После праздничного завтрака мы с Ядвигой сели на диван, покрытый пледом из разноцветных квадратов ткани, и стали разрабатывать план.

– А может, надо было Костика дождаться? – уточнила я. Мне не хотелось потом самой всё брату пересказывать.

В ответ на мой вопрос на диван с громким криком прыгнул кот Мурзик. Теперь, когда Жар-птиц стал работать с Печкиным и выехал из леса, потребность в охране исчезла, и кот стал самым обыкновенным.

– Он так устал от своего путешествия, что теперь отдыхает. А нам время терять нельзя. Новогоднее волшебство само себя не вернёт.

Я машинально начала чесать Мурзика за ухом.

– Ядвига, а как ты думаешь, к кому первому лучше пойти?

– Тут разницы нет. Прислушайся к себе. Что тебе сердце подсказывает?

Я задумалась.

– Не знаю, что там мне сердце говорит, но вот логическое мышление (хотя кого я обманываю, оно у меня напрочь отсутствует) подсказало, что нужно начать с почты.

– А почему? – Ядвига тоже начала гладить Мурзика. Теперь кот получал двойную порцию массажа и был невероятно счастлив от этого.

– Я там подслушала разговор…

– Так-так. А теперь подробнее. – Ядвига села, выпрямив спину. Хотя мне кажется, что её осанка уже и так самая ровная на свете.

– Там были слышны голоса. Мужской и женский. Они говорили про концентрацию волшебства и про то, что у них теперь появился шанс.

– А вот это уже действительно интересно. Ты права. Нужно начинать с Печкина.

Я кивнула и только хотела начать собираться, как в дверь кто-то постучал.

– Ядвига, ты дома? – послышался из-за двери знакомый голос Печкина.

– А вот и он. Сейчас попробуем вдвоём что-то разведать, – подмигнула мне Ядвига и пошла открывать дверь.

Я в тот момент даже облегчение почувствовала. Хорошо, что не я одна буду в этом участвовать.

Снежный вихрь ворвался в дом, а вместе с ним и Печкин. На ватнике и шапке-ушанке сверкал иней, а пышные усы и густые брови были запорошены снегом. С шумным вздохом Илья Петрович стянул огромные варежки, старательно стряхнул снег с плеч и принялся топать ногами, сбивая его с валенок. В воздухе, смешавшись с колким холодом, поплыл знакомый аромат – пахло морозом, древесной стружкой, зимним лесом и мастерской.

– Здравствуйте! – Я встала и подошла к Печкину.

Он кивнул мне и стал снимать верхнюю одежду. Стало понятно, что не на минутку заглянул.

– Здравствуй, здравствуй. Мальвина, хорошо, что ты здесь. Нам нужна твоя помощь.

– Кому? И какая помощь? – Мне даже страшно стало. И тут я тоже зачем-то понадобилась.

– Нам бы ещё Костик сейчас очень пригодился.

– Костик вчера вернулся.

Печкин даже подпрыгнул от радости.

– Понимаете, кто-то открыл портал в обыкновенный мир и стёр все воспоминания о новогодних праздниках. Сейчас концентрация волшебства в силу времени достигнет своего пика, и у нас должен появиться шанс всё вернуть. – Печкин говорил и смотрел на нас с тётушкой. – А вы чего это не удивляетесь? Знаете уже, что ли, всё?

– Знаем, – почти хором ответили мы Печкину.

– То-то мне Нюрка сказала, что чувствует силу новую.

– Если это про меня, то я не новая.

– Не успели мы ещё с твоей силой подружиться, быстро ты тогда домой вернулась. Ты вчера вечером прилетела?

– Да.

– Ну значит, точно твой след у почты был. У вас уже есть план?

– Шишига Банновна утверждает, что это кто-то из наших, – начала рассказывать я все новости.

– Согласен. Если нас в расчёт не брать, то остались Катерина, Назар и Степан Иванович.

– Ещё Жар-птиц.

– Этот парень точно не по этой части. Он надёжный. Его исключаем. – Печкин открыл чашку заварочного чайника и понюхал его содержимое.

– Тогда у нас только три подозреваемых? Вы чаю хотите?

– Да. На оба вопроса. – В этот момент Печкин хлопнул себя по лбу. – Я ж дверь закрыл, а у Жар-птица ключей нет. Замёрзнет же, когда из магазина вернётся. Побёг я. Вечером заскочу, всё обсудим как следует. И чаю попьём.

Печкин убежал, а мы так и остались стоять посреди комнаты.

– Ядвига, ты ему веришь? – спросила я с приподнятой бровью.

– Нет. Я даже сама себе не верю.