Удивившись, я уставилась на камешек… но лишь на краткое мгновение. Забыв о хандре и усталости, я бросилась к перилам, облокотилась и стала пристально вглядываться в темноту.

– Рози! – послышался снизу голос Лисандра.

Смеясь и всхлипывая одновременно, я опустилась на каменный пол.

– Ты пришел… – проговорила я. – Как же я по тебе соскучилась.

– Успокойся, – умоляющим голосом откликнулся он. – Подожди, я сейчас. Девочка моя, только не плачь.

Цепляясь за ветки, он быстро вскарабкался на дерево. Но той самой, которая тянулась к моему окну, больше не было – благодаря стараниям злой Титании. Лисандр стоял на толстой ветке, которая росла намного ниже, и вытянув руку, пытался до меня дотянуться.

Я наклонилась над перилами, вытянулась всем телом, но кончики наших пальцев не могли соприкоснуться.

– Ты слышала, что этот болван, мой дядя, отказался продолжать переговоры о нашей свадьбе? – с негодованием спросил он.

Я отдернула руку.

– Да, слышала.

– И все из-за какого‐то приданого, – он произнес это слово как проклятие. – Как будто нам нужны эти деньги! Маркетти – самая процветающая купеческая семья в Венеции. Мы просто безумно, дико богаты.

Я невольно улыбнулась, не в силах сдержать неожиданной радости. Значит, мой возлюбленный сватался ко мне не из-за денег!

– Послушай, – продолжал он и стал карабкаться выше по стволу, цепляясь за более тонкие ветки. – Я приходил сюда каждую ночь, ждал, когда тебе станет лучше.

Оказывается, он все это время был здесь, рядом со мной!

– И тебя никто не обнаружил?

– Я же говорил, что умею прятаться. Хотя, возможно, и не такой уж мастер, потому что на третью ночь я увидел вон на том столе, – он кивнул в сторону стола на террасе, – немного еды.

Я взглянула туда и увидела ломоть хлеба, немного сыра и гроздь винограда.

– Наверно, кто‐то из ваших узнал о том, что я прихожу.

– Ты очень понравился моим родителям, – сказала я.

Лицо его вспыхнуло от радости.

– Правда? Ну, я теперь стану задирать нос.

– Задирай сколько хочешь, только, прошу тебя, не забывай, что Ромео и Джульетта ненавидят только своих врагов и, если семья Монтекки породнится с семьей Маркетти, еще один враг превратится в союзника.

– Твои родители всех любят.

– Нет, не всех, – разуверила я его. – Но в целом, пожалуй, ты прав.

– Тебе ведь уже лучше, правда? – свесившись с ветки, спросил он.

– Да. Особенно сейчас.

Глядя, как Лисандр карабкается по стволу, пытаясь подобраться ко мне поближе, я и вправду чувствовала, что жизнь становится веселее. А от этого и здоровье крепчает.

– Послушай, Рози. Надо что‐то придумать, чтобы мы были вместе. Мы же с тобой просто созданы друг для друга.

Я ожидала услышать нечто вроде: «Давай сбежим подальше, пусть нас обвенчает бродячий монах, мы будем жить в бедности и любви, пока я что‐нибудь не придумаю и мы не разбогатеем». Но я ошибалась.

– И сделать это должна ты, – закончил он свою мысль.

– Я? – растерянно переспросила я. – Что ты хочешь этим сказать?

А как же его изобретательный ум?

– Я люблю тебя. Когда впервые тебя увидел… Ну помнишь, когда столкнулся с тобой и сбил тебя с ног. У тебя было такое лицо, что я сам чуть не брякнулся на пол. Не буквально, конечно, но…

– Понимаю, – сказала я; мне очень нравилось, когда он начинал запинаться. – У меня тоже было похожее чувство. Ты показался мне идеальным мужчиной.

– Нет, я такой же мужчина, как все остальные.

– Неправда. Я никогда ни в кого не влюблялась с первого взгляда.

Освещенный светом, льющимся из моей комнаты, Лисандр широко улыбался, одной рукой держась за тоненькую веточку, а другой обхватив ствол дерева.

– И мы с тобой любим друг друга.

– Конечно, любим, как же иначе?

Господи, какое наслаждение слушать его и отвечать ему.

– Мы должны рассуждать разумно, ведь один из нас уже прошел через помолвку.

Он определенно имел в виду меня.

– Ты хочешь, чтобы я вышла за тебя замуж?

– Да, я очень хочу жениться на одной благонравной девице… которую зовут Рози. – Лисандр перебрался на другую ветку, повыше, и протянул мне руку.

Я протянула ему свою.

Но нет, все‐таки никак… совсем чуть-чуть… не дотянуться.

У меня не хватило сил. Я еще слабенькая, быстро устаю. В изнеможении я опустилась на пол.

– Рози! Что с тобой? Прошу тебя, встань! – взмолился Лисандр, свесил ноги вниз и повис на ветке. – Я сейчас спрыгну к тебе!

Но тут из-за двери выскочила нянька, которая наверняка все это время нас подслушивала – ведь эта верная, храбрая женщина поклялась охранять и беречь мое целомудрие.

– Не смейте этого делать, молодой человек! Оставайтесь на месте!

Она подбежала ко мне, помогла подняться и сесть в кресло.

Лисандр снова забрался на ветку.

– Прошу вас, нянюшка, вы должны нам помочь, – обратился он к ней сверху.

– Ну да, как же. Настоящая любовь. Молодость, кровь кипит. Вам бы все цветочки-василечки… – Издевательский тон няньки был такой едкий, хоть счищай им со сковороды засохшее яйцо. – Рози у нас единственная здравомыслящая девушка, которой нельзя задурить голову этими вашими словечками: «любовь, страсть»… Была! Пока не явился ты. Говори, чего ты от нее хочешь?

– Чтобы она придумала, как нам пожениться, – ответил Лисандр уверенно.

– Я не могу… Не сейчас. Мысли путаются, – проговорила я, растирая виски пальцами. – А еще… – Мне было стыдно в этом признаться, но я продолжила: – Я все еще слишком слаба.

– Ну хорошо, – шумно вздохнула нянька и ткнула пальцем в сторону Лисандра. – Я все вам устрою сама. Через два дня синьор Ромео затеял званый ужин, во время которого он собирается обсудить с твоим отцом, герцогом Маркетти Веронским, возможность продажи вина по всему миру на условиях взаимной выгоды.

– Так и есть, – кивнул Лисандр. – Эту встречу организовал лично я.

Теперь мне все стало ясно.

– Когда и где ты встречался с Марцеллом? – спросила я. – В таверне, что возле лавки монаха Лоренцо?

– Да, там. Надеялся и тебя встретить, но, видимо, не сумел подгадать время.

Лисандр опустил голову и попытался заглянуть мне в глаза.

– Я буду тебе хорошим мужем, Рози. Знай, я обладаю не только красивой внешностью.

– Я это знаю, – согласилась я, стараясь говорить как можно серьезней.

– Вечером, – перебила нас нянька, – когда часы в Вероне пробьют восемь, ты встретишься с Рози у фонтана в саду Монтекки. Вы вдвоем пройдете в грот, что возле качелей. Надеюсь, вы знаете, где это место.

Мы с Лисандром дружно кивнули.

– Там сможете приникнуть друг к другу.

– Неплохо придумано! – воскликнула я; мне сразу стало веселее.

– Но как же ее добродетель… ее репутация! – воскликнул Лисандр; он явно встревожился.

Нянька бросила на него испепеляющий взгляд.

– Добродетель Рози широко известна, находится под моей надежной защитой и убедительно подтверждается фактами… Именно я побегу к синьору Ромео с криками, что моя подопечная скрылась в саду вместе с Лисандром Маркетти и что он должен спасти ее добродетель.

– И нас застигнут врасплох, – сказала я.

– И я буду на коленях просить у синьора Ромео прощения и руки его дочери, – воскликнул Лисандр, в восторге ударяя себя рукой по бедру.

Теперь мы поняли всю гениальность плана нашей доброй нянюшки!

– А мой отец в это время будет гостить в вашем доме. Он заинтересован в том, чтобы стать поставщиком изысканных вин семьи Монтекки, и, когда синьор Ромео приставит шпагу к моему горлу и объявит, что сейчас я умру, мой отец из любви ко мне, а также ради выгоды, которую он сможет получить от этого союза, даст согласие на нашу свадьбу. О нянюшка!

Лисандр свесился с ветки и протянул ей руку.

Моя нянюшка, крепкая, высокая и сильная женщина (мне до нее далеко), шлепнула по его ладони.

Они улыбались друг другу, а я улыбалась им обоим. Двум людям, которые меня любят и готовы сделать все, чтобы я обрела настоящее счастье.

Я их обожала.

Внезапно внимание няньки что‐то привлекло – она резко повернула голову и устремила взгляд поверх балконных перил.

– В чем дело? – спросила я.

– Показалось, там кто‐то притаился в тени, – ответила нянька, озираясь вокруг.

Лисандр со своего насеста тоже стал всматриваться вглубь утопающего в тени сада.

– Кто там? – нянька указала на силуэт, едва заметный на фоне темной живой изгороди.

– Вроде нет никого, – отозвался Лисандр, но тут же сполз по стволу вниз, гораздо быстрее, чем поднимался.

Оказавшись на земле, он обошел освещенную часть по периметру, вглядываясь в тень и обращая особое внимание на то место, которое указала нянька. Потом поднял голову и широко развел руки.

– Кроме нас, в этой ночи никого не видно.

– Тише! – шикнула на него нянька.

– Прощай, моя милая Рози, – понизив голос, сказал Лисандр. – Встретимся в саду через две ночки. Я наконец‐то крепко тебя обниму, поцелую твои сладкие губки, и прежде чем закончится ночь, ты будешь обручена с человеком, достойным такой умницы, как ты.

Я поцеловала свои пальцы, посмотрела, как он целует свои, и он исчез в глубине нашей усадьбы.

– А он прав, – пробормотала нянька. – Умеет ходить незаметно.

Тем не менее, прежде чем помочь мне вернуться в постель, она еще раз, озабоченно качая головой, пристально оглядела все тенистые места.

Следующие два дня я провела в постели, хорошо питалась, пила много разбавленного водой вина, так что даже чуть захмелела… словом, восстанавливалась и набиралась сил. А силы мне были ой как нужны: ведь на встречу с Лисандром я должна отправиться одна, без провожатых, только тогда нянька сможет оповестить отца о том, что мне грозит опасность потерять девственность. И тогда следующие события пойдут как по нотам. Отец приставит шпагу к горлу Лисандра. Я бухнусь на колени и поклянусь, что возлюбленный меня не тронул, честь свою я соблюла, и стану умолять отца сохранить Лисандру жизнь. Герцог Маркетти будет вынужден согласиться на нашу помолвку. И мы станем жить долго и счастливо.

В тот вечер я еще раз от всего сердца поблагодарила няньку за ее блестящий, беспроигрышный план, а в своих молитвах благодарила Пресвятую Деву Марию и всех святых за то, что скоро буду, как полагается, обвенчана, уложена в брачную постель и избавлена от этой до смерти надоевшей мне девственности.