Пригнувшись под нависшими ветвями, я прошел через густой кустарник. Внезапно где-то за спиной раздался топот лап. Вот черт. Я метнулся влево, затем вправо, и снова воцарилась тишина. Дианна была быстрой. Чересчур быстрой. Исходя из моих ощущений, река была впереди. Оставалась всего миля, и я сосредоточился на том, чтобы как можно быстрее ее преодолеть. Мышцы пресса горели, но я игнорировал боль. Меня не впервые ранили. Да что там – однажды меня едва не разорвали пополам, и я выжил, так что мне было известно, как заживают раны. Уже прошло столько времени, так почему же мой бок до сих пор болит?

Я сел прямо на землю, чтобы съехать по склону. Оказавшись внизу, я окинул холм быстрым взглядом и успел заметить устрашающие челюсти и пронзительные красные глаза, которые светились в темноте между двумя сухими деревьями. Я с трудом сдержал улыбку. Несколько дней назад, во время нашей прошлой прогулки, я заприметил новый путь и знал, что он позволит мне выиграть немного времени. Дианна издала низкое рычание – я знал, что она горда, но все же злится.

Неподалеку от меня раздался всплеск. Я был так близко. Вскочив, я побежал к берегу реки. Маленькие существа леса поспешили спрятаться – их бешеное сердцебиение красноречиво говорило о том, что мой Иг'Моррутен уже очень близко. Раздвигая руками кустарники, я побежал быстрее. Лучи солнечного света проникали между деревьями, и я почувствовал запах холодной речной воды. Меня пронзила невероятная волна энергии. Это было самое большое расстояние, которое я преодолел с тех пор, как мы начали играть в эту игру, но мой триумф была недолгим – огромная темная фигура сбила меня.

Шумный выдох вырвался из моих легких, когда мы оба упали на землю. Я застонал, боль пронзила мой живот. Иг'Моррутен навис над моим телом, прожигая меня ослепительно-красными глазами. Дианна оскалилась, обнажая блестящие клыки. Еще мгновение, и я почувствовал зубы на своей лодыжке – волчица потащила меня обратно к кустам, подальше от берега реки.

Оказавшись за густыми ветвями, она наконец отпустила мою ногу. Выпрямившись, Дианна приняла свой обычный облик – темные волосы беспорядочно рассыпались по плечам, когда она посмотрела на меня сверху вниз.

Я с трудом приподнялся на локтях и уставился на нее.

– Было больно.

– Твои враги не станут тебя жалеть. – Ее взгляд замер на мне. Часть моей рубашки задралась, обнажив покрытую синяками и ссадинами кожу. – У нас уже была возможность в этом убедиться.

Я фыркнул и поднялся на ноги, смахивая грязь со штанов.

– Да, но ведь ты не мой враг.

Я видел, как напряглись ее плечи, – ее волнение было очевидным, даже когда она пыталась скрыть его за своей очаровательной ухмылкой.

– Во время наших тренировок я обязана быть им.

Я смотрел на берег реки, видневшийся сквозь кусты.

– Я почти справился.

Она фыркнула, скрестив руки на груди, глядя то на меня, то на реку.

– Едва ли.

Я прищурился.

– Не помню, чтобы ты была так строга со мной в прошлые разы.

Сперва нахмурившись, она тут же постаралась придать лицу непроницаемое выражение и расправила плечи.

– Я хочу, чтобы ты мог выжить с этой раной, – сказала она, кивнув на мой живот. – Я не могу обращаться с тобой мягче. Это не поможет, и тебе тоже не следует меня беречь. Ты мог бы использовать свою силу, чтобы меня оттолкнуть, но ты этого не сделал.

Дианна, как обычно, была права. До боли ослепительная и красивая, она также была смертоносной. Единственная проблема заключалась в том, что я бы никогда этого не сделал. Я мог бы ее отбросить, но навредить этой женщине было за пределами моих возможностей.

– Я не рискну причинить тебе боль, даже если мы тренируемся, – заявил я.

– В этом-то и проблема, – отрезала она. – Как кто-то из нас станет лучше, если мы продолжим сдерживаться? Я не хрупкая, Самкиэль. Прежде всего ты должен об этом помнить.

– Я никогда не говорил, что ты хрупкая. – Я нахмурился. – С чего ты это взяла? Еще утром все было хорошо. Это из-за королевы? Ты сама велела с ней флиртовать.

– Что? Нет. – Дианна покачала головой и вздохнула, словно только сейчас осознав, насколько резким был ее тон. – Я в порядке. Мы не можем оставаться в этом городе вечно, а как ты уйдешь, если не в силах сбежать даже от меня? Какая от тебя польза, если тебя тут же схватят?

– Дианна, – сказал я, приподняв одну бровь. – Это подло.

Ее взгляд смягчился, и она подошла ближе, разжав руки. В последнее время ее характер, казалось, брал верх над ней еще чаще, чем раньше. Бывали дни, когда она срывалась, сама того не желая. Это меня тревожило, потому что Дианна не была грубой, не по отношению ко мне. По крайней мере, сейчас. Я видел, как что-то грызет ее изнутри. Проблема заключалась в том, что она мне ничего не рассказывала. Сколько бы я ни спрашивал, она меня отталкивала – иногда даже буквально. Ее плечи снова были напряжены, а мне оставалось только задаваться вопросом, что же ее нервирует. В последнее время мы так хорошо ладили, и то, что сейчас она снова накинулась на меня, вызывало беспокойство. Я сделал что-то не так, или дело было в секрете, которым она отказывалась делиться? Это были вопросы без ответа.

Дианна протянула руку. Схватившись за нее, я поднялся на ноги и стряхнул с себя грязь и листья.

Она вздохнула и сняла сухую травинку с моей рубашки.

– Извини. Я просто хочу, чтобы ты был здоров, когда мы соберемся отсюда уйти. А жалость не поможет ни одному из нас.

– Ладно.

Я кивнул, внимательно за ней наблюдая.

Ее глаза сверкнули, а мой пульс участился. Один взгляд, и, о боги, я был полностью повержен.

– Я причинила тебе боль? – спросила Дианна ше– потом.

– Эмоционально или физически?

Улыбнувшись, она продолжила медленно снимать лесной мусор с моего рукава.

– Что из этого больнее?

Я небрежно пожал плечами.

– Ну, падение было не очень-то приятным, – отметил я.

Дианна сделала еще один маленький шаг, почти касаясь меня грудью – я видел, как она напряглась под тонкой темной тканью. Опустив руку мне на грудь, она меня толкнула. Я едва сохранил равновесие, ударившись о дерево позади себя.

– Мне жаль, если я была с тобой слишком груба. Во всех смыслах.

Она сняла с меня еще одну маленькую травинку, и даже от этого легкого прикосновения у меня перехватило дыхание.

– Спасибо, что извинилась, – сказал я, моя кровь кипела от ее близости. – Я понимаю твои мотивы и знаю, что мне нужно стать сильнее, не жалеть себя и исцелиться как можно быстрее.

Она кивнула, проведя рукой по моему плечу.

– У тебя почти получилось, – сказала она, сделав еще один маленький шаг ко мне. Ее руки легли мне на грудь.

Я прочистил горло.

– И куда лучше, чем в прошлые разы.

Ее рука скользнула вниз по моей груди. Я даже не почувствовал боли, когда она коснулась моего живота. Опустившись ниже, ее рука достигла моей ширинки, и я застонал, напрягаясь от одного ее прикосновения.

– Хочешь получить награду?

– Какую же? – выдохнул я. – Это, безусловно, мой рекорд. Думаю, я заслуживаю очень большую награду, особенно учитывая то, как ты меня повалила.

Слегка прикусив нижнюю губу, Дианна расстегнула мои брюки.

– Позволь мне тебе показать.

Все связные мысли в мгновение ока покинули мою голову. Ее глаза, ее чертовы глаза, заставляли мое сердце биться с бешеной скоростью.

Губы Дианны изогнулись в совершенно порочной улыбке, и я едва не застонал.

По моему телу пробежала дрожь, когда она поцеловала мое голое бедро и прижалась к нему щекой. Ее теплое дыхание щекотало меня.

Тихий стон сорвался с моих губ, пока Дианна продолжала смотреть мне в глаза. Теперь я знал, почему она прижала меня к дереву. Это было моим единственным шансом сохранить равновесие, пока она доводила меня до беспамятства.

Мои бедра двигались в такт с ней. Она бросала на меня взгляды сквозь густые ресницы и нежно ласкала мое тело, заставляя содрогаться от каждого нового касания. Мои вены пульсировали, пока она в точности выполняла свое обещание.

Больше всего меня сводила с ума ее озорная улыбка и поцелуи, которыми она пытала самую чувствительную часть моего тела.

– Я думал, что меня вознаградят, – простонал я. – А не измучают.

Откинув голову назад, я зарылся пальцами в ее шелковистые локоны. Ее язык вытворял невероятные, искусные пируэты, которые сводили меня с ума.

Мне было плевать, услышит ли кто-то меня. Дианна отстранилась, ее пухлые губы сжались. Я вцепился ей в волосы, умоляя не останавливаться, и ее приглушенный вздох подтолкнул меня к краю пропасти.

– Черт, Дианна.

Я зарычал, мои бедра следовали за каждым ее движением. Дианна что-то пробормотала в ответ, словно наслаждаясь каждым звуком моего удовольствия. Все мое тело полыхало. Так было всегда, даже в те времена, когда я был слишком глуп, чтобы понять, что между нами происходит. Она была моим живым пламенем.

Одно ее появление, и все исчезало. Я больше не чувствовал боли в животе – рядом с ней исчезали мои неудачи, а мой порочный, жестокий разум, снова и снова напоминавший, что моих сил всегда будет мало, умолкал. Когда она смотрела на меня, касалась, говорила со мной с таким восхищением и уверенностью, я действительно верил, что меня – достаточно.

Еще одно озорное движение, и я пропал. Удовольствие пронзило меня электрическим разрядом, и я застонал так громко, что листва на чертовых деревьях затрепетала. Моя кожа покраснела, жар охватил все тело, а бедра невольно двинулись вперед. Дианна замерла, проживая со мной этот драгоценный момент.

Лицо ее озарила удовлетворенная, самодовольная ухмылка – она откинулась назад и провела большим пальцем под губой. Я улыбнулся, зная, что, несмотря на все шутки, у меня уже была самая ценная награда, которую могла предложить мне жизнь. Это была она. Только она.

Мы направились в одно из наших любимых здесь мест, в Джейд-Сити. За зелеными холмами и милями густых лесов было поле, над которым находилась одна из больших летающих скал – здесь их называли домами. Она была покрыта деревьями и сверкающим мхом. Еще две летающие скалы парили над ней, частично скрытые за розовыми облаками. Здесь Дианне нравилось любоваться закатом, и кроме того, это место было достаточно уединенным, чтобы мы могли тренироваться и обсуждать любые темы без страха быть услышанными. Ко всему прочему, вид и правда ошеломлял.

Я скучал по красоте других миров, по их странности и уникальности. В первый раз, когда мы сюда прилетели, Дианна приняла облик виверны[3] и летала между воздушными островами, разведывая обстановку. Потом она делала это еще несколько раз, просто ради развлечения. Мне нравилось наблюдать за ней после тренировок, когда она петляла между скалами и облаками. В облике виверны Дианна не могла улыбаться, но ее щебетание во время полета напоминало мне смех.

– Я не хотела тебя обидеть.

Голос Дианны прервал мою медитацию, и она принялась с удвоенной скоростью ходить из стороны в сторону.

– Просто хотела сказать, что нам нужно быть по– серьезней.

Тихий смешок сорвался с моих губ, я положил руки на колени и глубоко вздохнул. Рана на животе тут же заколола – да, она заживала, но чертовски медленно.

– Я думал, мы и так достаточно серьезны, – ответил я на выдохе.

– Я имела в виду тренировки. Как ты спасешь вселенную, если не сможешь владеть мечом? – возразила она. – Прошло уже несколько недель. Мы можем увеличить количество подтягиваний и отжиманий. Сделать акцент на верхней части тела.

– Угу.

Она снова принялась лихорадочно шагать туда-сюда.

– Может, тебе начать метать валуны или что-то в этом роде? По-настоящему поработать над косыми мышцами.

Я приоткрыл один глаз – Дианна нервно грызла большой палец.

– Ладно. Откуда вообще взялась идея бросать валуны?

Она замерла, глядя на меня и махнув рукой.

– Закрой глаза. Меньше разговоров, больше меди– таций.

Я ухмыльнулся:

– И это никак не связано с тем, что Роккаррем появляется сразу, как я ухожу?

Я почувствовал, как она остановилась.

– Что? Нет. То есть да, но это не то, что ты имеешь в виду.

Я знал, что прав. Даже потеряв значительную часть силы после ранения, я все еще чувствовал, как циркулирует воздух, когда он появляется за дверью нашей спальни. Я много раз хотел вернуться и узнать, что он так отчаянно хотел ей сказать, но целители настойчиво твердили, что мне не следует пренебрегать лечением. Кроме того, я надеялся, что Дианна расскажет мне позже.

– Хм, а что я, по-твоему, имею в виду? – спросил я, пытаясь справиться с эмоциями. – Вы двое в последнее время ведете себя очень скрытно. Все эти разговорчики, которые прекращаются, как только я появляюсь. Мне это не нравится.

– Осторожнее, большой парень. – Дианна хихикнула. – Ты чересчур ревнивый.

– Я не ревную. Это бы означало, что Роккаррем лучше меня, а это не так.

Она тихонько рассмеялась.

– Вот он – самоуверенный бог, которого мы все обожаем.

Я пожал плечами.

– Я просто слегка раздражен. Это максимум.

– Ладно, – фыркнула она. – Как скажешь.

Дианна взвизгнула, когда ее окатило брызгами из близлежащего подземного источника. Я улыбнулся. Опустив плечи, я снова постарался расслабиться и сосредоточиться. Солнце ласкало мою кожу, облегчая боль в мышцах. Я вдохнул, затем выдохнул, впитывая энергию тепла. Во мне таилась сила – сохранилась лишь ее часть, но тем не менее она была. Она кружилась и танцевала по моим венам, искрилась в каждом моем атоме. И вся эта энергия концентрировалась в ране на моем животе. Холод пробежал по моему позвоночнику. Мое тело пыталось исцелиться, но что-то ему мешало.

Очередной приступ боли заставил меня стиснуть зубы, но я подавил шипение, готовое сорваться с губ. Это был процесс – медленный, но тем не менее не прекращающийся. Рана тянулась от нижней правой части моего живота и заканчивалась чуть ниже грудной клетки. Ее края уже не были такими серыми и обожженными, как вначале, – теперь они были лишь немного бледнее моей кожи. Но меня беспокоили маленькие фиолетовые вены, которые распространялись вокруг раны. Я молился, чтобы это не было признаком инфекции. Недели тянулись одна за другой, а моя семья застряла в плену у Нисмеры. Мне нужно вылечиться, чтобы их вернуть.

Я открыл глаза, выходя из транса. Меня снова окружили звуки животных, я чувствовал, как ветер танцует между деревьями. В это время Дианна выжимала мокрые волосы.

– Он безвреден. Ты это прекрасно знаешь. Меня привлекают только чересчур высокомерные боги, – сказала она, приближаясь ко мне.

– К счастью, – пошутил я, пряча за юмором нарастающую тревогу.

До Дианны ревность была мне незнакома, но, как и прежде, я ревновал ее к этому проклятому вампиру. Я хотел владеть всем ее временем, ее улыбкой, ее смехом и, прежде всего, ее секретами. Было что-то, чем она со мной не делилась, но я не хотел это выпытывать. Я желал, чтобы она доверяла мне, любила настолько, чтобы рассказывать мне все, делиться со мной всеми своими мыслями и мечтами. Я просто чертовски боялся об этом просить. Если это не происходит по доброй воле, можно ли считать наше чувство – настоящей любовью?

– Тем не менее между вами есть связь, – честно ответил я. – Судьба не слушает кого попало.

Дианна нахмурилась, и это было совсем не то, чего я хотел. Она села напротив и наклонилась вперед, мягко коснувшись губами моих губ, прежде чем отстраниться.

– Не такая связь, какую ты себе, вероятно, вообразил, но он мой друг.

Ревность утихла, когда она произнесла это слово. Моя Дианна потеряла так много друзей – кто-то умер, а кто-то предал. Я хотел, чтобы у нее были люди, которым она могла доверять и на которых могла опереться. Она заслуживала этого больше, чем кто-либо.

– Я знаю, – сказал я. – Прошу прощения. Думаю, иногда я веду себя иррационально, особенно когда речь о тебе. Ведь метка еще не сформировалась. Нет ничего, что демонстрировало бы другим, что ты моя.

– Я думала, что оставила на тебе достаточно меток. – Дианна хитро ухмыльнулась.

Я нежно сжал ее колено.

– Я не имею в виду твои укусы.

Эти игры воспламеняли меня. Она хватала зубами мою шею, руки или грудь – любую часть тела, до которой могла дотянуться. Некоторые поцелуи и касания, казалось, сводили Дианну с ума, и она оставляла целую дорожку из укусов и синяков на моей шее. Я очень скучал по этому чувству в то время, когда нам еще нельзя было заниматься любовью. Но как бы мне это ни нравилось, я все еще жаждал заполучить метку, которая насквозь прожжет мою кожу и никогда не исчезнет.

Нервно прикусив щеку, я откинулся назад, взглянув на свою голую руку.

– Ты знаешь, о чем я.

Девушка пристально посмотрела мне в глаза.

– Для этого так нужна метка?

– Нет, но разве тебя не беспокоит, что ее до сих пор нет?

Взгляд Дианны, как это часто бывало, упал на мой шрам.

– Мне не нужна метка, чтобы знать, что ты мой. Кроме того, может быть, мы неправильно провели ритуал? По сути, мы сделали все наоборот, и были времена, когда я относилась к тебе очень жестоко.

Я рассмеялся, покачав головой.

– Ты никогда не была жестокой.

Она пожала плечами.

– Многие с тобой не согласятся. Слушай, давай сперва подумаем о твоем исцелении, а потом о метке, ладно?

Я взглянул вниз, рассеянно коснувшись краев раны. Они не болели. Тем не менее поверхность раны все еще казалась свежей, даже несмотря на то, что кожа уже затянулась.

– Ладно.

– Как думаешь, их чай тебе помогает?

– Да. – Я опустил руки обратно на колени. – Это, без сомнения, эффективное обезболивающее. Моя теория заключается в том, что клинок должен был меня убить, но этого не случилось, и ценой стало мое нынешнее состояние.

На ее лице промелькнула тревога. Мое сердце заныло – я знал, что даже упоминание о возможности меня потерять пробуждало в ней самые болезненные, самые разрушительные мысли. И все же она здесь, пытается помочь мне, отказываясь поддаваться своему страху вопреки всему, через что прошла.

Моя сильная, красивая девочка.

– Эй.

Я подвинулся ближе, пока наши колени не соприкоснулись, и схватил ее за руку. Наши глаза встретились, и боль ускользнула, спрятавшись где-то в глубинах воспоминаний.

– Я в порядке. Ты спасла меня. Самым безрассудным образом, но все же спасла. Я не знаю, что бы случилось, если бы ты не успела вовремя.

Я думал, что напоминание о том, что Дианна сделала, заставит ее улыбнуться, но она только отвела взгляд, уставившись на наши переплетенные руки. Она провела большим пальцем по моему и спросила:

– Что ты помнишь?

Я судорожно вздохнул. Мы не разговаривали об этом с тех пор, как я очнулся. Дианна лишь рассказала мне, как Роккаррем объяснил ей, куда идти, как он предал Нисмеру ради нее и что я пролежал без сознания несколько дней. В глубине души я знал, что она хотела позволить мне сосредоточиться на исцелении, не отвлекаясь на мысли о пережитом, но все же я был рад наконец-то об этом заговорить.

Я продолжал держать ее руку – она была моей заземляющей силой, в которой я так отчаянно нуждался и без которой не мог представить жизнь.

– Я помню, как Совет удерживал меня с помощью рун. Помню, как появился Каден и… – Я сглотнул. – Помню, как меня ударили ножом и жгучую боль. Казалось, будто все мое существо разрывало изнутри. Я помню, как открылись миры и как это было больно. Миллионы голосов взрывались внутри моего черепа. Я чувствовал их, всех сразу, а затем они исчезли. Я помню, как члены Руки ушли. Помню, как Нисмера стояла надо мной, и я чувствовал беспомощность, эту чертову беспомощность. А потом я помню только тебя.

Дианна нахмурилась.

– Ты помнишь туннель?

Я отвел взгляд. В голове мелькали вспышки света и руки Дианны, обнимавшие меня, пока мир вокруг ускользал.

– Очень смутно. Я помню, что замерз и устал и твои невероятно теплые объятия. Все остальное – лишь обрывки, а после я очнулся уже здесь.

Дианна кивнула, но ее улыбку с трудом можно было назвать счастливой. Я не сказал ей, что помню, как говорил о любви и что она не ответила мне тем же. Это я оставил при себе, боясь тяжелой, ужасной правды, убеждавшей меня в том, что независимо от того, что мы говорили и делали, она все-таки меня не любила. У нее было столько секретов, о которых я слишком боялся спросить. Я бы не смог снова произнести эти слова, а в ответ увидеть тот самый взгляд. Как иронично – я убивал существ в десятки раз больше и опаснее себя и говорил с богами, которые передо мной преклонялись, но с Дианной был совершенно бессилен и напуган.

– Это все, что я помню. Думаю, я потерял сознание от потери крови, и в это время ты доставила нас сюда. Но как тебе удалось?

Она пожала плечами.

– Реджи появился в последнюю секунду. Сказал мне, куда идти.

Я сжал руку Дианны, пытаясь ее утешить. Она снова встретилась со мной глазами, и я с трудом мог расшифровать эмоции, скрытые в ее взгляде.

– Ты действительно удивительная, Дианна. Безрассудная, бесстрашная и храбрая. Даже если иногда это меня раздражает.

Тихий смешок сорвался с ее губ.

– Не знаю, как бы я справился без тебя.

Ее улыбка померкла, и она вытащила свою руку из моей. Меня охватила тревога. Я хотел ее утешить, но временами мне казалось, что такими разговорами я лишь сильнее отдаляю ее от себя. Несмотря на все, что нас связывало, она все еще держала меня на расстоянии.

– Ладно. – Она поерзала на месте. – Давай попробуем еще раз помедитировать.

Она раскрыла руки, протягивая их мне ладонями вверх.

– Что ты делаешь? – спросил я, снова взяв ее за руки.

– Ну, раз уж я такая всемогущая и крутая, как ты сказал, – подмигнула девушка, и я фыркнул, прежде чем она продолжила, – одолжи немного моей силы. Может, я смогу помочь тебе исцелиться. – Дианна расслабилась и выпрямила спину, на ее прекрасных губах появилась улыбка. – А потом мы будем сражаться до захода солнца. Сейчас ты действительно ужасно владеешь мечом.

Я откинул голову назад и рассмеялся – мой живот заныл от напряжения, но, о, как же это было приятно.

– И даже в таком состоянии я все еще лучше тебя.

– Эй, ты едва можешь его поднять!

– И? – спросил я, не отрицая ее слов. – Я все равно побеждаю.

– Ну конечно, – протянула она. – Тогда почему во время наших прошлых тренировок ты оказывался на земле? Решил отдохнуть?

– Мне так захотелось. – Я наклонился вперед, подняв ее пальцы, чтобы поцеловать костяшки. – Все это было частью моего плана. Чтобы ты оказалась сверху.

– Для этого ты мог обойтись и без драки.

Я снова рассмеялся. Это было лучше любой медитации.