Иудеи оказались единственным народом Южного Леванта, кому удалось вырваться из железных объятий Селевкидской державы и с оружием в руках отстоять свою свободу и независимость. Этот факт косвенным образом подтверждал свидетельства античных авторов о многочисленности иудейского народа и его военной силе. Маккавейские войны показали и другое: к середине II в. до и. э. иудеи становятся главным этносом исторического Ханаана. Многие древние народы Южного Ханаана, такие как хетты, йевусеи, перизеи, ханаанеи, кеназиты, кении, южные хивеи и рефаим, еще до вавилонского пленения слились с южным древнееврейским племенем Иехуда и перестали существовать как отдельные этносы. То же самое произошло с древнееврейскими племенами Шимон и Биньямин, которых история свела вместе в Южном – Иудейском царстве. После падения Северного – Израильского царства в 722 г. до и. э. в Иудею переселились практически все левиты и многие выходцы из северных древнееврейских племен. В результате смешения всех этих древних этносов и племен Ханаана образовался новый многочисленный народ, который унаследовал свой этноним от древнееврейского племени Иехуда, а свою историю и родословие от древнееврейских племен, завоевавших Ханаан в XII в. до н. э. Однако в действительности история автохтонных ханаанских этносов, вошедших в состав иудейского народа, намного древней библейской и восходит к первым неолитическим городам Ханаана, появившимся 8–10 тысяч лет до и. э. Уже в начале периода Второго Иерусалимского храма (конец VI в. до н. э.) иудейский народ представлял собой не столько потомков древнееврейских племен, сколько результат смешения – амальгаму всех этносов и племен Южного Ханаана, где собственно древние евреи занимали скромное место. Самое большое южное древнееврейское племя Иехуда стало тем ядром, которое притянуло к себе все народы и племена Южного Ханаана, среди которых оно и растворилось. Тем самым иудеи превратились в общеханаанский народ – законного наследника всех этносов и племен, когда-либо живших в Южном Ханаане. Однако на этом этногенез иудейского народа не завершился. Вавилонское пленение и возвращение из него закончилось слиянием с еще одним народом – моавитянами. Этот заиорданский народ, часть которого оказалась в вавилонском пленении вместе с иудеями, был буквально выдавлен со своей земли наступавшими с юга племенами набатеев. Большинство моавитян ушло в соседнюю Иудею, где, приняв иудейский монотеизм, смешалось с иудеями.

Другой заиорданский народ, аммонитяне, сумел удержаться на своей территории, однако часть его, приняв иудаизм, также слилась с евреями.

Иудея того времени, как свидетельствовали античные историки, например Филон и Флавий, была очень плотно заселена, возможно, даже намного больше, чем сегодня. Не случайно македонский полководец Птолемей I Сотер, основавший свою династию в Египте, счел возможным переселить более сотни тысяч евреев в Александрию и долину Нила. Высокая плотность населения и нехватка земли в самой Иудее породили как миграцию иудеев в Галилею и Заиорданье (Гилад и Иерею), так и еврейскую диаспору в эллинистическом мире. Факт массовой миграции иудеев в Галилею, Гилад и портовые города Южного Леванта косвенно подтверждают Первая и Вторая книги Маккавеев. Военные походы Иехуды Маккавея туда были вызваны необходимостью защитить соплеменников и единоверцев от нападений язычников. Вполне возможно, что под «язычниками» авторы Маккавейских книг подразумевали не только иноплеменников, но и потомков северных древнееврейских племен. В научном мире давно ведется дискуссия о происхождении еврейского населения к северу от Иудеи – в Галилее и в Заиорданье (Гиладе и Перее), то есть на территории бывшего Израильского царства. Согласно одной точке зрения, еврейское население этих областей сформировалось в результате смешения потомков древнееврейских племен с остатками местных ханаанеев и амореев. Другая точка зрения сводится к тому, что территории Галилеи и Северного Заиорданья были полностью опустошены в результате нашествий ассирийцев во второй половине VIII в. до н. э., а древнееврейское население этих мест было частично уведено в Ассирию, а частично бежало на юг, в Иудею. Эта, вторая версия основывается на полной депопуляции всех областей Израильского царства и фактически поддерживает миф об исчезновении десяти израильских племен. Сторонники этой концепции считают, что еврейское население Галилеи, Голан и Заиорданья сформировалось только за счет массовой миграции населения Иудеи на опустошенные территории бывшего Израильского царства.

Пожалуй, бесспорен лишь факт массовой миграции населения Иудеи в районы бывшего Израильского царства. Это происходило в течение нескольких веков как до и. э., так и после, правда, по разным причинам. Подтверждение этому можно найти даже в Новом Завете. Родители Иисуса, Мария и Иосиф, поселившиеся в галилейском Назарете, были иудейскими мигрантами, выходцами из Вифлеема в Иудее. Их статус иудейских мигрантов в Галилее подтверждает Евангелие от Луки. Согласно правилам переписи, установленных Квиринием, римским наместником в Сирии, каждый человек должен был вернуться в город своего рождения: «В те дни вышло от кесаря Августа повеление сделать перепись по всей земле. Эта перепись была первая в правление Квириния Сириею. И пошли все записываться, каждый в свой город. Пошел также и Иосиф из Галилеи, из города Назарета, в Иудею, в город Давидов, называемый Вифлеем, потому что он был из дома и рода Давидова, записаться с Мариею, обрученною ему женою, которая была беременна…» (Лк. 2: 1–5). Если миграцию жителей Иудеи на территорию бывшего Израильского царства нельзя подвергнуть сомнению, то утверждение о полной депопуляции Галилеи и Северного Заиорданья не выдерживает никакой критики. Это противоречит и ассирийским письменным источникам. Если ассирийский царь Тиглатпаласар III сообщал об уводе из Галилеи и Гилада 13 500 человек, а его преемник, Саргон II, депортировал в Ассирию еще 27 290 жителей Самарии, то все эти потери, вместе взятые, не превышают 5, максимум 10% от общего населения Израильского царства того времени. Археологические раскопки не подтверждают, да и не могут подтвердить версию о тотальной депопуляции всей Галилеи и Северного Заиорданья. Разрушение ассирийцами многих израильских городов не означало физическое истребление их жителей, тем более что ассирийцы были заинтересованы не в уничтожении, а ограблении населения. Тот факт, что большинство жителей Израильского царства осталось на своих местах, подтверждается и Ветхим Заветом, который сообщает, что иудейский царь Хизкия (Езекия) приглашал их всех в Иерусалим и часть из них принимал там, чтобы совместно праздновать Пасху. И это после всех ассирийских депортаций! Из всей этой версии о депопуляции можно принять только то, что на территории бывшего Израильского царства оказалось достаточно свободных земель, чтобы привлечь туда мигрантов из перенаселенной Иудеи. Тем более что после падения враждебного Иудее Северного царства никто больше им в этом не препятствовал. Таким образом, мигранты из Иудеи, подобные Иосифу и Марии из Назарета, представляли собой только часть населения Галилеи, Голан и Заиорданья, остальные жители этих областей являлись потомками северных древнееврейских племен, а также ханаанеев и амореев. В Верхней Галилее и на Голанах присутствовал еще один этнический компонент – арамеи.

Сложности со слиянием иудеев с неиудеями начались примерно с V в. до н. э., когда иудаизм стал подлинно монотеистической религией, а Иудея – единственной страной Древнего мира, где безраздельно господствовал монотеизм. Законы Эзры и Нехемии, принятые в середине V в. до н. э., запрещали иудеям вступать в браки с язычниками. Браки были возможны только с теми, кто отказывался от своего язычества и принимал иудейский монотеизм. Начиная с этого времени иудейские мигранты могли смешиваться с жителями бывшего Израильского царства только через их иудаизацию. Архаический монотеизм самаритян и потомков северных древнееврейских племен был явно недостаточен для иудеев – последовательных монотеистов – и рассматривался ими как вариант язычества. Именно это имел в виду Иосиф Флавий, когда подчеркивал, что хотя самаритяне и являются евреями, но они не иудеи. Чтобы защитить иудеев от «язычников», армия Маккавеев устраивала военные походы в Галилею и Гилад, а если угроза для жизни иудеев сохранялась, то забирала их обратно в Иудею. Очевидно, несмотря на миграцию иудеев туда, процесс иудаизации бывших израильтян шел медленно, и еще в середине II в. до н. э., когда шли Маккавейские войны, он был далек до завершения. Положение коренным образом изменилось после того, как Иудея добилась независимости от Селевкидского царства и приступила к отвоеванию территорий бывшего Израильского царства. Хасмонейские правители

требовали от населения всех новоприобретенных областей одного и того же: либо отказаться от язычества и принять иудейский монотеизм, либо покинуть земли монотеистической Иудеи. Хасмонейские цари, будучи одновременно и первосвященниками, не допускали никакого идолопоклонства в своей стране. Любые проявления колдовства или черной магии, столь характерные для язычников, наказывались смертью. Именно в период правления Хасмонеев (142 – 37 гг. до н. э.) происходит окончательная иудаизация Галилеи, Идумеи, Гилада, Голан и Иереи. Таким образом, евреи бывшего Израильского царства, а также родственные им народы стали иудеями. Послабления были сделаны только для самаритян, но и их храм на горе Геризим был разрушен как «языческий». Жители не только южной части страны, Иудеи и Идумеи, но ее севера – Галилеи и Голана, а также Гилада и Переи (Заиорданья) начинают идентифицировать себя в качестве иудеев. Понятие «иудей» становится как этническим, так и религиозным определением. Отныне все, кто исповедовал монотеизм, включая бывших израильтян, считали себя иудеями. Этноним «иври» (еврей) стал тождествен имени «йехуди» (иудей), которое, в свою очередь, означало веру в единого Господа и абсолютное неприятие идолопоклонства. Так имя одного из древнееврейских племен (Иехуда) стало названием не только всего народа и всей страны (Иудея), но и единственной тогда монотеистической религии (иудаизма).

Ситуация меняется с началом правления Иродиадов. Ни Ирод Великий (37–4 гг. до н. э.), ни его сын Архелай (4 г. до н. э. – 6 г. н. э.), ни его внук, иудейский царь Агриппа I (37–44 гг.), ни даже его правнук, иудейский царь Агриппа II (48–100 гг.), не требовали от своих подданных отказа от язычества и обязательного принятия иудейского монотеизма. Не требовали этого и другие Иродиады – тетрархи (четвертовластники) Антипа и Филипп. Под их властью находились не только области, населенные иудеями, но и вся Южная Сирия и горный Ливан, где было много неевреев, например итуреев и сирийцев-арамеев (арамейцев). Однако Иродиады, в отличие от Хасмонеев, никого не заставляли отказываться от своих языческих культов и принимать монотеизм. Эта династия была носителем преимущественно греко-римской культуры, и ее правление выражало интересы Римской империи. В отличие от Хасмонеев, Иродиады никогда не были первосвященниками и даже не претендовали на этот пост. Хотя при Иродиадах процесс иудаизации замедлился, он все равно не прекращался даже в периоды их власти. Лучшим примером этому является полная иудаизация района Голан в годы правления Ирода Великого. Зная неприязнь своего народа к себе, Ирод не доверял евреям Иудеи и старался опираться на иудеев диаспоры, которые были несравненно более лояльны к нему. Исходя из этого он пригласил из Вавилонии несколько тысяч еврейских семей и поселил их на свободных землях Голан и Южной Сирии – в Батании, Трахоне и Хауране, которые тоже принадлежали тогда Иудейскому царству. Эти поселенцы использовались им двояко: как искусные земледельцы и как надежный резерв для его армии. Пожалуй, никогда в своей истории Голаны так не процветали, как в период правления Ирода Великого. Именно в годы его власти произошла полная иудаизация Голан и отчасти всей Южной Сирии, хотя никто, в отличие от времен Хасмонеев, не принуждал местное население принимать иудейский монотеизм. Возможно, в иудаизации населения этих территорий сыграл свою роль сам факт наличия иудейской власти в течение многих лет. Ведь вся Южная Сирия и горный Ливан, не говоря уже о собственно Голанах, передавалась Римом в управление только потомкам Ирода Великого – Филиппу, Ироду II, иудейским царям Агриппе I и Агриппе II, а также Аристобулу V. Еврейский характер территории Голан и их населения был еще раз подтвержден в ходе Иудейской войны (66–73 гг. н. э.) – первого восстания евреев против римской власти в Иудее. Голаны, как и соседняя Галилея, оказали упорное сопротивление римской армии, возглавлявшейся тогда Веспасианом Флавием, будущим императором Римской империи. Особенно яростно сражались иудеи из города Гамла на Голанах. Как свидетельствовал Иосиф Флавий, непосредственный участник этой войны, в битве с ними римские легионеры понесли тяжелые потери, более того, сам Веспасиан лишь чудом не погиб. В дальнейшем еврейские защитники Гамлы, окруженные многократно превосходящими их силами римлян, предпочли покончить с собой, но не сдаться врагам.

Иудаизация населения на территориях бывшего Израильского царства проходила достаточно быстро только в том случае, если большинство жителей составляли потомки древнееврейских племен или родственных им западносемитских народов – ханаанеев, амореев или арамеев. Совсем иная картина наблюдалась в эллинистических городах Декаполиса в Заиорданье и средиземноморских портах Келесирии. Там задавали тон греко-македонская элита и многочисленные выходцы из Малой Азии, Кипра, Крита и островов Эгейского моря. Хотя иудейский царь Александр Яннай покорил все города Декаполиса, их жители в большинстве своем не приняли иудейский монотеизм и остались язычниками. То же самое можно сказать и о средиземноморских городах бывшей Филистии. Они еще раньше были завоеваны иудейскими правителями Симоном и его сыном Иохананом Гирканом, но, даже перейдя под власть Иудеи, остались эллинистическими. И это несмотря на наличие в этих городах больших еврейских общин. Вообще, чем значительней была греко-македонская элита в том или ином эллинистическом городе, тем упорнее он сопротивлялся иудаизации. В этом плане из всех средиземноморских портов самым враждебным для иудеев городом оказалась Птолемаида (Акко). Ее не раз штурмовал Александр Яннай, но захватить не смог. Хасмонеи не смогли подчинить ее силой, а Иродиады заполучить ее у римлян с помощью дипломатии.

Иудаизации избежала и Самария, представлявшая центральную часть Западного Ханаана. Эта область, являвшаяся историческим центром «дома Иосифа» и племенной территорией главного северного колена Эфраим, стала домом для нового народа – самаритян, которые считали себя потомками израильтян. Самаритяне изначально придерживались еврейского монотеизма, который, однако, существенно отличался от иудейского, куда более продвинутого и последовательного. Как бы то ни было, Хасмонеи не проводили там политики иудаизации, ограничившись лишь разрушением самаритянского храма на горе Геризим, соперника Иерусалимского храма.

Хасмонейская Иудея считала себя законным наследником обоих древнееврейских царств – Израильского и Иудейского, поэтому ее правители считали своим долгом отвоевать все территории, которые в прошлом принадлежали этим царствам и были населены потомками древнееврейских племен. К концу правления иудейского царя Александра Янная большинство областей исторического Ханаана оказалось под властью Хасмонейской Иудеи. Неотвоеванной оставалась лишь восточная часть Заиорданья, на севере которой находился Аммон, подвластный Селевкидам, а на юге – земли Эдома, захваченные набатеями. Аммон был традиционным данником Израильского царства, а Эдом – Иудейского. Оба этих западносемитских народа были ближайшими родственниками древних евреев и пришли в Ханаан вместе с ними в составе племенной группы библейского патриарха Авраама. Наследники Александра Янная завершили бы завоевание исторического Ханаана, если бы не приход римлян в Сирию и Иудею. Римляне остановили процесс территориального расширения Иудеи, более того, оторвали от нее эллинистические города Декаполиса и Средиземноморского побережья. Однако остановить процесс иудаизации исторического Ханаана они не смогли. Миграция иудейского населения во все области Ханаана продолжалась вплоть до начала Великого восстания против Рима в 66 г. Процесс образования иудейского народа как общеханаанского этноса, активно начавшийся после Маккавейских войн, продолжался около двух столетий и оборвался только из-за Иудейской войны.

Если Израильско-Иудейское царство времен Давида и Соломона представляло собой мультиэтническую общеханаанскую державу, то Хасмонейская Иудея, властвовавшая на большей части исторического Ханаана, являлась уже моноэтническим государством иудеев. Но иудейский народ Хасмонейского царства во II–I вв. до н. э. уже существенно отличался от древних евреев, завоевавших Ханаан в XII в. до н. э., потому что он вобрал в себя все народы этой страны и стал их законным наследником. Слияние всех народов исторического Ханаана в один – иудейский – произошло в течение I тысячелетия до н. э. Ядром этого общеханаанского народа стало древнееврейское племя Йехуда, а центростремительной силой – иудейский монотеизм. Другой центр притяжения и этногенеза, «дом Иосифа», был многочисленнее и сильнее колена Йехуды, но его обескровил и лишил будущего политеизм. Как не вспомнить библейского пророка Ошею (Осию), который сказал: «Когда Эфраим говорил, все трепетали. Возвеличился он в Израиле, но провинился из-за Баала и погиб» (Ос. 13: 1). Иудейский монотеизм стал тем фактором, который возродил Иудею после вавилонского разгрома и пленения, в то время как политеизм Северного царства не смог помочь «дому Иосифа» пережить ассирийское нашествие и депортацию части населения. Превосходство иудейского монотеизма над архаичным самаритянским стало опять-таки главной причиной победы иудеев над самаритянами в борьбе за объединение исторического Ханаана. После законов Эзры и Нехемии иудейский монотеизм не позволял иудеям родниться с язычниками и тем самым растворяться среди языческих народов, но он притягивал к себе всех, кто был готов отказаться от идолопоклонства. Он стал своего рода железным занавесом, который никого не выпускал, но открывался для всех порвавших с язычеством. Самаритянский монотеизм ничем подобным не обладал. В отличие от него, иудейский монотеизм стал той гравитационной силой, которая, никого не выпуская, постоянно затягивала к себе других. Раньше и быстрее всех иудаизации подверглись потомки северных древнееврейских племен, которые, несмотря на миф о тотальной депортации в Ассирию, остались в большинстве своем в Галилее и Заиорданье (Гилад и Перея). За ними последовали родственные западносемитские народы ханаанского и аморейского происхождения. Несмотря на противоречивые утверждения библейских книг об «истреблении» и «изгнании» этих народов, все они не только остались на своих местах, но и стали неотъемлемой частью иудейского народа. Исключением стали самаритяне, но только потому, что им не позволили влиться в состав иудейского народа. Отказ носил чисто политический характер, так как самаритяне считали себя наследниками «дома Иосифа», того самого, который всегда оспаривал лидерство у потомков племени Иехуда. Из-за хронического конфликта с Иерусалимом самаритяне, будучи евреями, так и не стали иудеями.

Античные авторы по-разному оценивали численность еврейского народа, но, как правило, приводившиеся ими данные колебались между 5 и 11 миллионами человек. Большинство современных историков полагает, что накануне Иудейской войны – первого восстания евреев против Рима (66–73 гг. н. э.) – во всем Древнем мире насчитывалось приблизительно 8 миллионов евреев, из них 5 миллионов жили в самой Иудее. К началу Великого восстания евреев против Римской империи иудейский народ был фактически хозяином большей части территории исторического Ханаана, как к западу от реки Иордан, так и к востоку от нее. Правда, иудейский народ начала нашей эры уже не был наследником только библейских евреев от Авраама до Моисея. К тому времени он впитал в себя практически все этносы и племена, жившие на территории древнего Ханаана, и стал их единственным законным наследником – общеханаанским народом.