Два месяца спустя. Август
– Мероприятие такого масштаба надо контролировать на каждом шагу! Будет очень много важных гостей, стадион будет заполнен под завязку. Все должно пройти идеально!
Я услышал фрагмент разговора, когда во время тренировки на стадион вышел директор клуба в сопровождении нескольких спонсоров.
Всю последнюю неделю в клубе творился настоящий хаос, все готовились к важному матчу. Работники тщательно убирали территорию, приводили в порядок газон и трибуны. Вокруг стадиона установили рекламные щиты и развесили флаги, чтобы создать праздничную атмосферу. Нам отшили новую шикарную форму белого цвета с эмблемой «Молний». Все только и говорили про открытие сезона игр за Суперкубок, которое должно было состояться на стадионе нашего клуба.
Проходя мимо, директор улыбнулся мне и провозгласил:
– Королев, мы ждем от тебя новых побед!
Я кивнул, и он двинулся дальше, продолжая обсуждать со спонсорами предстоящую подготовку к значимому событию в жизни клуба. Я хорошо слышал то, что они обсуждали. А затем мне в голову пришла одна невероятная идея.
Открытие сезона игр за Суперкубок взбудоражило всех, и меня в том числе. Я была счастлива, что смогу посетить матч вживую. Папа не разрешал мне выезжать на матчи, которые проходили в других странах. А я так соскучилась по шуму трибун, где каждый возглас, каждый хлопок наполняли воздух, словно раскаты грома, по адреналину, который течет по венам, когда ждешь заветный гол, по невероятной атмосфере спортивного азарта, захватывающей целиком. Я уже четко ощущала момент, тот самый момент, словно перед взрывом, когда волнение достигает предела и ты чувствуешь, что каждая клеточка твоего тела готова взорваться от напряжения.
Так что я была вся в предвкушении матча.
И вот наконец важный день, когда я вновь смогу окунуться в эту бурю, настал. Я полдня была в клубе, впитывая в себя это неэлектризованное настроение и ожидая, когда смогу использовать свой билет в мир спорта и эмоций.
Я не буду видеть капитана-центрфорварда, самого перспективного игрока нашего клуба, чей номер одиннадцать красовался на моей толстовке, но на этот раз окажусь среди зрителей и буду всем сердцем болеть за него. Я надорву голосовые связки, когда он забьет победный гол. А он его забьет, я знаю. Он обещал мне. И знаете, я ему верю.
До начала матча оставалось полчаса, а я сидела в кабинете отца, ожидая, когда основная часть зрителей и болельщиков займет места на трибунах. И даже отсюда хорошо ощущался весь этот шум и вибрации.
– Викуля. – Мягкий голос отца заставил меня улыбнуться. – Скоро все начнется, милая.
– Тебе удалось сделать это, папа.
– Что именно? – Он присел рядом со мной на диванчик и обнял за плечи.
– Вырастить настоящего чемпиона.
– Моя заслуга маленькая. Он сам вырос на моих глазах.
– Я люблю его, папа, – вдруг вырвалось у меня. – Я люблю его, – повторила я, и из моих глаз брызнули слезы.
– Я знаю. – Папа крепче сжал мои плечи и поцеловал в щеку. – Я знаю, милая.
– Знаешь? – спросила я неуверенно. – Но откуда?..
– Артем успел тебя опередить с признанием.
– И что ты на это скажешь?
Папа нервно рассмеялся, а затем взял мои руки в свои теплые ладони.
– Что я могу сказать? Отличный выбор, Вика.
Я тоже засмеялась, а затем бросилась к папе на шею, уткнувшись лицом в его плечо.
– Ну наш Королев-то об этом знает? – мягко спросил папа, тоже продолжая посмеиваться. – Что чувства взаимны?
– Нет, – расстроенно прошептала я.
– Пусть узнает. Он скоро придет к тебе. У него для тебя какой-то сюрприз.
– Сюрприз?
– Но сначала ты должна переодеться. Я позову Зою, она поможет тебе.
С этими словами папа встал, а затем положил мне на колени стопку одежды.
– У тебя есть пятнадцать минут, Вика. Справишься?
Я растерянно кивнула, не понимая, что вообще происходит.
– Артем, куда ты меня ведешь? Мне нужно успеть дойти до своего места до начала матча, церемония открытия начнется уже через пять минут!
Артем вел меня по коридору, придерживая за талию, и я совершенно потеряла ориентацию из-за волнения.
– Не переживай, ты успеешь, – произнес он, заставляя меня нервничать еще больше.
Мы куда-то шли, и шум стадиона нарастал. Мы были где-то совсем близко к футбольному полю. До меня доносились крики болельщиков, звуки дудок и барабанов. Казалось, стадион превратился в огромный организм, который жил своей жизнью. Судя по голосу ведущего, церемония открытия уже начиналась.
– Что мы здесь делаем, Артем? – Я повернулась к нему и положила руки ему на грудь, ощущая под пальцами приятную вышивку молнии. – И вообще, у меня к тебе куча вопросов! Когда это ты успел рассказать папе про то, что влюблен в меня? Я ведь просила держать все в секрете!
– Прости, но так было нужно. – Его губы прикоснулись к моим, оставляя на них невесомый поцелуй.
– И еще почему ты…
– Подожди, дай сначала мне сказать. – Он приложил палец к моим губам, заставляя меня замолчать. – Это очень важно.
– Что?
– Помнишь, я выиграл в финале, и ты обещала выполнить мое желание. Ты тогда сказала, что, как обычно, это будет песня.
– Да, – прошептала я. – Ты же знаешь, что можешь услышать ее в любой момент. Тебе не нужно больше спорить со мной на голы, как раньше, чтобы я пела тебе.
– Я знаю. Но я хочу воспользоваться своим желанием прямо сейчас, Виктория. Я хочу, чтобы ты спела мне «Гореть и жить», со всем чувством, как ты умеешь.
– Сейчас? – удивилась я.
– Да, когда ведущий объявит песню «Гореть и жить», – сказал Артем, и внутри меня все замерло, когда на меня вдруг обрушилось понимание.
Я попыталась уложить все это в голове. Шум в ушах и грохот сердца зазвучали громче, чем многотысячный стадион. Так вот почему папа попросил меня переодеться в этот странный образ. Я провела рукой по кожаной курточке и кожаной юбке – именно так я бы оделась на стандартный концерт.
– Если хочешь, можешь сделать это в маске. – Тут Артем вложил в мои руки что-то плотное, и я поняла, что это одна из моих сценических масок, которую я надевала, будучи участницей группы.
– Что это значит? – тихо спросила я, сжимая маску в руках.
– Вика, однажды ты рассказала мне, как мечтаешь спеть на стадионе, полном зрителей. О том, как он вдохновляет тебя. Ты сказала, что хочешь коснуться сердец слушателей своей музыкой. У тебя есть такая возможность. Прямо сейчас. На стадионе собрались тысячи зрителей, которые ждут настоящего шоу. Ты можешь дать им его.
– Ты… ты сошел с ума? О чем ты говоришь?
В следующий момент я почувствовала, как он привлек меня к себе, будто бы пытаясь унять бурлящее во мне возмущение.
– Вика, музыка – это твоя жизнь. Твоя стихия, твоя страсть. Вспышки софитов, мощные динамики, сцена, восторженные поклонники. Я знаю, что тебе все это необходимо. Поэтому возьми микрофон, выйди и поделись своей песней. «Гореть и жить» нужна нашей команде для победы. Ты наша Виктория. Ты – наша победа. Ты – наш талисман. Зажги всех! Просто выйди и пылай!
– А если я откажусь? Кто тогда будет расхлебывать кашу, которую ты тут заварил? – возмутилась я.
– Наверное, я. – Он издал смешок. – Но я знаю, что ты не откажешься и примешь вызов.
– Ты точно чокнутый, Артем Королев.
– Нет, я милый. Я милый! – Он засмеялся, вспомнив, как я его называла.
– Милый, – прошептала я, прижавшись лбом к его лбу. – Но все равно чокнутый. – Мне хотелось настоять на своем. Я снова засмеялась, дрожа в его объятиях.
– На стадионе тебя ждут музыканты, они могут сыграть для тебя как акустическую версию, так и рок-версию. Они сделают так, как ты скажешь.
– Обалдеть. Я просто в шоке. Как ты это провернул, дурачок?
– Немного кое-где подсуетился, потому что твоя музыка заслуживает того, чтобы звучать на самых больших стадионах. Ты готова сделать это? – спросил он, ласково гладя меня по щеке.
– Да, – выдохнула я. – Я ведь задолжала тебе песню, хитрый футболист.
– Ты задолжала мне не только песню, Вика, – многозначительно заявил он.
– Знаю. – Я улыбнулась, радуясь, что совсем скоро скажу ему три заветных слова, которые он так от меня ждал.
Я до сих пор не верила, что он подарил мне мою мечту.
– Где мне взять систему ушного мониторинга? Будет громко. Я хочу исполнять «Гореть и жить» в рок-версии. Нам ведь нужно порвать зрителей в пух и прах, верно? А эта вещь, – я скомкала маску и бросила ее куда-то в сторону, – мне больше не понадобится. Но черные очки я оставлю.
– Если захочешь сыграть свое потрясающее гитарное соло, то вот твоя красотка, она уже подключена с помощью беспроводного передатчика. – С этими словами Артем взял мою руку и положил на глянцевый корпус электрогитары.
Перед моим мысленным взором возник великолепный черный корпус с переливами, который всегда так красиво отражал свет софитов. Я ощутила, как энергия инструмента проникает в меня, наполняя каждую клеточку тела.
– Захочу. – Я решительно взяла инструмент и со счастливой улыбкой повесила на ремне на плечо. В этот момент я почувствовала, как все тревоги и сомнения отступают. Это был мой мир, мой ритм, моя мелодия.
– Возьми еще вот это. – Артем вложил в мою ладонь что-то маленькое и плоское.
– Твой медиатор, который я однажды ночью нашел на футбольном поле.
– Ты сохранил его. – Я была так тронута, что едва не расплакалась, сжимая в пальцах медиатор, который, как я помнила, был ярко-розовым.
– Как ведущему вас представить? – раздался рядом голос техника, который принес мне наушники и микрофон.
– Тория. Я – Тория. Это мой новый сценический псевдоним.
– Мне нравится. – Я почувствовала, как губы Артема скользнули по моей щеке. – Ты талисман клуба «Тор».
– Нет, Королев. Я твой личный талисман. Как думаешь, моя песня вдохновит тебя на победу?
– Я вырву победу зубами и брошу к твоим ногам.
– Мне тоже нужен талисман, так страшно выходить туда, так страшно…
– Талисман в виде моей любви тебя устроит? – мягко спросил Артем.
– Есть фломастер или ручка? – вдруг спросила я.
– У меня есть черный маркер, – ответил техник и тут же всунул его в мои руки.
– Отлично, – улыбнулась я, а затем протянула маркер Артему. – Нарисуй мне сердечко. Вот здесь. – Я указала на свою щеку. – И мне так будет гораздо спокойнее, с кусочком твоей любви.
Я ощутила, как губы Артема прикоснулись к коже на моей щеке, а затем кончик фломастера щекотно вывел маленькое сердечко.
– Я люблю тебя, Вика. У тебя все получится. Вперед. Порви этот стадион в пух и прах.