Когда Дар, проводив Иглу до ворот, вернулся в избу, Ласка и Светозар сидели за столом и пристально всматривались в блюдо с черешней.

– Давай-давай! – Ласка возбуждённо постукивала кулаками по коленям. – У тебя получится. Представь, что ты уже это сделал!

Светозар, высунув кончик языка, попытался взять черешню двумя пальцами, но они прошли ягоду насквозь. Светозар злобно выдохнул, Ласка протянула разочарованное «у-у-у».

– Чем занимаетесь? – Дар остановился на пороге горницы и прислонился плечом к дверному косяку.

– Светик пожаловался, что не может трогать предметы. Я предложила ему помощь – здоровая доля поддержки поможет в любом деле.

Дар приподнял брови – Светик? Похоже, эти двое успели неплохо поладить. Светозар же, который всё это время вглядывался куда-то за спину Дару, нахмурился.

– Где Игла? – спросил он.

– Отлучилась по делам.

– По каким?

– Полагаю, раз она не предупредила, тебя они не касаются.

– Меня касаются все её дела.

– Это не тебе решать, а ей.

– Ты… – Светозара прервал протяжный грохот и звон посуды – это Ласка, кряхтя, принялась отодвигать в сторону тяжёлый обеденный стол. – Ты что делаешь?

– Освобождаю место, – отозвалась она с широкой ребяческой улыбкой, – чтобы вам драться было удобнее.

Дар склонил голову набок, складывая руки на груди.

– Мы не собираемся драться.

Ласка громко фыркнула.

– Пф! Это я вас ещё подначивать не начала!

Дар со Светозаром переглянулись. Весёлость Ласки заметно охладила стремительно возросшее напряжение. Некоторое время они молчали, вперившись друг в друга, а потом Светозар сказал, почти примирительно, но не без толики былой заносчивости:

– Игла сказала, что ты хорошо разбираешься в магии и всяком таком.

– Допустим. – Дар старался говорить равнодушно, но Светозар не нравился ему до такой степени, что аж кишки перекручивало. То, как он держался, как говорил с Иглой и про Иглу. То, что делал с ней. Что делает с ней. Дару пришлось медленно вдохнуть и ещё медленнее выдохнуть, чтобы сохранить подобие душевного равновесия.

– Она сказала, что ты можешь мне помочь. – Светозар махнул рукой так, словно хотел сбить стакан с края стола, но рука прошла насквозь и стакан даже не шелохнулся. – Научить меня взаимодействовать с окружающим миром.

– Ты же Ворон, разве нет? – Дар кивнул на его чёрный с серебром кафтан. – Из охотников на нечисть. Разве сам не знаешь, по каким законам существуют призраки?

– Ах, это… – Светозар смущённо засмеялся, смахнул невидимую пыль с рукава кафтана и взъерошил пятернёй зыбкие чёрные кудри. – Так уж вышло, я был не самым прилежным учеником…

– Ну да. – Дар окинул взглядом призрачную фигуру. – Я так и понял.

– Ну так что? Подсобишь? – Светозар улыбнулся шире своей самой обворожительной и не терпящей отказа улыбкой. – По-братски.

Бровь Дара непроизвольно дрогнула.

– Я тебе не брат.

Светозар откинулся назад, вальяжно забрасывая локоть на подоконник, и закинул ногу на ногу.

– Хочешь, чтобы я называл тебя учителем? Повелителем? Господином?

Дар хотел послать его в задницу. А ещё лучше – расщепить на частицы хаоса. Уничтожить призрака – дело нехитрое даже для такого бездаря, каким был Дар. Камешек багреца побольше, заклинание посильнее да пучок полыни потолще – и нахала как не бывало. Но сейчас было совершенно неважно, чего хотел Дар. Если не научить Светозара взаимодействовать с материальным миром, этот упёртый баран будет пытаться сделать всё сам и в момент обглодает Иглу до костей.

– Призраки сильно зависят от чувств, которые испытывают, – бесстрастно сказал Дар, оттолкнулся от дверного косяка и, пройдя в горницу, одной рукой легко вернул стол на прежнее место.

– Сегодня без драки, поняла, – грустно пробормотала Ласка и забралась на лавку с ногами.

Дар поставил перед Светозаром пустой стакан.

– Чем сильнее чувства, тем больше они приближают тебя к материальному миру. Твои чувства – это единственное… живое, что в тебе осталось.

– Точно, – протянул Светозар. – Кажется, я что-то такое припоминаю со времён обучения.

Светозар кивнул и решительно уставился на стакан, но тут Дар накрыл его ладонью и отодвинул:

– Но сперва пообещай мне кое-что.

Светозар вскинул на него недоверчивый взгляд.

– Что?

– Я научу тебя двигать вещи и делать прочие призрачные глупости – с двумя условиями. Первое – ты не будешь практиковаться сам, за пределами наших занятий. Второе – когда научишься, не будешь использовать свои силы без крайней необходимости.

Светозар нахмурился.

– Чего это вдруг?

Дар пожал плечами.

– Таковы мои условия. Ты хочешь научиться или нет?

Светозар скривил губы, цыкнул, но всё же мотнул головой.

– Пообещай.

– Да обещаю. Пока ты не просишь называть себя господином, я на всё согласен.

Ласка тихонько захихикала, поедая черешню и с интересом наблюдая за происходящим. Дар ухмыльнулся и кивнул.

– Что ж, тогда приступим. – Он вернул стакан на прежнее место. – Как я уже сказал, твои чувства – ключ к материальному миру. Радость, страх, злость, любовь, печаль – подойдёт любое. Со злостью обычно проще всего. – Дар придвинул стакан ближе к Светозару. – Вспомни что-то, что тебя сильно порадовало или огорчило, мысленно вернись в тот момент, проживи его заново, и когда поймёшь, что чувства наполнили тебя, как этот пустой стакан, направь их сюда. – Он постучал ногтем по стеклянной кромке.

Светозар сосредоточенно нахмурился. Вскоре на его лице появилась растерянность, будто он не знал, за какое воспоминание хвататься.

– И так надо будет делать каждый раз? Копаться в воспоминаниях и пыхтеть над ними, чтобы просто сдвинуть что-то с места?

– Сперва – да, но со временем станет легче, когда ты поймёшь принципы, по которым происходит сцепка с реальным миром.

– Принципы? Так может, с них и начнём? – Светозар скрестил руки на груди. – Зачем тратить время попусту?

Дару понадобилось всё имеющееся терпение, чтобы сохранить внешнее спокойствие. Удивительно, что никто не отгрыз голову этому дураку ещё в детстве.

– Не получится. Я не знаю, что это будут за принципы. Я никогда не был призраком и никогда не был тобой. Только ты можешь это почувствовать, запомнить и применить после. Так что сперва придётся научиться работать с воспоминаниями. Давай. Ты ещё даже не попробовал, а уже нос воротишь и ищешь пути покороче.

– Что плохого в том, чтобы выбирать лёгкий путь?

– Прости, я забыл… – Дар изобразил задумчивое лицо и опёрся ладонями на стол. – Мы учимся двигать предметы или разводим философские беседы?

Светозар недовольно скривился, но промолчал и снова уставился на стакан. Пока он копался в своей памяти с отсутствующим выражением лица, Дар его разглядывал. Надо отдать Игле должное, в женихи себе она выбрала писаного красавца, из тех, за кем бегает половина деревни, а вторая половина печально вздыхает, понимая, что такая рыбка им в руки не дастся. Но что Игла в нём нашла? Она ведь не из тех, кто падок на внешнюю красоту, она смотрит глубже и видит больше других – в этом Дар уже не раз успел убедиться. И сейчас ему всё ещё казалось, что, кроме красивого лица и складной фигуры, в её «ненаглядном» ничего примечательного нет. Почему Светозар выбрал Иглу, Дар вопросом не задавался: она была ослепительной, будто весеннее солнце, потрясающей, будто бушующая гроза, она была Иглой…

– Не получается! – выпалил Светозар, раздувшийся от натуги. Если бы его лицо было способно краснеть, он наверняка уже стал бы пунцовым.

– Пробуй ещё.

– А толку?

– Пробуй. Ещё.

Светозар наградил Дара испепеляющим взглядом и вернулся к стакану. Но после долгих пыхтений, ворчаний и ещё трёх неудачных попыток опять принялся стенать и кукситься.

– Ты меня чему-то не тому учишь. – Он откинулся спиной на стену и сложил руки на груди. – Пробуй что-нибудь другое.

– Нет, это ты недостаточно стараешься.

– Ты не знаешь, насколько я стараюсь. Помнишь? Ты сам сказал, что ты никогда не был ни призраком, ни мной, так что не решай за меня.

– А ты не решай за меня, как тебя учить. Другого способа нет, так что либо делай то, что я говорю, либо брось эту затею и не трать моё время.

– Ух, какой суровый дяденька, – громко прошептала Ласка, игриво глядя на Дара. – Загляденье! Ты со всеми такой строгий учитель или только со Светиком? Всё потому, что ты ревнуешь?

Дар посмотрел на неё нарочито устало.

– О чём ты?

– У вас с Иголочкой наверняка была такая приятная ладность, а тут так неудачно её жених вернулся и всё разрушил…

Светозар нахмурился.

– Какая такая ладность?

– Никакой…

– Ой, они были точно два нежных голубочка! – перебила Дара Ласка, прикладывая ладони к зарумянившимся щекам. – Ссорились, только когда Дар по ночам был не слишком старательным.

– Ласка, прекрати… – предупредительно прорычал Дар, но та уже разошлась:

– Что? Разве не об этом вы мне за завтраком пару деньков назад рассказывали? Про то, как ты её молотом поколачивал.

– Ты – что?! – глаза Светозара налились неподдельной яростью. Стакан на столе задрожал, хотя Светозар к нему даже не прикасался. А потом – с оглушительным звоном лопнул.

– Смотри! Смотри! Получилось! – Ласка подскочила на месте, хлопая в ладоши, но Светозар даже не взглянул на неё, продолжая с ненавистью смотреть на Дара. – Дар, скажи, что ты больше всего в Иголочке любишь? Талию или бёдра?

Задрожала посуда, застучали ложки, подпрыгивая на месте.

– Что ты творишь? – гаркнул Дар, бросая на Ласку злой взгляд.

– Ускоряю обучение! И я, похоже, гораздо более умелый учитель, чем ты! – с восторгом воскликнула Ласка.

Стол запрыгал, будто ретивый конь, задрожали окна, заскрипели полы и стены, будто вдруг началось землетрясение.

– Нет, ты разозлила чёртового духа!

– Так разве не в этом была суть? – Восторг Ласки сменился непониманием и легкой обеспокоенностью в голосе.

– Надо было вызвать приглушённые чувства из воспоминаний, а не превращать его в реальный клубок ярости! – выпалил Дар и помахал рукой перед невидящим взглядом Светозара на окаменевшем лице. – Эй! Не слушай её. Светозар, она соврала. Эй!

– Да-да! Я пошутила! – Ласка спрыгнула с лавки, но пол шатался так сильно, что она не устояла на ногах и упала на колени. – Мамочки! Светик, хватит! Я пошутила, миленький!

Потолочная балка надломилась. Дар схватил Ласку за локоть и оттащил в сторону за миг до того, как перекрытие рухнуло на пол. По печке пошли крупные трещины.

– На выход! Быстро! – Дар потянул Ласку за собой.

Едва они успели соскочить с крыльца, как крыша избы с треском разломилась и провалилась внутрь. Лопнула завалинка, окна перекосило, и правый угол избы сложился, поднимая коричневое облако пыли. К забору уже подбегали люди, привлечённые страшным грохотом. Дар забросил Ласку себе на спину и, перепрыгивая через бегущие по сухой земле трещины, выскочил со двора, опасаясь, что изба окончательно рухнет и их придавит обломками.

Но изба устояла. Повыв и покачавшись ещё немного, она вздохнула, будто живая, и замерла согбенной старухой.

– Какого хрена тут творится?

Дар обернулся и увидел в толпе зевак ошарашенную Иглу. Она переводила взгляд с избы на Дара и обратно.

– Тут такое дело. Тебе со Светиком придётся очень серьёзно поговорить, – пискнула Ласка, виновато выглядывая из-за плеча Дара.

– Что тут творится! – Сквозь толпу пробился невысокий упитанный купец, который заведовал гостевыми избами Любограда. – Боги! – Он в ужасе схватился за рыжую бороду. – Как вы это объясните?!

Дар тяжело вздохнул, поправляя на спине болтающую босыми ногами Ласку.

– Я всё оплачу.

– Разумеется, вы всё оплатите! Трикрат! – взвизгнул купец, взмахивая длинными рукавами кафтана, красный от гнева. – Милостивый Перун! Я сообщу об этом беспределе в Гвардию. Тут наверняка замешана чёрная магия!

– Не нужно. – Дар вежливо улыбнулся, понижая голос. – Уверен, у подобного недоразумения есть более разумная цена.

Купец продолжил было вопли, но запнулся и заинтересованно прищурился.

– Боюсь, у вас нет столько серебра, – сказал он тихо.

– Вы правы, – всё ещё улыбался Дар. – Как вы относитесь к золоту?

– Наверняка пострадали и соседние дома, придётся всё досконально проверить…

– Уверен, золота хватит и на это.

Купец шмыгнул носом, пригладил бороду и сказал уже гораздо более мирно:

– Тогда буду ждать вас в своём тереме. И чтобы к вечеру даже духу вашего на моей улице не было.

– Разумеется. – Дар покорно кивнул.

Купец развернулся и замахал руками.

– А вы чего столпились? Расходимся, расходимся! Работы невпроворот. Манька, забери своих, а то всю прислугу выпорю!

Игла проводила взглядом разбредающуюся толпу, а потом повернулась к Дару. И он с тревогой отметил её болезненную бледность. Вспышка гнева Светозара не прошла для неё даром.

– Это Светозар? – спросила она.

– Ого, как ты угадала? – спросила Ласка.

Игла пожала плечами.

– Чуйка.

– Что?

– Неважно. – Игла вздохнула и упёрла руки в боки, с сожалением оглядывая избу. – А я надеялась, что вы поладите.

– У них почти получилось, но потом я им вовремя помогла, – виновато хихикнула Ласка, обхватывая талию Дара ногами и подтягиваясь повыше, чтобы удобнее было выглядывать из-за плеча. – Но я уверена, что ты всё исправишь, Иголочка.

– Нет уж. – Игла мотнула головой. – Ты натворила, ты и исправляй, Ласка.

Та шмыгнула носом и скрылась за плечом Дара.

– Ладно, – донеслось оттуда.

– Пойдём. – Игла кивнула Дару и переступила покосившиеся ворота. – Полагаю, у нас не так уж и много времени на то, чтобы собрать вещи. Похоже, пришло время отправляться в путь.