Когда я рассказала Джеку о том, что произошло в ту ночь, мы жили вместе уже долгое время, и я была уверена, что он меня не бросит. Счастливый брак, двое детей… вряд ли он так легко от этого откажется. Ведь он далеко не сразу заслужил мое доверие. Во всем прочем я ему безраздельно доверяла – это было нетрудно. Но это особый случай.

– Помнишь, как мы познакомились?

Воспоминание об этом заставило меня улыбнуться и перенестись на пятнадцать лет назад, в те времена, когда мы не знали тревог, были беззаботны и не имели детей.

Я намеренно не говорю «в те счастливые времена», потому что родители не имеют на это право, но втайне действительно так считают.

Мы сидели за столом в кухне напротив друг друга, и так близко, что я видела каждую морщинку на его лице. В свете лампы седина в его волосах поблескивала, словно звезды, отражающиеся в темной речной воде. За окном медленно и как бы осторожно темнело. В доме царила тишина, нарушаемая лишь позвякиванием вилки, которой орудовал Джек.

Я предложила зажечь ванильную свечу, чтобы нам обоим немного успокоиться, но муж поднял меня на смех.

– Я до сих пор удивляюсь, как мы могли оказаться в одном месте в одно и то же время.

Высказав это глубокомысленное суждение, Джек продолжил поглощать спагетти. Взглянув на него, я ожидала увидеть на его лице сожаление, однако заметила лишь задумчивость.

– Мы были из разных миров, – произнесла я, тыкая вилкой в еду, но не пытаясь есть. – Только есть такое понятие, как предопределенность.

Джек что-то промычал в ответ и, проглотив спагетти, посмотрел на меня.

– Я хочу сказать, что судьба – понятие не бесспорное, но порой трудно делать вид, что ее не существует. В тот вечер я вообще не собиралась туда идти. И ты, кстати, тоже.

– Однако в последнюю минуту я передумал, – сказал Джек с ностальгической улыбкой. – Я был с Клер, – помнишь ее? – и мы хотели выйти в город, но потом вдруг решили сначала заскочить на ту вечеринку, хотя даже не знали того, кто ее устраивал. Как там его звали?

– Ой, я сейчас уже не помню.

– Когда ты вошла, мне сразу все стало ясно. Я повернулся к приятелю и сказал: «Вот на этой девушке я женюсь».

Я почувствовала, как меня накрыло волной счастья и любви. Я слышала эту фразу много раз – Джек даже включил ее в свою брачную клятву, – но она до сих пор не потеряла своего блеска.

– И до сих пор расплачиваешься за свои слова?

– Приходится, – проговорил Джек с мимолетной улыбкой. – Однако я был к этому готов. Хотя никак не думал, что годовой контракт на работу в Лондоне подарит мне жену и мать моих детей. Но так уж вышло.

– Все могло сложиться совершенно по-другому. И хорошо, что не сложилось.

– Если бы мы не встретились тем вечером, то не имели бы всего того, что имеем сейчас. Та встреча изменила все.

– Верно, – отозвалась я, задумавшись, к чему клонит Джек. Что он пытается донести до меня? – Благодаря той ночи у нас теперь есть Джей и Оливия. И мы были счастливы, правда? Да, сейчас нам нелегко, но все наладится?

– Конечно, – произнес Джек, но я не слишком ему поверила.

Я знала, о чем он думает: как события этой недели повлияли на все, о чем он только что сказал.

– Давай поговорим о том вечере, когда мы встретились.

– Давай, – кивнула я, размышляя, к чему это приведет.

– Тебе не кажется, что ты должна была рассказать мне все еще тогда?

– О чем рассказать? – спросила я, отлично поняв, на что он намекает. Но мне хотелось, чтобы он сказал об этом прямо.

– О том, что ты сделала.

– Я разве была под следствием? – резко спросила я не подумав. И, спохватившись, добавила уже мягче: – Я вообще не собиралась рассказывать о том, что произошло. Тем более первому встречному.

– Ну разумеется, – Джек взял меня за руку. – Извини, я погорячился.

В его словах прозвучала фальшь. В нем говорила обида и, возможно, усталость от всего. Но от этого мне было не легче.

– Я просто хотел сказать, – начал Джек, отпустив мою ладонь и вернувшись к поглощению еды, – что мог бы помочь тебе еще тогда, в Англии. А теперь, когда все произошло, нам будет гораздо труднее выпутываться из этой истории, верно?

– Похоже, что так.

– А если бы мы столкнулись с этим еще там, все вышло бы намного проще.

Я поняла, что он говорит о Дэне. И сразу догадалась, что он имеет в виду.

– Если это он, то чего добивается?

Я медленно положила вилку. Есть совершенно не хотелось, и я с трудом проглотила несколько кусочков, прежде чем окончательно отказалась от этой идеи. Мой желудок по-прежнему бунтовал.

– Непонятно, зачем ему подсылать ко мне кого-то, если они ничего не просят. И кто эти мужчина с женщиной, что напали на меня вчера?

– Эта Элла… она ведь даже не дала понять, что говорит о тебе?

– Ни в малейшей степени, – ответила я, все еще надеясь, что смогу поговорить с ней снова и что-то выяснить для себя. – Она пришла, рассказала свою историю и быстро ретировалась. Словно боялась продолжить беседу.

– Тогда, возможно, мы опережаем события, а на самом деле за этим ничего не стоит? – Я чувствовала, как мечутся мысли Джека в поисках нужного решения. – Но тогда как объяснить появление этой парочки у тебя на работе?

– Да. – Я вглядывалась в лицо Джека, ища признаки того, что он во всем винит меня. За то, что я втянула в это дело свою семью. Да, я виновата, но вряд ли Джек меня возненавидел. – И она рассказывала про меня. Непонятно только зачем. И на что они надеются.

– Они пытаются нас запугать.

Обдумав эту идею, я решила, что в ней есть смысл.

– Они хотят довести нас до предела, чтобы мы не смогли сказать «нет», когда они потребуют у нас желаемое.

– Именно.

– Тогда что делаем мы? Я не хочу, чтобы так произошло. Мы можем как-то их опередить?

Джек с отсутствующим видом накручивал спагетти на вилку, пока они полностью не развалились. Тогда он оттолкнул от себя тарелку.

– Я не знаю, что нам делать. Вот тебе мой ответ. Все это случилось не в самое удачное время, Сара.

– Вообще-то я не планировала это событие.

– Знаю, но что толку. Это наверняка он. Больше просто некому.

Дэн.

Джек, конечно, прав. Только Дэн мог рассказать Элле нашу историю.

– Вряд ли он стал бы кому-то про это рассказывать. Если все откроется, то пострадает прежде всего он сам.

– А кто-нибудь еще об этом знает?

– Кроме нас с тобой?

Задав этот вопрос, я ждала, что Джек каким-то образом выдаст себя. Минутным колебанием или чуть заметным страхом.

Но ничего подобного не произошло. Джек спокойно выдержал мой взгляд, пока я не опустила глаза.

– Я не сказал ни одной живой душе, Сара, – сказал он, поднимаясь и подходя ближе. Накрыв мои руки ладонями, он нагнулся ко мне. – Ты веришь? Твое доверие для меня свято, и я бы не смог обмануть его ни за какие блага. Это бы разрушило нашу семью и погубило нас обоих. И я ни за что на свете не пойду на такое.

– Я знаю… – начала я, но слова застряли у меня в горле. Я вдруг на секунду в этом усомнилась. Не знаю почему. Джек никогда не давал мне повода сомневаться в нем.

– Просто я… боюсь, Джек. И не знаю, что делать. Как выпутаться из этой истории. Если она вернется…

– Если вернется, – прервал меня Джек, прижимая к себе. – Все обойдется. Мы пройдем через это вместе. Только ничего от меня не скрывай. Прежде чем что-то сделать, советуйся со мной. Не надейся, что я позволю тебе действовать в одиночку. Мы будем бороться вместе. Договорились?

Я молча кивнула. Дальше говорить я была не в силах. Открыв рот, я дала бы волю всем тем эмоциям и страхам, которые держала в себе последние два дня.

Они бы хлынули из меня, как кровь из раны умирающего человека.

– Если они потребуют деньги, мы сумеем их достать, – решительно произнес Джек. – Правда, мы все еще должны моим родителям, но деньги у нас будут.

– Но Джек…

– Нет, это важно. Конечно, дела на работе могли бы идти и получше, но в любом случае проблемы с деньгами у нас не будет.

– У вас проблемы с последним кварталом?

Джек махнул рукой:

– Просто клиенты немного забеспокоились. И совершенно напрасно. Я в конечном счете все улажу. Надо только немного подождать. В следующем году все будет отлично. Мы будем в шоколаде.

– Окей, Del Boy[2].

Джек вопросительно посмотрел на меня. Я, мысленно улыбнувшись, покачала головой:

– Не волнуйся, просто еще один англицизм, который тебе необязательно знать.

– Мы справимся, – сказал Джек, прижимая меня к себе так сильно, что я чуть не задохнулась.

Однако продолжения не последовало.