Еще когда Цзи Шоусинь закончил рассказывать о том, что ему довелось пережить в детстве, Чэнь Путянь догадался, что тело принадлежало Чжан Сяоде. Истории их жизней были во многом схожи. Теперь он искренне восхищался своей мамой. Кто бы мог подумать, что она окажется права! Она почувствовала, что в больнице умерла женщина по фамилии Чжан, задолго до того, как Чжан Цици скончалась у него на руках.

– Слушай внимательно. – Цзи Шоусинь увидел, что Чэнь Путянь отвлекся, и кашлянул несколько раз. – Второй раз повторять не буду.

– Продолжайте, – поторопил его Ян Кэ.

– Было еще кое-что, чего вы никогда бы не смогли вообразить. В общем… Хэ Мэй нравилось писать роман и быть членом сообщества Х. Она постепенно сблизилась с Чжан Цици, между ними крепла эмпатия, и в какой-то момент они стали хорошими подругами. Чжан Цици хотела, чтобы Хэ Мэй выписали из больницы, потому что без поддержки семьи лечение биполярного расстройства со временем становилось бы все более неэффективным. Она пыталась связаться с родными пациентки, но Чжан Дабэй женился во второй раз и завел новую семью, где Хэ Мэй была попросту лишней. Чжан Цици не могла выпускать из больницы кого вздумается, поэтому она решила воспользоваться приветственной вечеринкой, чтобы тайно вывести Хэ Мэй из стационара. А потом они пошли домой к Ян Кэ.

Вы наверняка очень удивлены: у Хэ Мэй было биполярное расстройство, ее состояние отличалось нестабильностью. Как Чжан Цици могла просто взять и вывести опасную пациентку во внешний мир? Чжан Цици казалось, что она все просчитала. Но она ошиблась: у Хэ Мэй случился приступ в тот момент, когда они находились в ее спальне. Пациентка схватила ножницы и напала на нее, а брызги крови попали на потолок.

Помните, что тем же вечером Ян Кэ собирался сделать Чжан Цици предложение? Она заведомо знала про это и, чтобы отвести Ян Кэ подальше, позвонила ему на стационарный телефон в больницу и условилась с ним о встрече в Первой больнице. Он тогда напрасно прождал ее три часа. Но этих трех часов ей хватило с лихвой, чтобы успеть многое: например, она успела сделать уборку на месте происшествия, с большим трудом умудрилась утихомирить Хэ Мэй, переодеть ее в больничную рубашку и туго связать ей руки, а потом привести пациентку обратно в подвал стационара больницы Циншань.

Именно тогда Чжан Цици осознала, что Хэ Мэй нельзя выписывать из больницы: а иначе кто будет нести ответственность, если кто-нибудь пострадает от ее действий? Но перед тем как она решилась тайком забрать девушку, Чжан Цици хотела получить одобрение Хэ Фую. Разумеется, он отказал ей в просьбе. Вот почему Юэ Тинши заметила, как Хэ Фую и Чжан Цици украдкой спустились парой этажей ниже, ненадолго покинув вечеринку. Заведующий всегда имел в приоритете деньги и репутацию, такой осмотрительный человек, как он, уж точно не стал бы ставить на кон собственный бизнес ради авантюрной затеи. Чжан Цици не отважилась подходить к нему дважды, а потому в следующий раз она уже обратилась ко мне. Стоит признать, эта Юэ Тинши оказалась смекалистой дамочкой. Должно быть, она тоже знала о том, что произошло с Ян Янь, потому что раньше они с Чжан Цици были близки, и она всем с ней делилась. Наверняка, когда они в очередной раз болтали о всякой ерунде, Чжан Цици рассказала ей о своих подозрениях насчет того, что ее молодой человек мог изменять ей с девушкой по имени Янь Кэ. После того как я спрятал Чжан Цици, Юэ Тинши, стараясь не привлекать внимания окружающих, подходила ко мне один раз и намеками пыталась выяснить, знаю ли я что-нибудь о деле Ян Янь. Она думала, что вокруг исчезновения Чжан Цици и пропажи девочки выстроена сложная взаимосвязь, но на деле все оказалось гораздо проще.

Когда Чжан Цици подошла ко мне, вечеринка уже подошла к концу, и нас мало кто видел вместе. Я согласился помочь ей отвести Хэ Мэй обратно в палату, но когда Чжан Цици пошла наверх проверить, есть ли там кто-нибудь, у Хэ Мэй снова случился приступ. Она вытащила нож для фруктов, который, вероятно, стащила из квартиры Ян Кэ.

Я был совсем один на минус втором этаже, никто не мог прийти мне на помощь. Спасая свою жизнь, я сцепился с Хэ Мэй. Во время драки она хватала меня за волосы – вот поэтому мою перхоть потом обнаружили под ее ногтями. К счастью, когда меня об этом спросил офицер Ляо, мне удалось его одурачить, сказав, что для врача и психически больного столь близкий телесный контакт вполне нормален.

Мне удалось перехватить нож, но Хэ Мэй побежала на меня и сама же напоролась на лезвие. Когда в подвал спустилась Чжан Цици, я испугался и без долгих раздумий сказал, что это дело рук Ян Кэ: он приходил сюда и убил Хэ Мэй, а потом обязательно придет за тобой, Чжан Цици. Я намеренно нагнетал панику, чтобы продавить ее психику. Чтобы контролировать человека, нужно до смерти его запугать. Ну а кровь на своем теле я тоже правдоподобно объяснил, сказав, что хотел спасти Хэ Мэй, заткнув ей рану руками. Чжан Цици тогда было очень легко обмануть. Люди с психическими заболеваниями больше всего боятся напряженной обстановки. Попадая в нее, они легко возбуждаются, а в таком состоянии они не могут нормально соображать. И чем больше ты будешь нагнетать и мистифицировать ситуацию, тем быстрее они попадут в ловушку.

Чтобы успокоить ее, я убедил ее в том, что ей нужно на несколько дней спрятаться на минус втором этаже. Также я уговорил ее помочь мне замуровать труп. Для этого нужно было разобрать стену, а потом сложить заново. Материалы для строительных работ я смог бы пронести тайно. В любом случае я сказал ей, что, во-первых, это может отвести беду от Ян Кэ, поскольку она поможет ему спрятать тело, а во-вторых, что это она выпустила Хэ Мэй и теперь пациентка мертва. Как бы она объяснила это руководству больницы и семье погибшей?

В чем психиатры наиболее сильны? В манипулировании сознанием людей, и особенно тех из них, у кого есть психические расстройства. Чжан Цици считала себя умной, но в этой ситуации она перепугалась не на шутку, отчего течение ее болезни усугубилось, и очень скоро она стала марионеткой в моих руках. Мне очень повезло, что как раз в это время до меня дошел слух о том, что муж Лу Сусу задолжал много денег и теперь скрывается от них. Сама же Лу Сусу, размышляя о проблемах мужа, однажды сказала Чжан Цици, что с нее каждый день трясут его долги и что, если бы она была мертва, никто бы ей больше не досаждал.

Я давно понял, что Чжан Цици пойдет на поводу своих эмоций и попытается высвободить Хэ Мэй. Один факт того, что ей сменили имя, служил достаточным доказательством, что ее отец отрекся от нее. Ее мать, Хэ Цяошоу, умерла много лет назад, а кроме нее, никто больше не желал заботиться о Хэ Мэй. Да и вообще – куда бы она пошла? Выписывай ее из больницы или не выписывай, всем было все равно. Даже ее дальний родственник, Чжан Циншань, не желал брать Хэ Мэй под свое крыло, поэтому больница и продолжала зарабатывать на ее лечении. Содержание больницы – это вам не благотворительность, знаете ли. Отец Хэ Мэй и так сделал всю работу за меня: Чжан Дабэй и так давно придумал оправдание для родственников и знакомых, будто Хэ Мэй уехала работать в Гуандун. А если говорить так из раза в раз, то воспоминания соседей тоже подменятся, и они поверят, что это правда. Каждый из них мог бы выступить в качестве свидетеля. Это же прямо почти суперспособность изменять реальность, какой обладала Алая Ведьма из комиксов «Марвел».

Не было смысла переживать из-за смерти Хэ Мэй, ее легко можно было скрыть. Но вот исчезновение Чжан Цици могло вызвать проблемы. Из-за этого я внушил ей, что ей надо симулировать свою смерть. Да, прямо как предложила тогда Лу Сусу, когда они обсуждали ее мужа-должника. Это натолкнуло меня на одну мысль: я терпеливо прививал ей идею того, что ей надо притвориться, будто ее обманом затянули в бэйхайскую финансовую пирамиду. В действительности же она должна будет скрываться в больнице Циншань. На минус первом и втором этажах было полно места, чтобы там прятаться. Когда Чжан Цици начали искать, практически никто не додумался спуститься на нижние уровни, оттого ее игра в прятки оказалась совсем легкой. От взора камер спрятаться было тоже несложно. К тому же картинка, которая выводилась с них, из-за низкого разрешения больше напоминала мозаику.

Я знал, что перед смертью Лу Сусу вдруг вспомнила свои же слова о ложной смерти и подумала, что Чжан Цици только притворялась мертвой, а на самом деле умер другой человек. Но, на мое счастье, Чэнь Путянь потерял слишком много крови и забыл последние слова своей старой возлюбленной.

Вы спросите меня, почему же тогда судебно-медицинская экспертиза Чжоу Цзюня подтвердила, что умершей была Чжан Цици? Еще до того, как Хэ Мэй погибла по неосторожности, я подбил Чжан Цици, чтобы она сделала тест. Я, конечно, не говорил ей об этом в лоб. Взяв под контроль сознание Хэ Мэй, я донес свою мысль ее устами и сподвиг Чжан Цици на дальнейшие действия.

Когда-то выходила книжка под названием «Танец тысячи языков». В ней была героиня, которая занималась торговлей людьми, и однажды ей нужно было сымитировать свою смерть. Чтобы обмануть судмедэкспертов, она умышленно оставляла в нужных местах образцы ДНК настоящей покойной. После освидетельствования полиция ошибочно заключила, что погибшей являлась та самая женщина.

Дальше все отталкивалось от этой книги: когда Чжан Цици и Хэ Мэй обсуждали сюжет для нового романа, Хэ Мэй выступила с идеей, которую до этого тайно внушил ей я. Она предположила, что герой книги мог стащить немного волос с волосяными фолликулами у другого человека и раскидать их по своей комнате, оставить их в доме своих родителей, да даже в дежурном кабинете лечащего врача. А еще он мог стянуть зубную щетку и оставить ее у себя в ванной. Ну а затем под предлогом похода к стоматологу составить там поддельную зубную формулу. На улицах Наньнина полным-полно стоматологических клиник, и часто в них работает по одному стоматологу. Они там в ваши документы даже не посмотрят; назоветесь Ван Цзусянь[89] – так и запишут. Я как-то тоже ходил в подобные клиники: в большинстве из них не знают, что такое конфиденциальность.

Иными словами, образцы ДНК принадлежали Хэ Мэй. Зубная формула была тоже ее, потому что однажды она пожаловалась на зубную боль, а потом у нее выпал зуб и ее пришлось вести к стоматологу, чем и воспользовалась Чжан Цици, отправившись туда вместе с Хэ Мэй. Мало кто помнит такую мелочь, но именно тогда они солгали: Хэ Мэй назвалась именем Чжан Цици. Иначе откуда могли взяться настолько полные биологические свидетельства, как образцы ДНК и зубная формула, которые удалось сопоставить с личностью Чжан Цици? Все было подготовлено заранее. Вот поэтому Чжан Цици умерла дважды.

Самая большая проблема заключалась в том, что состояние Чжан Цици было действительно нестабильно. Она скрывалась от всех слишком долгое время и уже впала в полубезумное состояние, постепенно поверив, что находится внутри книги. Книги, которую они написали с Хэ Мэй. Чжан Цици практически не различала реальный и вымышленный миры.

Однажды ночью она наткнулась на У Сюна. Он собирался сообщить офицеру Ляо, что Чжан Цици нашлась, но она умудрилась отговорить его от этой затеи. Чжан Цици не сказала, что это я ее спрятал. Чтобы не выдать себя, каждый раз, когда я приходил к ней в укрытие, я переодевался и надевал женский парик с длинными волосами. Ее больной разум воспринимал меня как умершую Хэ Мэй.

Каждый свой визит я говорил ей, что меня убил Ян Кэ, но потому что ему угрожал Х – пока она пряталась, появилось третье поколение игроков. Необходимо было найти этого человека. И после этого Чжан Цици снова вышла на У Сюна и на полном серьезе убедила его помочь ей в поисках. На самом деле никакого третьего поколения Х не было. Однако, чтобы У Сюн поверил, я отправил ему несколько сообщений в духе Х.

Первое сообщение было угрозой. Я написал, что, если он посмеет снимать жилье вместе с этим новеньким типом, Чэнь Путянем, я раскрою всем его связь с Сяо Цяо, и это не сойдет ему с рук.

Чэнь Путянь, ты думал, что тебе вечно не везло и никто не хотел снимать с тобой пополам квартиру? Нет, это я все устроил так, чтобы ты жил с Ян Кэ, и даже помог тебе попасть в больницу Циншань. Как ты думаешь, кто был тот человек, который позвонил профессору У? Это я притворился Ян Кэ – оттого профессор У и считал, что они с Ян Кэ давно знакомы.

Позже я снова шантажировал У Сюна, заставляя его делать разные вещи. Например, ходить то там, то сям в женском парике, ну и еще всякие мелочи, чтобы он смог поверить Чжан Цици. Так и работают контроль над сознанием и подмена реальности. Только дергая за ниточки Чжан Цици и У Сюна, я мог оставаться незамеченным и продумывать свои планы, прячась за кулисами.

Ты вновь спросишь меня: зачем я это делал? Чжан Цици было легко управлять, но она была слишком импульсивна. Мне хотелось привести сюда Чэнь Путяня, чтобы она снова разволновалась и у нее пропало желание вновь связаться с Ян Кэ. Вдобавок мне нужно было чем-то его отвлечь – с его-то интеллектом он бы скоро догадался, что смерть Хэ Мэй как-то связана со мной, верно?

Я же не дьявол во плоти: увидев, что мой братец остался один, и осознав, что за личностью Тай Пинчуаня скрывается Чэнь Путянь, я тут же подумал, чтобы подослать Ян Кэ нового товарища. Во-первых, это бы воспрепятствовало возвращению Чжан Цици. Ну а во-вторых, мне не было бы так стыдно: как-никак я сорвал его помолвку.

Вы думали, заместитель Цзи такой славный, у него золотое сердце, он никогда не откажет в помощи, так? Да, и у меня тоже есть добрая сторона, я тоже могу испытывать чувство вины. Вот почему каждый раз, когда ты приходил ко мне, Чэнь Путянь, я шел к тебе на выручку и ни разу не сделал тебе ничего плохого. Я тоже думал о том, чтобы отпустить зло, но я взял на себя ответственность за случай Сяо Цяо. Ты же тем временем прославился, и твоя жизнь становилась все лучше и лучше. Из-за этого меня грызло изнутри ощущение глобальной несправедливости: почему это я – тот, кто должен страдать?

Да еще и этот Хэ Фую! Толстяк не был достоин занимать пост заведующего. Знаешь, кто его отравил? Я! Я жаждал его смерти! Расправиться с толстяком получилось легко, все прошло гладко. Мало того что его по глупой случайности задавила Лян Лянлян, так еще и его родственники так были увлечены борьбой за наследство, что поторопились с его похоронами и быстро кремировали тело, не став проводить никаких тестов на яд. В противном случае у меня бы давно возникли неприятности.

Однако толстяк Хэ не был глупым. Пока я его травил, он стал замечать, что становится все тучнее и у него выпадает все больше волос, и в итоге стал подозревать, что вода в его кабинете отравлена. Я испугался, что попаду под подозрение, и поэтому убедил Хэ Фую втайне провести собственное расследование. Мне удалось обмануть вас в очередной раз, когда я велел вам от лица Х выкрасть так называемое письмо, оставленное Чжан Цици. Изображение, где вы идете красть письмо в его кабинет, как раз таки и удалось получить толстяку Хэ.

Хэ Фую подумал, что Чэнь Путянь заходил к нему, чтобы отравить воду, но на самом деле он пробрался туда, чтобы найти письмо. Этот трюк вышел не без изъянов – я все еще боялся, что меня схватят за руку. Мне ничего не оставалось, кроме как продолжать врать ему, говоря, что все это козни Х и что нам нужно самим разобраться в ситуации. А потом помощь пришла, откуда я не ждал: Лян Лянлян оказала мне большую услугу. Мне следовало отблагодарить ее. Подумать только, она помогла мне убрать У Сюна и толстяка Хэ! Надо было убить ее руками еще нескольких человек.

Кхе-кхе… Да, кстати, как ты узнал, что это я?..

Бледный как полотно Цзи Шоусинь бессильно закашлялся, его поток самовосхваления наконец иссяк. В голосе слышалось сомнение, потому что он не понимал, чем мог себя выдать.

Чэнь Путянь указала на палец Цзи Шоусиня и сказал:

– С этого начались мои подозрения на ваш счет.