы, чтобы встать на ноги и найти в рюкзаке одежду. В целом я чувствовала себя отлично, если не считать легкой головной боли после дневного сна.

Выйдя из комнаты с полотенцем наперевес, я наткнулась на Майка, покидающего ванную комнату.

Он молча кивнул мне, и я, слегка помедлив, ответила тем же. Сейчас он не особенно разговорчив: видимо, когда кончается действие алкоголя, он возвращается в свое обычное состояние.

Я не винила его. Прошла мимо, заперлась в ванной и сразу же начала разглядывать свое лицо.

Тонкие полоски от ожога сошли на нет, а вчерашний макияж рассыпался и размазался.

Решив не тратить время, я залезла в душ и там же начала чистить зубы. Выходить из-под потока горячей воды вообще не хотелось, но и киснуть в душевой кабине не выход.

Спустя минут двадцать я все-таки вылезла и вытерлась. Надела бриджи, черную хлопковую рубашку и, расчесав волосы, собрала их в высокий пучок на затылке.

Прежде чем выходить, я взглянула в зеркало: теперь я была покрасневшей, глаза казались огромными, а шею я растерла настолько сильно, что она слегка пульсировала от моих стараний.

Я забрала свои принадлежности и вдруг увидела на полочке чужой мобильный. Скорее всего, это был телефон Майкла, но брать его личные вещи – это провальная идея.

Но телефон был в воде, поэтому я тут же схватила его и встряхнула, смахивая капли. Вытерев экран краем полотенца, я случайно разблокировала его.

На заставке был тот самый блондинистый пес породы золотистый ретривер. Он резвился в окружении кустарников. У собаки были по-человечески добрые глаза, он показывал длинный мокрый язык, словно улыбаясь на снимке. У его лап лежала тряпичная игрушка.

Я невольно умилилась, но вскоре очнулась и вышла в коридор, там же столкнувшись с Ноланом.

– Забыл телефон, – сказали мы в унисон, и мужчина на пару секунд застыл.

Он молча забрал мобильный. В глазах на мгновение вспыхнула искра благодарности.

Надо же, от вчерашнего улыбчивого Майкла не осталось и следа, и теперь все вернулось на круги своя: мы молчим, изредка перебрасываясь фразами по надобности.

Если другого выбора нет, то и этот я принимаю. Не заставлять же Нолана с собой общаться?

Тем более что надобности в этом тоже никакой.

Убрав вещи в рюкзак, я старалась не смотреть на экран своего телефона, чтобы не замечать несколько повисших сообщений от неизвестного номера. Я догадывалась, что это был Кайл, и пыталась хоть немного отдалить тот момент, когда мне нужно будет что-то с этим делать.

Сейчас я хотела еще немного побыть с Викки, поэтому спустилась вниз сразу с рюкзаком, чтобы закинуть его в машину и просто посидеть на улице.

На свежем воздухе Джейкоб и Закари играли в догонялки. Мальчик, громко смеясь, пытался поймать своего старшего друга, который специально поддавался ему. Викки сидела за столом и пила кофе, им пропахла вся терраса. И мой желудок предательски загудел от голода.

– Доброе утро, – улыбнулась мне девушка, – ты уже хочешь уехать?

Я покачала головой.

– Просто отнесу рюкзак…

– Что-то не так? – Викки присмотрелась ко мне, а потом поднялась. – Схожу с тобой.

Протестовать я не собиралась, поэтому молча согласилась, и мы пошли к машине. К тому же ключи были у Викки.

– Что случилось? – уже тише спросила она. – Ты бледная. Это Вуд?

– Да, он пишет с левого номера, – чуть слышно прошептала я в напряжении, – что мне с ним делать?

– Слушай, ну, пока он не подобрался к тебе, полиция, наверное, забьет на это, – пожала она плечами, – но как только он появится в поле зрения, то сразу можешь идти и писать заявление!

– Я не понимаю, что с моей жизнью происходит, – сорвалась я. – Почему я должна это терпеть? Этого гребаного Вуда, его сообщения, звонки, черт…

– Так, тихо. – Викки остановила меня у машины.

Она забрала мой рюкзак и закинула его на заднее сиденье, а затем обернулась и положила руки мне на плечи.

Я попыталась дышать поглубже, чтобы вдруг не расплакаться из-за переживаний, пожирающих изнутри. Почему-то после нескольких счастливых дней я вдруг раскисла.

Викки меня обняла. Она старалась успокоить, поглаживая по спине и тихо шепча слова поддержки:

– Слушай, не переживай из-за него. Разберемся! Он не посмеет к тебе даже подойти.

– Я пытаюсь, – выдохнула я обеспокоенно, – но почитай!

«Я все равно с тобой увижусь».

«Ты правда игноришь меня? Наивная».

У меня не хватало сил реагировать на его выпады. Викки рассердилась, прочитав эти два сообщения.

– Бред, он больной… – фыркнула она. – Не думаю, что реально к тебе придет. Пусть только попробует!

Я постаралась успокоиться, пока подруга продолжала поглаживать меня по спине, но внезапно у меня зажужжал мобильный.

На экране горело «Нэйтан Холт». Он куратор моей группы, и на его звонок необходимо было ответить.

Вытерев рукавом рубашки слезы и прокашлявшись, я взяла трубку.

– Здравствуйте, мистер Холт.

– Эшли, здравствуй. Нужно, чтобы ты приехала на несколько дней, ты должна подписать документы и дождаться другой пачки.

– Какие документы? – спросила я, едва скрывая в голосе непонимание.

– Для перевода тебя на следующий курс. Для того, чтобы тебя не выселили из общежития и прочее. Бюрократия, в общем. Ты обязательно нужна тут.

– Просто я… Я не дома, – произнесла я смущенно, – мне ехать несколько часов, я у тети.

– Эшли, пожалуйста, на пару дней, иначе тебе же будет хуже. Мы тебя ждем завтра.

– Окей, – только и выдохнула я. Спорить с Холтом не хотелось.

Викки грустно на меня посмотрела.

– Поедешь?

– Куда я денусь…