Собаки встретили его лаем, рванулись к воротам, натягивая цепи, но после пары резких команд заткнулись. Они знали хозяина, чувствовали его напряжение, но подчинялись. Витя провел рукой по мокрой от пены морде одной из овчарок, кивнул сам себе. Хорошие псы. Надежные.

Мотороллер он не стал загонять во двор – слишком много шума, да и пришлось бы для этого открывать ворота. Возня ему сейчас была не нужна. Он заглушил двигатель, но не сразу слез с сиденья. Несколько секунд просто сидел, слушая, как мотор стихает, и чувствуя, как тяжело дышит после всего этого дерьма.

Участок на отшибе, рядом никого, но вдруг кто-то все же увидит? Тем более что этого мотоциклиста точно знают на поселке. А так, если кто спросит – мало ли зачем приехал. Может, металл забрать или еще что. Кто станет разбираться? Да и, в конце концов, плевать. Витя устал. А ему еще возиться с этим стариком и девчонкой…

Выбора у него особо не было, так что пришлось освобождать аж два вольера. Хорошо, что собак мало… Пока возился с засовами, косился на темнеющие в кузове силуэты. Нужно было понять, что вообще в голове у этого хлыща и откуда эта девчонка. Это значит, что придется с ними разговаривать, – а значит, нужно их куда-то посадить. Вольеры выглядели самым надежным вариантом. Из них точно не выберешься.

Только подкоп собаки сделали еще глубже. Придется потом заделывать. Хотя человек туда вряд ли пролезет, даже такой тощий, как этот дед. Витя на секунду представил, как старик пытается выбраться, но застревает, болтаясь между прутьями решетки, – и раздраженно выдохнул. Бред какой-то.

Кажется, придется-таки вызывать полицию.

Рита, конечно, напишет заявление как минимум о побоях, а как максимум… Даже представить сложно, какую сказку она выдумает. Ну, ему тоже ничего не мешает написать на нее заявление. Там разберутся. А пока пусть сидит тут.

Он скользнул взглядом по вольерам. Даже если кто-то из них сумеет снять путы, выбраться оттуда все равно не сможет. Высокая сетка, запоры снаружи. Все надежно.

А если начнут бузить, можно припугнуть их собаками. В случае чего, это тоже бонус.

Витя немного поразмыслил и решил засунуть глиста в комбинезоне и его деваху вместе, а Риту поместить отдельно. Неизвестно, чего от них ждать, так что лучше перестраховаться.

Он выдохнул и достал из-за пояса стариканов пистолет. Покрутил в руке, осмотрел внимательно. Травматический. Резиновые пули. Как средство самообороны – очень даже круто. А если не знать, что травмат, так и вовсе можно испугаться.

Витя усмехнулся и засунул пистолет обратно за пояс.

Этот день был еще далек от завершения.

Витя сгонял домой, вымыл руки, достал с полки на дверце холодильника контейнер с линзами и бутылку с жидкостью. Быстро надел линзы, проморгался, запрокинув голову. Так-то лучше гораздо. Мир сразу обрел четкость и ясность, и хотел бы Витя, чтобы что-то подобное случилось с его мыслями.

Он отложил разбитые очки, критично оглядев их и фыркнув. Придется новые покупать, как ни крути. Они и так были запасными, а предыдущие он ухайдакал, когда выгуливал собак. Герда тогда рванула за кошкой, потянув поводок, а он грохнулся об асфальт. Хорошо хоть лицо не расшиб.

Он умылся, посмотрел на себя в зеркало. Выглядел, мягко говоря, так себе. Щетина торчала пятнами, кожа бледная, глаза воспаленные. Он фыркнул и отвернулся. Сейчас не до этого.

Вытащил из холодильника перекись водорода и обработал рану. Жидкость зашипела, потекла по руке. Он вздрогнул, но сжал зубы. Эти дырки от гвоздей ему совсем не нравились, ох не нравились… Казалось, что они пульсируют, как крошечные живые рты. Но без кровоподтеков все выглядело не так уж страшно. Да, неприятно. Но не смертельно. Все же повязку лучше наложить, чтоб не гадать потом, не загноится ли. Благо бинты у него были.

Он вышел в коридор, на ходу разминая плечи. Мышцы ныли, поясница тоже давала о себе знать. Сказывалось и напряжение, и то, что он волочил Риту, и этот чертов мотороллер, и драка с дедом. Все навалилось.

Первой в сознание пришла как раз эта деваха. Он уже успел оценить ее. И была она очень даже ничего. Хрупкая блондинка, кожа бледная, как будто все лето не выходила из дома. Вроде спортивная, но без перебора. Грудь небольшая, «двойка», наверное. Когда переносил ее, отметил, насколько нежная кожа – мягкая, почти детская. Не привычная Ритина загорелая и гладкая, а какая-то… странно уязвимая.

Очевидно, моложе Риты. Наверное, лет девятнадцать максимум. Пирсинг в брови, в носу. Только сейчас заметил. И татушка на животе, узор странный, выглядывает из-под задранной маечки. Может, и не узор, а какие-то символы. Кто их сейчас разберет? И еще… Синяки на предплечьях. Особенно в сгибе локтя. Такие, как бывают от уколов. Витя замер, разглядывая их.

Что-то промелькнуло в голове. Где-то он ее видел. Где-то…

И тут вспомнил.

Они мэтчились в каком-то приложении знакомств. Точно. Месяца два назад. Но так и не встретились. Что-то такое было в ее описании, и он тогда решил, что ему это не подходит. Только что именно? Вспомнить бы…

Витя затащил Риту в вольер, захлопнул задвижку и повесил замок. Пес, лежавший у стены, лениво поднял голову, посмотрел на него, но не двинулся. Витя сел прямо на траву рядом с тачкой, потянулся, запрокинул голову и закрыл глаза.

Усталость накрыла его моментально. Только сейчас он понял, насколько вымотался. Все тело ныло, поясница саднила, как после тренировок, когда он перебарщивал с весами. Челюсти стиснуты, пальцы дрожат от напряжения.

Вдалеке послышался гулкий удар. Где-то хлопнула железная дверь. Он вздрогнул, но быстро взял себя в руки.

И тут до него донеслось мычание.

Сначала он подумал, что очнулась Рита. Но нет. Это был другой звук.

Он повернул голову и увидел, как шевелится блондинка.

Что-то было в этом странное.

– Ты че мычишь, а? – спросил он. Девчонка замотала головой, белые пряди подметали земляной пол. Ум за разум у нее зашел, что ли? Больная?

Тут до Вити дошло. Немая! Точно. Вот поэтому он и отказался от идеи встретиться с ней. Да, вроде бы прикольно, может быть, кто-то даже мечтает о такой немногословной девушке. Но Вите это показалось идиотизмом. Встретишься ты с ней в парке – и чего? Переписываться сидеть?

– Слышь, паря, ты чего удумал? – послышался хриплый голос. – Ты зачем нас тут закрыл?

– А ты нахрена девчонку связал? И куда ты ее вез?

Девчонка замычала еще громче. Теперь она уже села, подобрав под себя ноги. Ее джинсовые шортики, короче некуда, стянулись в паху, и Витя увидел белеющий краешек трусиков. Дедуля сидел на заднице, одна лямка спала с плеча, и в вырезе засаленной футболки виднелись седые волосы.

– Пацан, я те говорю, выпусти меня щас же. Это ж тебе уголовка будет! Деваху я вез ментам сдать. А ты чего тут устроил?

В этот же момент застонала и очнулась Рита. Сперва ее лицо было беззащитное, удивленно-сонное. А после у нее «загрузилась» память: глаза мигом сузились, рот сжался в нитку. Витя не стал его заклеивать, потому что мало ли, что там у нее с носом разбитым (сломанным?). Еще задохнется. Видок у нее был так себе, если честно. Кровь делала Риту похожей на жертву второсортного фильма ужасов, которой пока что посчастливилось спрятаться от маньяка.

Витя отсалютовал ей:

– И снова здравствуйте.

– Урод! Ничтожество, – гнусаво выдавила Рита, дергая плечом. Грудь заколыхалась под кофточкой в такт. – Выпусти меня сейчас же!

– Ага, чтоб ты опять на меня набросилась? А ты че на меня ствол наставил? – повернулся Витя к хлыщу. Тот поднялся на ноги.

– Да потому что ты девчонку тащил избитую, без сознания. А теперь все ясно стало! Ты ж ее изначально тащил сюда, в эту клетку. А мне байки травил, что она на тебя напала.

– Он маньяк и психопат, – поддакнула Рита. – Конченый! Теперь сядешь.

– Ты первая начала! Кто меня утюгом по голове ударил? А потом доской с гвоздями?

– Пф, первая начала! Как ребенок… привез бы мне этот утюг сраный – может, и не было бы ничего.

– Забыла бы про этот утюг сраный – ничего бы точно не было, – парировал Витя.

Немая опять замычала. Витя сперва глянул в сторону вольера с собаками, думал, Герда сходит с ума или Кай.

– А что тогда ты скажешь в свое оправдание? Может быть, эта девчонка на тебя напала?

Старик замер с открытым ртом. Потом чуть ли не выпрыгнул из своего комбинезона:

– Именно! Она наркоманка, я так думаю. Меня кто хочешь знает в этих краях. У кого угодно спроси, скажут, что дед Матвей мухи не обидит. Так все и было. Выскочила, мычала. Я остановился, думал – может, помощь нужна. Кто ж знал, что она умом тронутая! Набросилась просто как псина дикая. Я вообще-то ехал спокойно на металлобазу, насобирал там кой-чего, сдать, – зачастил старик, – так она бросилась на меня! Опять же, пистолет я давно купил, тут то собаки, то наркоманы, то еще кто. В целях самообороны. А она кинулась как бешеная.

– А че ж ты сразу не сказал? – прищурился Витя. Он помнил, что в кузове, помимо девушки, лежал металл. Значит, тут хлыщ не врет. – Сказал бы как есть.

– А потому что я сразу понял, что ты тоже ушибленный… пришибленный. Какая-то хренотень творится. Что бы там у тебя ни было на уме, лучше выпусти меня. Был бы ты человек порядочный – вызвал бы полицию еще там, а не вез бы меня сюда. И не запирал бы тут.

– Ага, щас. У меня не было телефона с собой. Вот сперва ментов вызову, дождемся… тогда и выпущу.

Выбора особого не было. Но возможно, получится объясниться, что он тут ни при чем – просто люди сегодня как с ума сошли.

Витя вытащил телефон, загуглил, куда там вообще звонить. Как-то ни разу в жизни не приходилось вызывать полицию. Послышались гудки, и вызов сбросился. Старикан продолжал что-то там бормотать.

Очень странно. Опять быстрые гудки и сброс.

– Ага, ну сейчас ты сделаешь вид, что не можешь дозвониться, – бросила Рита. – Актер!

– А они реально не отвечают, – пробормотал Витя. – Зачем мне врать?

Снова треск и гудки. Потом в ухо ворвался голос, и Витя заговорил:

– Алло, алло! Тут такая ситуация…

– …все операторы заняты. Дождитесь ответа на линии или перезвоните позднее.

Витя переключил телефон на громкую связь. Автоответчик повторил фразу.

– Убедилась?

– Воды дай мне, – сказала Рита.

Витя хотел огрызнуться, но передумал. Хотя, скорее, был озадачен этим автоответчиком. Это что такое могло случиться, что все операторы заняты? Он подошел к дому, прижимая телефон к уху. Опять ничего…

Тронул одной рукой зеленую змею шланга, валявшуюся сбоку на поредевшем газоне. Подумать только: еще немного – и лето закончится. Сентябрь еще ничего в здешних краях, а потом октябрь, ноябрь… слякоть и дожди.

– Да! – щелкнуло в трубке и загремело, да так, что Витя вздрогнул и выронил шланг. – Алло, говорите. Вас внимательно слушают, хи-хи.

Витя наткнулся на тачку, опешив. Женский голос, но странноватый. Старушечий будто бы?

– Полиция? – поглядел на дисплей. Может, случайно не туда набрал.

– Агась, она самая. Полиция, полиция. Чито у вас стряслося?

– Хотел бы наряд вызвать… – Витя включил громкую связь, протягивая мобильник в сторону вольеров.

– Ой, боюсь, что все заняты, хи-хи! Не осталось уж нарядов.

– А вы дежурная?

– Нет, хи-хи. Я уборщица, Валя. А дежурному я горло ножом перерезала, и-хи-хих!

Послышались щелчки и шорохи. Потом трубку как будто бы начали бить об стол или там стену. Витя нажал отбой.

(чито у вас стряслося)

– Ну? – сказал Витя. – Теперь-то вы мне верите? Дичь творится.

Даже Рита промолчала. А дедуля так и стоял в своем комбинезоне со съехавшей лямкой.

Витя спрятал телефон в карман и пошел к крану. Открыл воду, и, пока шел к шлангу, из него уже полилось.

Голова была совсем пустая. Он пил и пил, чувствуя, как распухает желудок. Умылся. А когда хотел передать шланг в вольер, услышал рычание и вопль Риты.