Настя внутренне вздохнула, наблюдая за тем, как работает один из лучших людей Императора. Она ожидала, пока генерал-губернатор Зинтон закончит принимать одного из своих людей, присев рядом с дверью в его кабинет. Никанор Михайлович вот уже больше двух месяцев находился в Тверди, проводя какое-то расследование и при этом старательно не афишируя присутствие тут.

Несмотря на то, что сам Зинтон был крайне заметной фигурой в Империи, его частые отлучки по поручениям Императора стали традиционными. Всё благодаря собранной им команде, большую часть которой не знал никто, даже сам Император. Сильные Изменённые, бойцы поддержки, члены всевозможных гильдий и объединений, юристы и чиновники. Кого там только по слухам не было. И раз уж Зинтон оказался здесь, в Тверди, значит, сам правитель обратил внимание на это место.

Наконец, дверь кабинета открылась, выпуская девушку небольшого роста и комплекции, правда Настя нисколько не обманулась её видом — очень сильная Изменённая, неизвестного пути развития. Девушка мельком глянула на неё и, вежливо поприветствовав, направилась прочь.

— Анастасия, заходи! — донёсся из кабинета знакомый голос Никанора Михайловича.

Почётный губернатор без собственной провинции, как говорили некоторые злые языки, сидел за своим столом напоминая скорее доброго дедушку, чем одного из самых влиятельных людей Империи. Настя хорошо знала, что при всей близости её семьи к императорскому дому (фактически являясь его частью), он не подумает и секунды перед тем, как уничтожить её, если того потребует долг генерал-губернатора. И оттого, этот добрый дедушка всегда воспринимался ей, как личный страж Императора и никак иначе.

Сегодня она должна была уехать домой, в столицу, но, похоже, всё шло к тому, что этого не произойдёт. Силы оракула настойчиво говорили об этом, и оттого хотелось грязно выругаться, даже несмотря на то, что Настя была наследницей одного из сильнейших благородных.

— Вы хотели меня видеть, господин губернатор? — девушка традиционно поклонилась.

— К чему эти расшаркивания, Настя? — улыбнулся он ей открытой улыбкой. — Мы знакомы столько лет. Как поживаешь?

— Всё хорошо, господин губернатор, — нейтрально ответила она, даже и не думая следовать его просьбе.

— Хах, вся в отца, — махнул он рукой, приглашающим жестом указывая на стул, стоящий перед столом. — Садись, хочу тебя кое о чём расспросить.

— Слушаю вас, — Настя послушно уселась на не самый удобный стул, хорошо понимая, что таким он сделан совершенно намеренно.

Личная квартира генерал-губернатора была обставлена согласно его рекомендациям, и этот дотошный до каждого мелкого нюанса старик совершенно точно не мог упустить такой момент, как стулья. Не он точно.

— Как ты, наверное, догадалась, я в Тверди неофициально, знать о моём присутствии никому из местных и не местных, не обязательно, — прозрачный намёк.

— Конечно, я всё понимаю, — тут же кивнула она.

— Отлично. Как ты понимаешь, в подобном положении есть некоторые минусы. И главный — я не могу лично выбираться из своих апартаментов. Секретность и всё такое прочее. Именно поэтому мне нужны в городе свои глаза и уши.

— Хотите, чтобы я стала одной из них? — не удержалась от вопроса Настя, когда генерал-губернатор сделал небольшую паузу в объяснениях.

Ей стоило больших трудов удержать лицо спокойным. За кого генерал-губернатор её принимает?

— Бог с тобой, Настя, — рассмеялся тихо старик, видимо, всё-таки что-то разглядев в её глазах. — Ты же наследница одного из великих домов, неправильно это как-то. Нет, меня интересуют две вещи и будет одна небольшая просьба. Так уж вышло, что, судя по нашим сведениям, ты сошлась с одним необычным наследником…

Он вытащил небольшую прямоугольную фотографию и передал её девушке. Та, не совсем понимая, взяла её, взглянув. На ней был запечатлён Антон Марет, один из Наследников малого дома. Простой человек, даже не Изменённый, с ним было интересно пообщаться, но ничего более. Почему он заинтересовал генерал-губернатора?

— Расскажи мне всё, что знаешь о нём. Личные впечатления, ощущения, странности. А потом обсудим местную Аристократию, особенно интересно твоё мнение об Арзов.

Анастасия вопросительно посмотрела на сидящего за столом старика, но, так и не дождавшись пояснений, внутренне вздохнула и, сосредоточившись на собственных воспоминаниях, постаралась как можно точнее описать ему Антона и то, о чём они говорили. В конце концов, ничего такого она всё равно рассказать не могла.

* * *

На то, чтобы хотя бы частично разобраться в полученной способности и научиться сносно работать с ней, у меня ушло несколько дней. Не сказать, что это было очень продуктивно. Активация способности съедала огромное количество сил, пускай и быстро восстанавливающихся, из-за чего тренировать навык «Повелителя удачи» было не самым простым делом.

Но даже так, очень быстро стало очевидно, что навык хорош лишь в прямом столкновении с врагом или любой иной опасностью, а вот использовать его в качестве поддержки в обычных делах не получится.

Способность не влияла на разумы людей, не могла создать удачу из ничего и могла помочь лишь в моменте (а там попробуй угадай, что поблизости появилась какая-то хорошая возможность). Несмотря на весь свой потенциал, способность имела слишком уж много ограничений. Вероятно, для начальной ступени пути возвышения это в каком-то смысле даже норма.

Помимо тренировок, я занялся нужными мне закупками, раз уж появились деньги. Прежде всего, приобрёл нормальный клинок, о чём говорил ещё совсем недавно Ва'йану. А также заготовки под амулеты. Ну и само собой, отправился на своё первое занятие в Лаборантум Артефакторум.

К слову, там я действительно обнаружил сразу несколько Наследников не самых бедных малых благородных Домов. В основном девушки, кстати. Почему-то среди благородных домов артефакторика стала считаться традиционно женским занятием. Почему? Ума не приложу.

Так или иначе, но сами практические занятия проходили в небольшой лаборатории на первом этаже здания Лаборантума и неожиданно для меня оказались даже полезными. Всего в группе занималось двенадцать человек, восемь из которых являлись Наследницами, ещё трое забитых на вид парней были направлены сюда от магистрата, ну и ваш покорный слуга.

Что касается наставника, ну или скорее наставницы, то ею оказалась молодая на вид девушка, со званием младшего мастера артефактов и необычным именем — Ласка. И, надо сказать, дело своё она знала, очень доходчиво и просто объясняя ученикам сложные вещи. У меня был некоторый опыт в преподавании, так что мастерство наставницы я оценить сумел.

На меня посматривали с любопытством, и даже без презрительного прищура, как иногда бывало в компании с иными представителями и представительницами благородных домов. Парни… ну, их взгляды были скорее настороженными, как ни крути, я был, судя по нацепленному значку дома, из благородных, а с такими следует быть всегда осторожными.

— Ученики, познакомитесь с Антоном Маретом, — представила меня наставница. — Он чуть опоздал с началом занятий, но, судя по рекомендации от мастера Шутова, это не должно вам помешать?

— Да, я быстро схватываю, — заверил её.

— Отлично, тогда занимай место и мы начинаем.

Тут не было обычных для любой лекционной аудитории рядов или парт, вместо этого в лаборатории в середине стоял вытянутый стол просто гигантских размеров, за которым и размещались все ученики. На самом столе повсюду лежали части каких-то артефактов, осколки тацита, колбы с непонятными реагентами и инструменты, включая сразу несколько уже знакомых мне очков с множеством окуляров.

Я присел на ближайшее место, рядом с высокой девушкой из малого дома… кажется, судя по значку, это был один из богатейших, Отмик. Но могу ошибаться, уж очень плохо Антон помнил наименования даже самых выдающихся местных домов. С другой стороны стола на меня пялился долговязый парень где-то лет восемнадцати, но вот так на глаз определить его возраст я мог лишь примерно. Наследница дома Отмик отстранёно кивнула мне и вновь сфокусировалась на своём занятии — разбирая небольшой защитный амулет с простым, по внешнему виду, плетением.

— Прежде всего, давай посмотрим твой уровень, — наставница, между тем, подошла ко мне, отодвинув один из соседних, пустующих стульев, присела. — Расскажи, что ты умеешь и чего ждёшь от наших уроков?

— Я самоучка. Сам разбирался со многими вещами, плюс имеющаяся в свободном доступе литература, — послышались едва уловимые смешки, ученики явно не оценили моего признания. — Хочу получить понимание некоторых терминов, разобраться с методами создания артефактов и работой с ними. Можно сказать, стоит начать с нуля.

— Хмм, самоучка, значит? Давай посмотрим, что ты умеешь, и уже исходя из этого попробуем решить твои вопросы? А ну и можешь спрашивать, что тебе интересно, прямо по ходу дела.

— Что мне создать? — я осмотрел ту часть стола, что была передо мной, тут хватало всего и можно было создать несколько занятных игрушек.

— На твоё усмотрение, а я просто посмотрю.

— Без проблем, — кивнул ей и взял в руки простой нож-заготовку, лежащую неподалёку, и сразу получил от окружающих ехидные взгляды.

Интересно, они считают, что с такой заготовкой работать сложнее? Или тут скрывается что-то ещё?

Так или иначе, но гадать можно вечно, лучше сейчас заняться делом. Краем глаза заметил, что за моими действиями уже следили все присутствующие. Любопытство ощущалось сейчас от них всех. Ну, ничего выдающегося я сейчас и не думал показывать. Взял за основу самую простую печать остроты, точнее её местную вариацию.

Благодаря изученным книгам по артефакторике я примерно представлял себе, что от меня требуется делать, за вычетом некоторых тонких моментов, которые пришлось аккуратно прикрывать элементарными приёмами из руники. Сюда я пришёл, прежде всего, разобраться в искусстве создания артефактов, а не показывать мастер-класс рунической магии, так что демонстрировать что-либо экстраординарное не планировал.

Взял самый малый осколок тацита и специальный прибор, называемый местными «экстрактором». Так как в этом мире никто не имел никакого понятия о магии, в том числе и о моей рунической, местные не умели напитывать свои изделия магической энергией, эта проблема решалась тацитом, особым минералом, который выделял очень много этой энергии. Да, сырой и ядовитой (если обычному магу попытаться поглотить её, ничего хорошего не произойдёт, в лучшем случае отделаешься сильнейшим отравлением магических каналов), но всё равно энергией. Как раз экстрактор и выделял эту самую энергию, после чего её можно было ввести в нужное изделие.

В моём случае камень был совсем маленький, но его должно было хватить с большим запасом. Одновременно с этим я подготовил заготовку ножа, воспользовавшись методом Лаборантума — выведя с помощью специального шила на лезвии ножа замысловатый рисунок. Это основа зачарования артефакта, именно рисунок определяет эффективность получившегося изделия.

В этот момент за моими действиями внимательно следили все. Для местных именно этот момент был определяющим, очень ценилась точность рисунка. И кроме экспериментаторов (опасный для местных раздел искусства артефакторики), больше никто не отваживался вносить изменения, ибо это очень часто вело к самым непредсказуемым последствиям.

Мастерам приходилось работать либо по проверенным схемам, либо рисковать. Следствие того, что они крайне слабо разбирались с принципами рунической артефакторики. Подключали математический анализ, пытались найти закономерности там, где их в принципе быть не могло. Ну и не понимая магических основ, им приходилось работать, просто повторяя те схемы, которые удавалось рассмотреть в найденных артефактах, ещё и пытаясь понять, что каждая конкретная схема давала.

Экстрактор издал небольшой звон, когда закончилось извлечение. Я же одновременно с этим чуть поправил с помощью своей силы получившийся рисунок, внеся в его структуру небольшие изменения для стабильности всего плетения, заметить такое, не владея магическим зрением, невозможно.

Далее уже было делом техники, я положил заготовку в специальный отсек экстрактора и влил в него извлечённую из тацита энергию. Секунда — и вот лезвие ножа засветилось мягким синеватым цветом, повторяя получившийся рисунок. В какое-то мгновение синеватый цвет вспыхнул, красным — зачарование завершено.

Не идеально для меня, как рунического мага, но более чем сносно для местных. Я вытащил получившийся клинок, быстро на глаз оценив рисунок и его наполнение магической силой. Вышло хорошо, и, если бы наставница или кто-то из её учеников умел использовать магическое зрение, они бы точно оценили мои решения со стабилизацией и усилением плетения, а так получилось с их точки зрения стабильно и эффективно.

— Отличная работа, — с улыбкой подтвердила мои мысли наставница. — Пускай зачарование и самое простое — острота, но исполнено практически без нареканий. Виден и опыт, и понимание. Мне даже не верится, что ты новичок.

На это я лишь пожал плечами, хвастать своим опытом прошлой жизни, понятное дело, не сильно хотелось. Наставница Ласка же со знанием дела проверила остроту получившегося изделия несколькими тестами, окончательно убедившись, что всё выполнено идеально, кивнула.

— Ладно, теперь мне понятен твой уровень исполнения, я так понимаю, с практической частью у тебя пока вопросов не очень много, тебе интересно скорее теория, так?

— В основном так, — не стал отнекиваться я. — От практики, конечно, я тоже не откажусь, но пока хотелось бы сосредоточиться на теории.

— Отлично, тогда задавай вопросы, а я постараюсь тебе наиболее полно ответить на них, ребята же могут либо слушать мои объяснения, либо заняться своими проектами, задачи у вас у всех поставлены.

Сидящие за столом дружно закивали, соглашаясь. Похоже, теория для этих ребят была не самым интересным предметом. Что же, в чём-то я их даже понимаю.

Так и началось моё обучение теории. Не скажу, что от этих знаний я получил много полезного, но зато теперь стал намного лучше ориентироваться в местной артефакторике. Параллельно со своими расспросами я показывал некоторые свои навыки, делясь кое-какими маленькими секретами ремесла руников.

Ничего серьёзного, в основном что-то из практик младших учеников. Например, предложил перед накладыванием печатей (у местных этот процесс почему-то назывался выведением) зачищать поверхность с помощью слабого магического потока от тацита. Это сильно облегчало воплощение и гравировку печати.

И только лишь это одно ввело Ласку в такой восторг, что она на радостях даже обняла меня, тут же напомнив о том, что я так-то сейчас нахожусь в теле молодого парня, а она крайне симпатичная девушка. Мда, вот уж не думал, что придётся использовать способность пустого разума, чтобы успокоить разбушевавшиеся гормоны…

— Мастер Шутов отзывался о тебе, как о сильном специалисте, но имеющем пробелы в знаниях, но я никак не ожидала, что разница между пониманием теории и практикой может быть настолько огромной, — призналась как-то она, под одобрительные кивки других учащихся, те также оценили мои навыки, хоть я и не показывал ничего выдающегося или сложного.

— Это базовое создание артефактов, самые простые решения, какая уж тут разница?

— Ну, может, изделия и самые простые, но вот их воплощение и скорость, с которой ты это делаешь… да даже я делаю это медленнее.

У меня непроизвольно дёрнулся глаз. Вот это была моя ошибка, неожиданно глупая для великовозрастного рунического мага… будь я сейчас один, выругался бы вслух. Скорость создания плетений. Я даже и не подумал о том, что местные артефакторы делают это медленнее меня. Проклятье.

Ну, ничего уже не поделать, главное, теперь не демонстрировать свою выдающуюся скорость на чём-то сложном. Или это будет совсем уж подозрительно.

Одновременно со всеми этими делами мы вместе с Ва'йаном занялись созданием нормального оружия для меня. Благо купленная заготовка меча оказалась действительно хорошей и полностью стоила своих очень немалых денег. Подошли к этому мы со всей ответственностью, занимаясь нанесением рун и воплощением плетений все свободные вечера до поздней ночи. И это позволило уже к концу недели создать весьма неплохое оружие. А по меркам этого мира, так и вовсе, наверное, самый настоящий шедевр. Без ложной скромности могу сказать — это было лучшее, что я мог создать на своём текущем уровне развития источника.

Ещё одним проектом, на котором я решил сосредоточиться, была печать подчинения. Это был уже высший пилотаж для любого рунического мага и, понятное дело, в настоящем воплощении недоступный мне. Ни в родном мире, ни сейчас. Если коротко, то эта штука позволяла контролировать других людей (но не магов), через подчинение души. Создание такого артефакта приравнивалось к защите ступени архимага в артефакторике.

Мне же пришлось значительно перерабатывать плетение (с учётом того, что я и помнил-то его очень смутно) и из безусловного подчинения любого разумного, у меня получилось сделать что-то вроде «печати контрактного подчинения». Это плетение срабатывало только в одном случае — если разумный сам соглашался подчиниться и полностью открывал печати свою душу. Пока, всё это было лишь на бумаге… а от сложности получившейся печати у меня всё внутри переворачивалось, но уже только это можно было смело назвать невероятным успехом. Осталось дело «за малым» воплотить печать в артефакте.

Ну а где-то спустя несколько дней после начала моих тренировок навыка «Повелителя удачи» и обучения в Лаборантуме, печати, оставленные рядом с клиникой богов-близнецов, подали сигнал о том, что там происходит что-то очень странное.