— Хочешь, я расскажу тебе сказку, Грета? Так время пойдет быстрее.

Девочка не согласилась, но и не отказалась. Пожалуй, это было лучшее, на что можно было рассчитывать. Арчи начал рассказывать про карлика Андердольфа — первую историю, что пришла на ум. Но описывая неприметного карлика, он запнулся. В пьесах Андердольфа часто играли как шута, даже когда он завоевывал сердце принцессы. Кто-то, над кем дети могли посмеяться, даже сопереживая ему.

Но для Греты он не хотел такого героя.

И сам Арчи больше не хотел быть таким героем.

Перемены были небольшими — поначалу. Он просто перестал кривляться, произнося реплики карлика, и постарался показать, какими умными были письма Андердольфа к принцессе. Как бесстрашно он следовал за мечтой — даже за той, что казалась недосягаемой для обычного человека. У Андердольфа было сердце рыцаря, способного сразить дракона, если бы ему только дали шанс.

И когда девочка одарила его робкой улыбкой, он понял, что всё сделал правильно.

— А как ты думаешь… — тихо спросила Грета, не отрываясь от репы. — Смог бы такой герой, как Андердольф, победить огра?

— Не знаю, — медленно ответил Арчи, вымешивая тесто дольше, чем требовалось. — А какой он, этот огр?

Девочка помедлила. Арчи подмывало оставить её в покое, она ведь ребенок, но он должен был знать. Он и так слишком многим рискнул.

— Ты ведь не против рассказать мне? Если это будет просто еще одна сказка?

Грета еще секунду раздумывала, а потом начала говорить:

— Огр был человеком, но он хотел стать королем.

Арчи кивнул, ощутив укол собственного стыда.

— Хорошее начало. Люди часто хотят больше, чем имеют, и это приносит кучу бед.

Грета покачала головой:

— Но он больше не похож на человека. У него есть краденая магия фейри, и он может подчинить любого зверя. Подчинить их, изменить… или самому стать ими.

Маркиз был оборотнем?

— Любое существо? Как лев? Или медведь?

Девочка кивнула:

— Любое. Но этого мало, чтобы победить целую армию, поэтому он придумал другой план.

— Какой план?

Грета сжалась и прошептала ответ репе:

— У него есть крысы.

Крысы?

— Как те чумные крысы?

— Они плодятся, — сказала она.

— Что?

— Крысы. Они плодятся. Иногда их становится очень много, а потом они исчезают.

В голове Арчи пронеслись все последствия этого признания; по спине пробежал холодок.

— Но это ведь тоже не сделало его королем, верно? — Девочка не ответила, но он должен был знать. — Он пытался разводить собак так же, как крыс? Он стал собакой?

Неужели Маркиз-Огр и его монстр — одно и то же существо?

Позади раздался стук. Хельга вернулась, хмуро глядя на них обоих.

— Что я тебе говорила насчет вопросов? Из-за вопросов люди исчезают. И ты втянул в это Грету.

— Это была просто сказка, мама. Он тоже мне её рассказывал, — попыталась заступиться девочка, но Арчи больше не мог притворяться. Не после того, что услышал.

— Ваш Маркиз — чудовище-оборотень. Он создал чуму. Он выпустил её на другие деревни, используя зверей. И с этим ничего не сделали?

Женщина не стала отрицать.

— Это не дает людям совать нос куда не следует. По крайней мере, не давало последние несколько лет.

Арчи кивнул. Эту часть он уже понял.

— Но это перестало работать. У людей вырабатывается иммунитет, и они знают, что крысу нужно убивать сразу.

А в Замковом городе был кот, который мог убить сотню крыс за день.

Кот, который когда-то был принцем и отправился на поиски лекарства от чумы.

И точно так же, как ни Арчи, ни Лео не были теми, кем казались, Маркиз больше не был настоящим Маркизом. Он был огром. Оборотнем. Тем, кто хотел гораздо большего, чем ему было дано. Но всё это было ложью, а Арчи по опыту знал: единственный способ поддерживать ложь — это погребать её под новыми историями и еще более темными злодеяниями.

— Вот почему ему понадобились собаки. Но их дольше разводить, их легче заметить и убить. Что он попробует дальше? Выпустит целый зверинец разом?

Ответа не последовало. Похоже, истина была прямо перед ним.

— И никто никогда не пытался его остановить?

— Пытались, — ответила женщина, переходя в наступление, — но никогда в таком количестве, чтобы это что-то изменило. Иногда он сам провоцирует это: выходит к стражникам, вызывает их на бой, даже позволяет им выбрать, какой облик он примет перед атакой. И если кто-то соглашается… — Хельга содрогнулась. — Мэтью нашел твой шест в той телеге. Ты силен, ты мог бы быть бойцом, но Маркиз может переломать тебе кости одним движением запястья или стать львом и проглотить тебя целиком. Я сама это видела.

Арчи кивнул. Его послали убить гончую и добыть информацию, необходимую королю, чтобы сместить огра. Единственной хорошей новостью было то, что, выполнив одну задачу, он мог решить и другую. Но как победить огра? В открытом бою вся королевская армия, возможно, и справилась бы, но Арчи разделял нежелание монарха идти этим путем. Он никогда не любил такие конфликты — сколько людей погибнет в перекрестном огне? И его собственный брат в их числе.

— Мы могли бы попробовать кое-что другое. — Он посмотрел на тесто в своих руках. — Мы могли бы его отравить.

Женщина даже не вздрогнула.

— Я думала об этом. Но я видела, как он ест сырое и даже тухлое мясо. Что может его отравить? А если не сработает с первого раза, и он заподозрит неладное… Исчезают те, кто задает вопросы и создает проблемы, но я боюсь не за себя. Я боюсь за своего ребенка. — Она посмотрела на Грету.

— Я понимаю. Но вы же знаете, что так продолжаться не может. И теперь, когда я здесь, вам не придется брать вину на себя, если что-то пойдет не так. — У него не было ребенка, о котором нужно было думать, а в случае успеха ему была обещана великая награда.

Хельга замялась:

— Это огромный риск.

Арчи кивнул и достал поднявшееся тесто.

— Тогда давайте сделаем так, чтобы это сработало. Что мы можем использовать? Какие травы у вас есть?

Слова звучали храбро и решительно. А затем всё начало рушиться. Когда отравленный хлеб, наконец, допекся в печи, в кухню вбежал стражник — Мэтью.

— Это ты привез ту телегу? Ты какой-то боец? А ты хоть знал, что привез с собой принцессу Умбрае?

29. Кошачья схватка

Эйнсли была наделена многими талантами. Красотой. Острым языком и метким глазом. Но вот чего она совершенно не умела, так это смешиваться с толпой слуг. План пробраться сюда незамеченной развалился в мгновение ока. Когда Арчи последовал за стражником Мэтью в главный зал, всё еще сжимая поднос с едой (которую он надеялся подать Маркизу как его последний отравленный ужин), принцесса уже была там. В крестьянском платье она отвешивала низкий реверанс человеку, в котором, казалось, совсем не узнавала своего дядю.

И это было неудивительно — Арчи и сам с трудом признал бы в нем человека. Маркиз-Огр был чудовищно раздут, его лицо обезображено. Жесткие каштановые волосы пучками росли в самых неожиданных местах. У него не хватало половины уха. Он был бос и облачен лишь в просторный халат, вероятно, единственную одежду, которая могла налезть на его монструозное тело.

Это был истинный огр.

— Здравствуйте, — попыталась начать она, выпрямляясь и говоря с огром непривычно мягким тоном. Никто не удерживал её, стражники и слуги явно предпочитали держаться на расстоянии, но и пути к отступлению ей не оставляли. — Вы хозяин этого замка? Я, Энни. Энни Миллер. Простите, что спряталась в телеге и не представилась раньше, я просто не хотела, чтобы братья меня увидели. Полагаю, вы тоже приставите меня к работе?

Огр даже не моргнул, сверля её взглядом со своего места за столом.

— Принцесса Эйнсли.

Сердце Арчи ушло в пятки. Эйнсли попыталась возразить:

— Нет. Я…

— Не играй со мной, девчонка. То, что ты не видела меня в человеческом облике почти пять лет, не значит, что я не видел тебя. Ты — принцесса, и если ты здесь, значит, король знает гораздо больше, чем ему положено. Скоро он придет со своей армией, но, по крайней мере, ты станешь моей разменной монетой.

Эйнсли опустила руки и вскинула подбородок.

— Ты не можешь быть моим дядей. Ты просто зверь. Те монстры, которых ты посылал, убили твою собственную сестру.

Огр лишь пожал плечами, подавая знак людям запереть принцессу.

— Я бы предпочел короля, но животные глупы, даже когда я сам встаю во главе их стаи.

Арчи взглянул на своё оружие: отравленный хлеб. Но яд подействует слишком медленно, чтобы спасти принцессу. К тому же это слишком рискованно, если огр уже связал их с Эйнсли. Что же делать?

Эйнсли яростно сверкнула глазами:

— Неужели не нашлось мужчины, способного выступить против тебя?

— Я позволял попробовать каждому желающему.

Арчи выронил поднос, наконец обретя голос. У него не было времени придумывать новый план, но он не мог выпустить принцессу из виду.

— Я попробую.

Эйнсли обернулась:

— Арчи… — В этом слове слышалось искреннее извинение, но Арчи винил только себя. Ему следовало знать, что принцесса что-нибудь выкинет. Требовать от неё остаться в стороне, как когда-то её брат, было выше человеческих сил. Он просто надеялся на чудо.

И теперь ему пришлось оставить прежние планы и вцепиться в новую, безумную надежду. Ведь в беде была не только Эйнсли. В беде был весь Карабус, а может, и Замковый город.

Всё королевство.

Огр поднялся, отодвигая стол своим массивным телом. Тяжелые шаги отозвались эхом на треснувшей плитке.

— Ты новенький. Тот самый, что привез принцессу? — Он размял плечи, готовясь к бою. — Полагаю, один этот дар дает тебе право бросить мне вызов, если ты действительно этого хочешь. Тебе нужно оружие?

Старый лук Арчи был сломан. Шест остался в телеге, и Арчи не знал, где он сейчас. Мэтью, казалось, был готов отдать своё копье, но остальные стражники и слуги уже разбегались по углам, увлекая за собой принцессу. Они очистили середину зала так быстро, что стало ясно: этот кровавый турнир проводится здесь не впервые.

Арчи тяжело сглотнул, но шагнул вперед без копья. Он никогда не хотел решать конфликты таким образом, чтобы его видели как еще одного огра, но ради спасения Эйнсли он был готов на всё. Он сыграет любую роль и применит любое умение, чтобы помочь принцессе.

Именно таким героем он и хотел быть.

Он размял руки точно так же, как огр, делая вид, что действительно собирается сразиться с чудовищем в одиночку.

— Я слышал, ты позволяешь противнику самому выбирать, в каком зверином обличии ты будешь драться.

— Верно. У тебя есть предпочтения? — Огр начал демонстрировать свои возможности в гротескном танце растягивающихся мышц и хрустящих костей.

Каждая новая форма была очередным кошмаром.

Огромный лев. Рогатый бык. Искалеченный, угловатый медведь — и у каждого не хватало половины уха.

Но Арчи искал взглядом совсем другое животное. Эйнсли пришла за ним, значит, пришел и кое-кто еще? Кое-кто, чьи планы всегда совпадали с её планами? Возможно, в этот раз он и его волшебный кот смогут одолеть зверя, объединив свои силы.

***

Что этот придурок-мельник творит? Тянет время? Не похоже, чтобы у него был план, и Лео уже весь извелся, желая спрыгнуть с балок и самому напасть на огра.

Он уже делал это раньше.

Но это было до того, как он узнал, что след всех монстров, терзающих его землю, ведет к его пьяному, хвастливому дяде. До того, как Табита плакала и умоляла его не рисковать собой. Разрываясь между слезами Табиты и бледным лицом сестры, Лео не знал, куда податься, но план созрел сам собой. Даже если он всё еще кот.

Даже если не может говорить.

Даже если…

Внизу Арчи сделал еще шаг вперед.

— Я самый сильный человек в Замковом городе, и я хочу сразиться с самым свирепым и смертоносным зверем, в которого ты можешь превратиться. Не с псом и не с медведем — именно крысы всегда были истинным ужасом, когда дело касалось чумы.

Крыса? Неужели огр на это пойдет?

Огр самодовольно улыбнулся. Он считал мельника дураком, и кто бы его винил? Парень вел себя именно так.

— И с чего бы кому-то считать крысу самым сильным существом, в которое я могу обратиться? — спросил огр.

— Разве не очевидно? Псы, которых ты послал на фестиваль, были убиты в считанные секунды; я сам пришиб парочку обычной палкой. Уха тебя лишил охотник с крошечным топориком. Но крысы… их было так много, и они были такими маленькими, что никто не знал, откуда ждать удара. Даже я, — сказал Арчи, и казалось, ему наплевать, что он подставляет себя под удар заразы вдали от лекарей. Будто он был достаточно глуп, чтобы верить, что одна лишь сила его спасет.

Или, возможно, он был куда умнее и талантливее как актер, чем кто-либо думал? Лео никогда не замечал за Арчи такой хвастливости, какая была у огра, но парень вжился в роль убедительно, и в его словах была горькая правда.

Тут вмешалась сестра Лео.

— Нет, Арчи, не делай этого! — закричала принцесса, подыгрывая ему, будто она тоже верила, что крыса — самое страшное обличие огра. — Чумные крысы слишком быстрые и маленькие! Ты не успеешь опомниться, как тебя укусят! Заставь его выбрать кого-то покрупнее!

И когда Арчи демонстративно проигнорировал свою возлюбленную принцессу, Лео понял: это ловушка.

— Ты тратил время, пытаясь вывести сильных зверей, когда именно крысы сразили королеву — даже моя мать пала от их укуса. — Арчи снова развел руками, мастерски провоцируя противника. — Как я могу заявить о настоящей победе, если не выберу самое сложное испытание? Или, может, ты сам боишься?

Огр зарычал.

— Что ж, пеняй на себя. Жаль, самые сильные люди на моей службе всегда оказываются самыми безрассудными и охотно расстаются с жизнью. — Он снова начал меняться, уменьшаясь и превращаясь в огромную крысу. Зеленые клыки. Запах гнили. Зверь метнулся через зал так быстро, что Арчи не успел бы и глазом моргнуть.