Адвокатская контора Арчи Банзена явно не слишком-то стремилась заполучить новых клиентов. Снаружи представляла она собой стальную дверь с домофоном на 110-й улице. И больше походила на бункер, чем на юридическую консультацию. Вывески над дверью не было. Слова «Банзен, юр. усл.» были написаны на узеньком листочке, вставленном в прозрачный пластиковый кармашек возле кнопки домофона. Лейк нажал на нее и стал ждать. Блок отошла в сторонку, с удовольствием предоставив все переговоры ему.

Стальная смотровая щель с лязгом распахнулась, и в ней появилась чья-то физиономия. Очень крупная физиономия. Пожалуй, с обеденную тарелку. Снизу ее обрамляла идеально подстриженная тоненькая, рэперского стиля бородка, словно нарисованная фломастером. Щеки были такими круглыми и пухлыми, что словно пытались раздавить между собой нос.

– Чё надо? – осведомилась физиономия.

– Мы хотели бы поговорить с Арчи Банзеном, – вежливо ответил Лейк.

– Нету его здесь, – последовал ответ, и смотровая щель захлопнулась.

Лейк забарабанил в дверь, крикнул:

– Нас прислал Эдди Флинн!

Тишина.

Щель медленно открылась.

– Чё надо от Арчи?

– Надо просто поговорить, вот и всё.

Щель закрылась. Дверь тоже оставалась закрытой.

– Ну и ладно. Мы можем попросить ФБР прийти и поговорить с Арчи, – крикнул Лейк через дверь, которая наконец открылась.

Фигура за ней была под стать физиономии. Блок предположила, что это и есть Лунатик. Парень был больше шести футов пяти дюймов ростом и весил фунтов четыреста. И далеко не все эти фунты приходились на жир. Физиономия сидела на паре хорошо развитых трапециевидных мышц, переходящих в округлые плечи, создавая впечатление горы мускулов. Даже если он и не весил столько же, сколько «Фольксваген-Жук», то наверняка мог запросто поднять его.

Детина не без труда развернулся в узеньком коридорчике и подвел их к двери в самом конце. Постучался, сказал:

– К вам какие-то кенты. От Эдди Флинна.

Дверь отворилась, и за ней открылся кабинет, который выглядел так, словно его только что переворошила свора грабителей. Бумаги и папки были разбросаны не только по всему письменному столу, но и по полу, валялись на стульях, высокими стопками громоздились на столах, торчали из металлических канцелярских шкафов, которые были переполнены и уже не могли нормально закрыться. За огромным письменным столом из резного дуба сидел лысоватый коротышка в желтоватой рубашке, коричневых подтяжках на плечах и со свисающей изо рта сигаретой. Рубашка, наверное, изначально была белой, но вся комната была окутана шафрановой дымкой, словно исходившей из единственного окна слева, с толстым слоем никотина на стекле. Блок учуяла запах табачного дыма еще в коридоре. Пепельница на письменном столе явно не опорожнялась уже несколько месяцев. Окурки заталкивались в нее ряд за рядом, пока не стали торчать из пепельницы, словно толстые иглы какого-то оранжевого дикобраза.

– Ну, что там у Эдди? – буркнул коротышка, голос которого звучал так, словно в ведре с обойным клеем перекатывались болты и гайки.

– Так это вы Арчи? – спросил Лейк.

– Можете называть меня мистер Банзен.

– Нам нужна ваша помощь. В прошлом году один из ваших клиентов сдал в аренду мансарду на Манхэттене. ФБР связалось с арендодателем, и он сказал, что сделка никак не оформлялась. Мол, это была краткосрочная аренда, и тот парень заплатил наличными. Эдди говорит, что ни один домовладелец в городе не сдаст в аренду даже дыру в стене без какого-либо залога и информации о банковских счетах. Насколько я понимаю, как раз вы и занимаетесь оформлением документов для всех… домовладельцев в этом районе, стало быть…

– Вы хотели сказать, левых домовладельцев, насколько я понимаю?

– Я этого не говорил, – возразил Лейк.

– Нет, но Эдди наверняка так и сказал. Хотя я не против. Я человек простой, мистер…

– Лейк, Гэбриэл Лейк. А это моя напарница Блок.

– Не сильно-то она разговорчива…

– В этом нет необходимости. В общем, ФБР не удалось отыскать никакого бумажного следа, но Эдди знает, что вы ведете всю бухгалтерию для своих клиентов, и у вас могут иметься какие-то документы, которые могли бы нам помочь.

– И с какой это стати я должен передавать вам бумаги моего клиента?

– Нам нужно срочно найти этого арендатора. Для нас важны любые документы, способные на него вывести.

– Сожалею, но я не могу разглашать информацию о клиентах без решения суда.

– Эдди предупреждал нас, что вы можете так и ответить. Он сказал, что был бы очень признателен вам за помощь в этом вопросе.

– Боюсь, что ничем не могу помочь. А теперь, если вы не возражаете, у меня еще дел выше крыши.

– Мы знаем, что вы ведете два отдельных комплекта отчетности для своих арендодателей. Есть множество способов обойти контроль за арендой и скрыть часть доходов от налоговой. Вам ведь не хочется, чтобы это вдруг привлекло внимание ФБР, согласны? – сказал Лейк.

По тому, как Банзен скрестил руки на груди, Блок подумала, что Лейк ожидал, что после подобной угрозы тот все-таки пойдет им навстречу. Но он явно недооценил адвоката. В расследованиях Лейк, может, и знал толк, но в таких делах явно ни черта не смыслил.

– Не в том вы положении, чтобы угрожать, мистер Лейк… Вам и вашей спутнице лучше уйти подобру-поздорову, покуда вы еще целы.

Прежде чем Лейк успел что-либо сказать в ответ, Лунатик шагнул к нему. Это был серьезный шаг. Сразу во многих отношениях. Это было не просто вторжение в личное пространство – скорее это наводило на мысли о буйволе, готовом насадить кого-нибудь на рога, или появлении какой-нибудь планеты всего в двадцати футах от вашего дома. Лейк перевел взгляд на здоровяка и улыбнулся. Не получив улыбки в ответ.

Лунатик положил руку на запястье Лейка, поначалу довольно мягко, а затем глянул на Арчи, ожидая подтверждения того, что ему следует выбросить обоих наглецов на улицу. Рука эта выглядела так, словно на ней была бейсбольная рукавица, хотя это была просто здоровенная пятерня с толстенными пальцами.

– Скажите своему дружку, чтобы держал свои лапы при себе, – ровно произнесла Блок.

– Ого, она все-таки разговаривает! Это ваш телохранитель, мистер Лейк? – отозвался Банзен, подавляя смех. – Тогда у вас большие неприятности. Вам следовало прихватить с собой кого-нибудь покрупней.

Лейк стоял между гигантом и своей спутницей, и все это время она сохраняла полную неподвижность. Просто оглядывала комнату, сцепив руки перед собой. Так что когда Блок двинулась, и двинулась быстро, все, казалось, произошло в какую-то долю секунды. Она сунула правую руку под куртку, и внезапно в этой руке перед лицом у Лейка возник огромный револьвер, направленный прямо в голову здоровяка. «Магнум–500» – это оружие такого размера и мощности, что оно, как правило, способно произвести драматический эффект в любой ситуации, в какой извлекается на свет.

– Эта штука для вас достаточно крупная? – осведомилась Блок. – Документы! У меня нет времени на всю эту фигню. Вы уже в курсе, что мы ищем, потому что ваш клиент наверняка сразу же позвонил вам, когда его навестили федералы. Доставайте. Немедленно.

– Что она собирается делать? Выстрелить в него? – опасливо спросил Арчи.

– У вашего приятеля башка размером с баскетбольный мяч. Не думаю, что она промажет в нее даже с пятидесяти футов, – ответил Лейк.

– Нет, я не стану в него стрелять, – сказала Блок, разжимая пальцы на рукояти револьвера, который провалился у нее в руке вниз, удерживаемый за спусковую скобу. Ствол взлетел вверх, а рукоятка нацелилась вперед и вниз, когда она ловко перехватила револьвер за барабан, превратив его в подобие кастета. Словно стрелок в старом вестерне.

Короткий замах, и рукоятка револьвера воткнулась в пухлое запястье Лунатика. Тот немедленно отпустил Лейка, схватившись за предплечье и разинув свой огромный рот, чтобы хватить воздуха. Отступив назад, споткнулся и шлепнулся на задницу.

– Вы начинаете действовать мне на нервы, – произнесла Блок. – Тяжелый плотничий молоток весит около двух фунтов. А эта волына – почти шесть. Если вы сейчас же не отдадите нам эти бумаги, я сломаю этому бугаю вторую руку. А потом засуну вашу башку ему в задницу.

В тоне Блок было что-то такое, что вызвало у Банзена немедленный отклик.

Его кресло громко скрипнуло, когда он подался вперед и, поднявшись, быстро направился к канцелярскому шкафу. Открыл его и начал просматривать папки внутри, перебирая пальцами страницы.

– Если вы достанете оттуда какое-либо оружие, я испорчу вам стенку, проделав в ней большую дыру, – предупредила Блок. – Но предварительно будете сильно испорчены вы сами плюс этот вот шкафчик.

Пальцы у Банзена напряглись, а затем опять взялись за дело. Вытащив из шкафа тонкую папку темно-синего цвета, он протянул ее Лейку.

Открыв папку, тот увидел всего несколько страниц. Договор аренды с подписью, которую он не смог разобрать, и банковскую выписку. Оба документа были оформлены на некую компанию под названием «Шорлайн Лимитед».

– И это всё? – спросил Лейк.

– Всё, что у нас есть.

– Ну вот и славненько, – заключила Блок.

* * *

Пока Лейк забирался на пассажирское сиденье «Джипа» с папкой в руке, Блок уже заводила мотор. Открыв папку, лежавшую у него на коленях, он пробежался пальцем по строчкам, нашел то, что искал, и принялся что-то набирать на своем телефоне.

– Согласно базам данных КЦББ[41], «Шорлайн Лимитед», похоже, какая-то подставная компания. Никаких отчетов никогда не подавалось, – вскоре объявил он. – Директором компании является Дэниел Миллер – но тут-то как раз ничего удивительного… Погоди-ка, тут указан еще и адрес, хотя это не домашний адрес Миллера.

Движение в туннеле Холланд оказалось в кои-то веки не особо плотным, и где-то через час Блок въехала в какую-то промзону в Бейонне, уже в штате Нью-Джерси. Этот район представлял собой пчелиные соты из складов, фабрик и складских комплексов различных транспортных компаний. По адресу, который Лейк отыскал в базе данных КЦББ, располагалось старое кирпичное здание, окруженное ржавой оградой из проволочной сетки. Судя по широким и высоким двойным дубовым дверям на фасаде, некогда оно служило чем-то вроде склада или гаража. Все стекла в здании были выбиты.

– Детишки с рогатками поупражнялись, – предположила Блок.

Выбравшись из машины, они осмотрели цепь, стягивающую створки ворот в ограде. Цепь была не новая, но и не такая уж старая. Замок на ней – явно в рабочем состоянии. Ржавчины нигде не было.

– Подходящее местечко, чтобы спрятаться, – заметил Лейк.

Блок подошла к своей машине, достала из багажника длинную монтировку и протянула ее Лейку. Вытащила револьвер и объявила:

– Когда мы приехали сюда, замок был уже взломан.

Лейку потребовалось три раза налечь на монтировку, чтобы сорвать замок с ворот. С того момента как они подъехали сюда, Блок не видела на улице ни какой-то другой машины, ни пешехода, поэтому не думала, что шум создаст им особые проблемы. Открыть огромные двойные двери здания было совершенно нереально. Его окружала грунтовая площадка, посыпанная гравием, и на боковой стороне строения Блок заметила стальную дверь, выкрашенную в синий цвет, – наверное, лет сорок назад. Замок на двери был исправен. И был новеньким. Блестящим, хорошо смазанным. Хотя краску на двери не обновили. Кто-то решил использовать это место в каких-то своих целях, но не хотел, чтобы кто-то знал об этом.

Обойдя здание по периметру, они так и не нашли простого способа проникнуть внутрь.

Футах в десяти над ними зияли окна с выбитыми стеклами. Размерами примерно три на три фута каждое, они тянулись по всей стене здания.

– Подсади-ка меня, – попросила Блок.

– Ты уверена? – отозвался Лейк. – Если заберешься туда и не сможешь открыть дверь, то…

– Я сумею справиться с тем, что находится на той стороне, – заверила она, убирая оружие в кобуру.

Монтировка полетела на землю. Лейк прижался спиной к стене, расставил ноги, сцепил перед собой ладони и опустил их вниз. Блок шагнула к нему, упершись ногой в образованную ими ступеньку и ухватив его руками за плечи. Он вздернул ее вверх, и она сумела дотянуться до подоконника. Блок думала, что стекол в этом окне уже совсем не осталось, но в раме все еще торчали несколько старых пыльных осколков, о которые она поранила икру, просовывая ногу внутрь. Наконец Блок спрыгнула на бетонный пол внизу, и хлопок ее подошв эхом отразился от голых стен.

Включив миниатюрный фонарик, она огляделась по сторонам.

Когда-то это место было складом. Вдоль противоположной стены тянулись тяжелые железные полки, вздымающиеся до самого потолка. В крышу были врезаны прозрачные потолочные панели, перемежающиеся с кровельными листами из гофрированного железа. Видимо, прозрачные панели были призваны впускать дневной свет, но они оказались слишком уж грязными. Широкий пол усеивали детали каких-то старых механизмов и ржавые инструменты, и ей приходилось соблюдать осторожность, ступая по нему. Похоже, что в этом помещении больше не было ничего, кроме нескольких штабелей деревянных поддонов. Часть склада была отгорожена от остального пространства – судя по всему, там располагался кабинет заведующего. Дверь его была закрыта, но в стене-перегородке имелось окошко.

Блок вырубила фонарик.

Либо в задней стене конторы было еще одно окно, выходящее наружу, которое она не заметила во время внешнего осмотра, либо в здании все еще было электричество.

Потому что Блок увидела внутри тусклый свет.

Вроде как исходящий от лампы.

Или от фонарика у кого-то в руке.