Я молча смотрела на Стефани. Она застыла на месте, стараясь заглянуть в дом через мое плечо.

– Могу задать тебе тот же вопрос, – ответила я, стараясь скрыть раздражение. Вообще-то я у себя дома. – Ты что-то рано приехала за детьми.

– Я… я проезжала мимо, – явно соврала Стефани. – Увидела твою машину и решила, что у тебя что-то случилось.

– Ничего не случилось. Уверяю тебя.

Стефани недоверчиво прищурилась.

– Правда? А мне показалось, у тебя что-то произошло.

– Ничего у меня не произошло, – отозвалась я, опасаясь, что моя антипатия к этой женщине проявится слишком очевидно. Тогда она наверняка что-то заподозрит, а мне хотелось поскорее от нее избавиться. – Все отлично. Я просто удивилась, что ты проезжала мимо нас в такое время. Что-то далековато от твоего дома или ресторана.

– У меня… у меня была деловая встреча поблизости. А что ты делаешь дома? Ты ведь, кажется, работаешь полный день?

– Я приехала в обеденный перерыв, чтобы забрать кое-какие бумаги, которые понадобятся для дневного приема.

Она вряд ли поверила в мои россказни, как, впрочем, и я в ее. Наш разговор зашел в тупик. Я не собиралась приглашать ее в дом, а Стефани не торопилась уходить. И было неизвестно, у кого скорее сдадут нервы.

– Ты не хочешь пригласить меня в дом?

– Зачем? – спросила я, стараясь припомнить время, когда мы оставались наедине: дети не крутились бы рядом, а Джек сидел в другой комнате. – Я скоро опять уеду на работу, так что тебе придется сидеть здесь одной, пока Джей и Оливия не вернутся домой. Думаю, у тебя найдется занятие поинтересней…

– У тебя вообще бывает свободное время? – поинтересовалась Стефани, обшаривая взглядом холл и заметно нервничая. – Разве мы не можем выпить по чашечке кофе прямо сейчас? Только вдвоем. Я беспокоюсь о вас обоих. Последние несколько дней…

Она явно догадывалась, что я что-то скрываю. Я покачала головой, надеясь, что участие было искренним.

– Мне очень жаль, но…

– Я все понимаю, – перебила меня Стефани. – Просто подумала, тебе нужно с кем-то поговорить. Прямо сейчас. Я знаю, что у тебя какие-то проблемы и, возможно, тебе нужна помощь.

Я насторожилась:

– Почему ты так думаешь?

– Я говорила с Джеком…

С меня было довольно.

– Мне действительно надо идти, – отрезала я, пытаясь закрыть дверь, однако мне помешала нога Стефани, которую она успела поставить на порог.

У меня снова зачастило сердце. Она что-то заметила позади меня? Или учуяла присутствие мужчины? А может, просто чувствовала, когда ей врут?

Но мне было уже все равно.

– У меня правда нет времени, – повторила я, приоткрывая дверь.

– А что у тебя с рукой? – не отставала Стефани.

Про руку-то я совсем забыла. Взглянув на нее как на посторонний предмет, я поспешно объяснила:

– Так, пустяки. Порезалась, когда делала сэндвич.

– Слишком много бинта для такой ранки. Наверное, что-то серьезное. Ты уверена, что это пустяк?

– Ничего страшного, уверяю, – процедила я, надеясь, что Стефани наконец поймет, как сильно она мне надоела. – Просто маленькая неосторожность. Не о чем беспокоиться.

Она несколько секунд пристально смотрела на меня, соображая, верить или нет. У меня уже кончалось последнее терпение.

– Надеюсь, все не так страшно, – произнесла она в конце концов, отступая назад. – Увидимся позже, когда придут Джей с Оливией.

– До встречи, – попрощалась я и наконец закрыла дверь.

Прислонившись к ней, я перевела дух. Когда сердце чуть замедлило темп, я стала ждать шума отъезжающей машины, но его так и не последовало.

Пройдя в гостиную, я прокралась к окну, стараясь, чтобы Стефани меня не заметила. Однако, к счастью, она смотрела в другую сторону, разговаривая через дорогу с Пэм Колфилд. Та с ней прекрасно ладила, как, впрочем, и со всеми остальными. Пэм любила посплетничать, а людям это нравится – когда не касается их самих.

Возможно, Пэм видела, как я подъехала и, выгрузив из машины Дэна, быстро провела его в дом, не глядя по сторонам.

Я прокляла свою глупость. Прежде чем тащить Дэна в дом, надо было удостовериться, что этого никто не заметит. А теперь она, вероятно, рассказывает Стефани, что я привела к себе мужчину, и та с радостью сообщит эту новость Джеку.

Значит, я должна рассказать ему об этом первой.

И это не самая большая проблема на сегодняшний день.

Прежде всего мне надо удостовериться, что Джею и Оливии ничего не грозит. Когда Элла сегодня шантажировала меня детьми, я не слишком поверила ее угрозам. Но рисковать в любом случае не стоит. Надо забрать их пораньше из школы и максимально обезопасить.

Значит, нужно позвонить Джеку – ведь мне понадобится его помощь.

Вздохнув, я продолжила наблюдать за беседой Стефани с Пэм. Похоже, она подходила к концу. Когда Стефани обернулась и посмотрела на наш дом, у меня перехватило дыхание. Видеть меня она не могла, и все же мне захотелось присесть, чтобы укрыться от ее взгляда. Однако я не пошевелилась. Чуть помедлив, она все-таки села в автомобиль. Послышался шум двигателя, и через несколько секунд машина скрылась из виду.

Выдохнув, я вернулась в кухню.

– Она уехала, – объявила я, увидев, что дверь в сад закрыта, а Дэна на кухне нет.

Подойдя к двери, я стала ждать, когда он войдет обратно.

Но Дэн не появился.

– Дэн, все в порядке, можешь вернуться, – сказала я громче.

Однако Дэн по-прежнему отсутствовал.

В любое другое время я бы не придала этому значения. Просто решила бы, что он меня не слышит. Ушел в дальний угол сада и прячется в кустах. Притаился и не подает признаков жизни.

Но я чувствовала, что это не так.

Мой пульс участился, по спине пробежала дрожь. Я представила, что происходит за этой массивной деревянной дверью. Знакомая парочка ждет моего появления. Дэн лежит на земле в луже крови. Я войду и увижу его безжизненное лицо.

Меня охватило ужасное чувство вины. Это я притащила его в свой дом, где его убили.

И все же я решилась выйти. Взялась за ручку двери и повернула вниз. На меня пахнуло холодом.

Выйдя в сад, я приготовилась к неизбежному.

Но там не было ни людей, ни крови, ни Дэна.

Ничего, кроме закрытого бассейна, шелестящей на ветру травы и запаха весны, разлитого в воздухе. Мокрые листья и солнечный свет.

Зажмурившись от яркого света, я обхватила себя руками.

Мне сорок два года, и тело ноет от напряжения и тревоги – моих постоянных спутников в последние несколько дней. А теперь, едва ощутив наконец чью-то поддержку, я снова осталась одна в ожидании неизбежной развязки.

Ничего не произошло. Никто не подал голоса из темноты. Никто не бросился ко мне, чтобы похитить из дома или убить на месте.

Однако облегчения я не почувствовала.

Его по-прежнему не было.

А было лишь одиночество. Когда Дэн вдруг оказался рядом, мне показалось, что появилась опора. А теперь он исчез. Он не прятался в кустах в глубине сада. И не слышал меня лишь потому, что его здесь не было.

Он ушел.

И мне осталось надеяться лишь на себя.

Огонь, горевший во мне, помешал разрыдаться. Вместо этого я, сжав кулаки, вдруг поняла, что делать дальше.

Защищать свою семью.

Чего бы это ни стоило.