Когда молодой друг мистера Гоббса покинул его, чтобы отправиться в замок Доринкорт и превратиться в лорда Фаунтлероя, старый лавочник почувствовал себя совсем одиноким; ему недоставало его маленького собеседника, в обществе которого он провёл столько приятных часов.

Так продолжалось две или три недели, пока мистеру Гоббсу не пришла в голову мысль. Он решил повидать Дика. Он знал о чистильщике обуви все подробности от Цедрика и надеялся теперь разогнать свою тоску в разговорах со старым товарищем уехавшего мальчика.

Итак, однажды, когда Дик усердно чистил сапоги прохожего, на панели остановился какой-то низенький, толстый человек с унылым лицом и лысой головой и стал пристально глядеть на вывеску, на которой было написано:

«Профессор Дик Типтон не имеет себе равных!»

– Откуда вы всё это добыли? – спросил человек у чистильщика.

– У меня был приятель, – ответил Дик, – маленький мальчуган; он мне подарил всю обстановку. Второго такого мальчугана не сыскать! Он теперь живёт в Англии и поехал туда, чтобы сделаться одним из тамошних графов.

– Это, вероятно, лорд Фаунтлерой, будущий граф Доринкорт? – спросил мистер Гоббс, намеренно растягивая слова.

От удивления Дик чуть не выронил щётки.

– Как! – воскликнул он. – Вы тоже с ним знакомы?

– Я его знаю со дня его рождения, – ответил мистер Гоббс, отирая вспотевший лоб. – Мы с ним знакомы всю жизнь.

Он вынул из кармана золотые часы, открыл их и показал Дику внутреннюю сторону крышки.

– «Вспоминайте обо мне, глядя на эти слова», – прочёл мистер Гоббс. – Это его прощальный подарок. Такого мальчика нельзя забыть!

Понятно, что у Дика и мистера Гоббса оказалось много общих воспоминаний, ввиду чего было решено, что на следующий день чистильщик обуви придёт в лавку.

– Знаете ли вы что-нибудь о графах и их замках? – спросил мистер Гоббс. – Я бы хотел получить о них подробные сведения.

– В журнале есть о них рассказ, который называется «Преступление из-за короны, или Месть графини Мэй». Замечательная вещь!

– Принесите мне, пожалуйста, эти журналы, – сказал мистер Гоббс, – я за них заплачу. Вообще, тащите всё, что найдёте о графах, маркизах или герцогах.

Это свидание положило начало очень тесной дружбе между Диком и мистером Гоббсом. Он часто виделся с Диком и стал меньше скучать. Приятели вместе читали повести в иллюстрированных журналах и мало-помалу приобрели глубокие познания об обычаях и нравах английских аристократов.

Однажды мистер Гоббс сам отправился в книжный магазин со специальной целью пополнить библиотеку.

– Дайте мне книгу о графах, – сказал он.

Приказчик[20] улыбнулся.

– К сожалению, у нас такой нет, – сказал он.

Раздосадованный старый лавочник собирался уже уйти из магазина, как вдруг приказчик окликнул его и спросил: не желает ли он купить роман, в котором аристократы играют главную роль? Продавец предложил ему «Лондонскую башню» – известный роман мистера Энсворта[21]. Мистер Гоббс заплатил деньги и тотчас же отправился домой.

Когда Дик снова явился вечером к нему, они с необычайным рвением принялись за чтение. Это оказалась удивительно интересная книга. Действие происходило в царствование знаменитой английской королевы, известной под именем Кровавой Мэри. Описание казней и пыток, которым она подвергала своих подданных, привело в такой ужас наших читателей, что мистер Гоббс и Дик не раз вытирали себе лица, покрытые крупными каплями холодного пота.

– Нет, – решил наконец мистер Гоббс, – по-моему, наш Цедрик находится в большой опасности.

– Но ведь в книге говорится о Мэри, – ответил Дик, – а теперь хозяйничает Виктория, и о ней никаких ужасов не рассказывают.

– Правда, в газетах о ней не говорят худого, – сказал мистер Гоббс, всё ещё отирая пот, – не упоминают о сожжении на кострах и вообще о пытках, но всё же там жить опасно!

Мистер Гоббс в течение нескольких дней был в большой тревоге, пока не получил очередное письмо от Фаунтлероя. Несколько дней подряд они с Диком вдвоём сочиняли ответ.

Для бедного Дика написать письмо было очень тяжёлой работой. Свои познания в грамоте он приобрёл в вечерней школе, которую посещал лишь короткое время, когда жил у старшего брата. Он рассказал мистеру Гоббсу всю свою жизнь и о своём старшем брате, который заботился о нём после смерти матери. Она умерла, когда Дик был совсем маленьким, а отец умер ещё раньше. Брата звали Беном, он заботился о Дике, как мог, пока мальчик не вырос настолько, чтобы продавать газеты и исполнять разные поручения. Они жили вместе, и наконец Бену удалось пристроиться на порядочное место в каком-то магазине.

– А затем, – воскликнул с презрением Дик, – дёрнуло его жениться! Влюбился, как дурак, и уж ничего после не понимал! Если бы вы знали, какая это была злая жена – точно дикая кошка! Как взбесится, бывало, так всё переколотит! Родился у них ребёнок – весь в неё: орёт и день и ночь! Бог мой, чего я только не натерпелся: заревёт он, бывало, как резаный, а она на меня накинется и начнёт швырять чем попало. Раз как-то она кинула в меня тарелкой, а угодила в маленького и раскроила ему подбородок. Доктор сказал, что шрам останется на всю жизнь. Вот злющая! Она всё злилась, что Бен мало зарабатывает. Наконец он не вытерпел – уехал на Запад и стал заниматься там скотоводством. Не прошло и недели после его отъезда, прихожу я вечером домой и вижу, что комнаты заперты и пусты. Хозяйка говорит мне, что Минна сбежала. Говорили потом, будто бы она отправилась в Европу и поступила в няньки к барыне. С тех пор я ни слова не слышал о ней, и Бен тоже. По правде сказать, он не очень-то о ней горевал, хотя сначала был страшно влюблён. Надо правду сказать, она была красивая девушка. Глаза у неё были чёрные, большие. Говорили, будто она наполовину итальянка – оттого-то она и такая дикая…

Они сидели в дверях лавки, и мистер Гоббс внимательно слушал Дика, тут он наклонился над прилавком и чуть не подскочил от удивления.

– Посмотри-ка, да тут лежит письмо, а я его раньше и не заметил. Да это от него! – радостно воскликнул старик, вынул перочинный ножик и вскрыл конверт.

– Что-то он мне нынче расскажет? – поинтересовался мистер Гоббс, развернув письмо и начиная читать следующее послание:

«Замок Доринкорт.

Дорогой мистер Гоббс! Я очень спешу написать вам это письмо, потому что должен сообщить что-то очень странное. Вы очень удивитесь, дорогой друг, когда я вам всё расскажу. Вышла какая-то ошибка, я совсем не лорд и никогда не буду графом. Приехала какая-то дама, которая была женой дяди Бэвиса, который умер. У неё маленький мальчик, он и есть настоящий лорд Фаунтлерой – такой уж тут обычай, что графом может быть только мальчик старшего сына графа, но только тогда, когда все умрут, то есть отец и дедушка. Мой дедушка ещё жив, но дядя Бэвис умер, и поэтому его мальчик – лорд Фаунтлерой, а я – нет, потому что мой папа был младший сын. Моё имя теперь Цедрик Эрроль, как прежде, когда я жил в Нью-Йорке, и всё будет принадлежать другому мальчику. Я сперва подумал, что ему придётся отдать пони и кабриолет, но дедушка говорит, что не надо. Дедушка очень огорчён и, кажется, не любит ту даму, которая приехала. Но, может быть, он думает, что нам с Милочкой жаль, что я не буду графом. Теперь мне больше хотелось быть графом, чем раньше, потому что замок такой красивый и я так всех люблю, и когда человек богат, то может делать много добра. Теперь я не богат, потому что когда папа только младший сын, он никогда не бывает очень богат. Я теперь буду учиться работать, чтобы зарабатывать для Милочки. Я расспрашивал Вилькинса, как ухаживать за лошадьми. Может быть, я буду грумом или кучером. Вот что я хотел рассказать вам и Дику, чтобы вы всё знали, ну, а теперь довольно.

Любящий вас старый друг Цедрик Эрроль (а не лорд Фаунтлерой)».

Мистер Гоббс откинулся на спинку кресла, письмо упало ему на колени, перочинный ножик, а за ним конверт соскользнули на пол.

– Вот тебе раз! – воскликнул он. Он был до того поражён этим неожиданным известием, что положительно не верил своим глазам.

– Итак, – сказал, в свою очередь, Дик, – вся эта штука кончилась ничем!

– Да, – согласился мистер Гоббс, – но я уверен, что это только интриги английских аристократов, желающих отнять у Цедрика права только потому, что он американец. Недаром я предупреждал вас, что он находится в опасности! Не сомневаюсь, что всё английское правительство, наверное, сговорилось, чтобы лишить его законного наследства!

Мистер Гоббс пришёл в необычайное волнение. Сперва перемена в судьбе Цедрика очень не понравилась ему, но он примирился с этим обстоятельством, а получив письмо Цедрика, стал, пожалуй, даже гордиться богатством и знатностью своего маленького друга. Он мог быть нелестного мнения о графах, но хорошо знал, что даже в Америке деньги имеют хорошую цену, и если богатство и величие должны были исчезнуть вместе с титулом, то Цедрику приходилось нелегко.

– Они просто хотят его ограбить! – заявил мистер Гоббс. – Надо идти к нему на помощь!..