Мир фантазий и снов породил в Соньяторе неуёмное желание видеть мечты и даже больше – мальчик теперь хотел показывать свои рисунки всем без исключения. Конечно, после визита в «Магазин Снов», он понял, что его картинки имеют ценность, иначе же бывалый продавец ничего не купил, пусть даже за небольшие деньги. Осознав это, мальчик решил показать родителям свои творения.

– Мам, я тут кое-что нарисовал и хочу показать вам с папой, – произнёс Соньяторе как-то за ужином.

– Мы заметили, что ты много времени проводишь за своими листами, но думаю, это вряд ли поможет тебе поступить в школу Ноте́йволе5 мистера Магнате, – строго заметил папа. – Осталась пара месяцев перед вступительным экзаменом, а ты только и делаешь, что рисуешь. Я рад, что сегодня ты поднял эту тему. Как раз хотел поговорить о подготовке к испытаниям в Нотейволе.

– Но пап, я готовлюсь!

– Видимо не достаточно, раз у тебя остается время на всякие глупости типа рисования.

– Может быть, это не так и плохо, – попыталась защитить сына мама. – В школе есть класс, где учат проектировать, и, наверняка, там пригодится рисование.

– В этом классе всего 10 человек, и сколько из них попадут на фабрику потом? Один-два, остальные будут вынуждены переучиваться или вообще работать в каких-нибудь лавках по найму. Не стоит заниматься ерундой, надо стараться попасть туда, где всё уже ясно и определённо хорошо устроено. Тем более, ещё недавно ты сама была обеспокоена его странным увлечением рисованием.

– Пап, я только хочу показать, вдруг вам понравится, – уже совсем несмело сказал Соньяторе.

– Хорошо, неси. Посмотрим. – Мама не хотела, чтобы сын был расстроен.

Соньяторе приготовил три своих лучших рисунка: на одном было голубое небо и летели несколько темных птиц; второй фон был ярко-красным и на нём были разбросаны брызги желтых листьев и тёмных ягод; третий лист был совсем невзрачным по сравнению с первыми двумя, он был белый, но на нём углём был выведен контур мордочки очень милого котёнка с огромными глазами.

Мальчик бережно разложил листы на столе. Родители молчали, Соньяторе увидел то же смущение и выражение лиц, что было накануне мистера Анимуса. Они явно были растеряны, не могли понять нравится им то, что изображено или нет. По ощущениям это было ново, и определить восторг это или неприязнь они сразу не могли.

– Где ты взял эти краски? – спросил папа.

– Сам придумал. Свёкла, морковка, вишня. А это черничное небо, только я воды больше добавил, чтобы не тёмное было. Нравится?

– Не знаю, – ответила мама. – Собачка очень симпатичная. А это… Это ни на что не похоже, разве только что на то, что мы видим на улице. Это не укладывается в голове. Вот сколько разных оттенков серого и чёрного приходится изобретать мистеру Магнате, чтобы облагородить наш город и быт. А здесь, здесь всё просто так как есть. Странно как-то.

– Соньяторе, я пока не хочу, чтобы ты кому-то ещё показывал это, – неуверенно пробормотал папа. – Это не похоже ни на какие картины. Я не могу понять, откуда это взялось в твоей голове.

– Из снов. Это мои сны. Я их не сдаю мистеру Анимусу, я их рисую и, так они остаются со мной. Я всегда хотел себе котёнка, но вы были «против», поэтому он мне снится. Я летаю во сне с птицами в голубом небе, и вот оно здесь. Я падал вместе с листьями на землю и валялся в теплом жёлтом одеяле из них. И просто это нарисовал.

– Похоже на сказку, – почему-то со слезами на глазах прошептала мама.

– Да, наверное, – хрипло сказал папа. Он откашлялся и добавил, – Ты рисуй, Соньяторе, но всё ж пока никому не показывай, так будет спокойнее.

Соньяторе убрал свои небольшие картинки в стол. Сегодня вечером он почувствовал, что эти цветные рисунки производят эффект разорвавшегося в небе фейерверка: сначала все жмурятся от громкого взрыва, а потом не могут вымолвить и слова от искрящегося восторга. Лишь потом, когда стихнут звуки и погаснет фонтан огоньков, лишь тогда приходит осознание от того, что же ты испытал в реальности, что почувствовал и, что осталось у тебя на душе от этого салюта эмоций. Мальчик решил, что надо непременно показать и другие картинки мистеру Анимусу, а может и продать их подороже, ведь надо было купить новые красители, ему совсем не хватало цветов, чтобы воплотить всё задуманное, а точнее – привидевшееся. Сны родили в нём желание мечтать, летать и что, странно и совсем не понятно, делиться этими мечтами и сновидениями с другими. Запрет отца на показ рисунков немного сконфузил мальчугана, и, тем не менее, он верил, что мистер Анимус не выдаст его, если получит эти листы за небольшую плату. Рассуждая так, Соньяторе засыпал в кровати, уже падая в череду поглощающих его событий цветных и чёрно-белых.