Джаски поставила между нами с Киллиумом тарелку с угощениями. Он благодарно ей улыбнулся, и она тихо замурлыкала, усаживаясь на место. Их любовь была почти физически ощутима. Это вдохновляло и успокаивало.

Я выдавил улыбку.

– Я рад видеть, что вы оба до сих пор вместе.

Джаски улыбнулась Киллиуму. Ее глаза были так полны любви, что мне показалось, будто я вторгаюсь во что-то очень личное.

Киллиум кивнул.

– Почти две тысячи лет, плюс-минус.

– Я помню, – сказал я с ухмылкой. – Джаски заставила тебя попотеть.

Джаски рассмеялась, и этот звук наполнил комнату теплом.

– Я того стоила.

Киллиум сжал ее руку, после чего посмотрел на меня, и его лицо стало серьезным.

– Я до сих пор не могу в это поверить, Самкиэль, – сказал он, взбалтывая зеленую жидкость в своем бокале. – Небо не лжет. Ты точно умер.

Джаски наклонилась вперед, в ее глазах заплясала магия.

– Это действительно удивительно. Ты здесь, целый и невредимый, но другой. Я не могу сказать, что изменилось, но ты, кажется, воскрес.

Киллиум коротко присвистнул.

– Многие будут завидовать, если узнают, что тебе это удалось.

– Верно, – согласилась Джаски. – Некромантия запрещена во всех королевствах из-за ее последствий.

Мой пульс участился. Я это знал. Я слышал эти истории. Это была еще одна причина, по которой я был так ошеломлен, когда узнал, что случилось, но с тех пор прошло несколько месяцев, а я все еще не ощущал себя прежним. Я провел рукой по боку, чувствуя тупую боль. Что ж, возможно, я не в форме, но все же воскрешение было не напрасным.

– Что ж, не беспокойтесь – я не жажду мозгов.

Они переглянулись и расхохотались. Я потягивал свой напиток, наблюдая за друзьями.

Мои пальцы постукивали по стакану – я сидел, борясь с нервозностью и беспорядочными мыслями. Я не мог открыть им правду. Я не мог никому открыться. Если не те люди узнают, что Дианна вернула меня к жизни, за ней будут охотиться до скончания веков. То, что она сделала, было беспрецедентным. Никому за всю мою долгую жизнь этого не удавалось, а все те, кто пытался, погибли.

Все те, кто был воскрешен ранее, вернулись не более чем трупами, плотоядными монстрами или жуткими, опасными существами, жаждущими пожирать мозги. Я просто не мог им сказать. Мы с Дианной многое пережили, но она всегда была для меня на первом месте. Вместо того, чтобы спасать королевства, я бы разрушил каждое, если бы того требовала ее безопасность.

– Так скажи мне, – настаивала Джаски. – Кто любит тебя настолько, что решился на столь опасное?

Киллиум усмехнулся.

– Ну, Джаски, ты же знаешь Самкиэля. С чего ты взяла, что дело в любви?

Она улыбнулась, подперев подбородок кулаком.

– Только любовь могла заставить кого-то совершить такой безрассудный поступок.

В моей груди вспыхнул жар, когда я вспомнил, как Дианна произнесла эти три коротких слова. Я выпрямился и откашлялся.

– Никаких ведьм или колдунов. Копье должно было убить меня… но промахнулось. Думаю, я был достаточно близок к смерти, чтобы заклинание развеялось.

Они уставились на меня, а затем на мой живот, как будто увидели рану. Я надеялся, что это сработает. Я надеялся, что они не поймут, что я лгу.

– Что ж, я могу сказать тебе, что Нисмера не знает…

– Так и должно оставаться, – я отчетливо произнес каждое слово.

Я не мог рисковать Дианной.

– Конечно, – ответила Джаски, касаясь моей руки. – С нами твои секреты всегда будут в безопасности.

– Тем не менее тебе следует связаться с Оком, – сказал Киллиум. – Держу пари, они умирают от желания ее одолеть.

– Я планирую это сделать, – улыбнулся я. – Не буду вам лгать – в моей жизни есть человек, который очень для меня важен, настолько важен, что мне нужна ваша помощь.

От этих слов оба оживились.

– Есть? – просияла Джаски. – Расскажи нам все.

– Обязательно, но сначала… – я полез в карман и достал камень, положив его на стол между нами. Глаза Киллиума расширились. Я знал, что как только он его увидит, то поймет, что это такое. Джаски тихо присвистнула, проведя рукой по щетине на плече Киллиума.

– Боги, Самкиэль, ты проделал такой долгий путь ради этого.

Я кивнул.

– Ради этого и еще кое-чего.

Киллиум рассмеялся и залпом допил свой напиток. Он схватил бутылку и наполнил мой стакан, прежде чем налить еще немного вязкой жидкости в свою чашку. Я провел рукой по лицу и вздохнул, прежде чем рассказать, где я был, что происходило, почему я вернулся и… о ней.

– Для начала мне нужно очень надежное оружие.

– Это замечательно. – Джаски хлопнула в ладоши и наклонилась. – Не волнуйся. Мы можем все устроить.

– Не могу в это поверить, – сказал Киллиум. – В последний раз, когда ты в панике прибежал ко мне, тебе понадобился тест на беременность для какой-то девицы. Ты даже не мог вспомнить ее имени, а теперь приходишь ко мне с такими просьбами.

Я приподнял бровь и сделал большой глоток. Это успокоило мои нервы, мышцы, все мое существо. Я вздохнул и поставил стакан на стол.

– Да, это было давно, и я был очень-очень молод. Многое изменилось. К тому же тогда ты мне помог.

Комната погрузилась в тишину.

– Я сделаю все, что смогу. Для вас обоих. – Джаски остановилась и взяла камень, прежде чем выйти из комнаты.

Киллиум наполнил свой бокал, его лицо помрачнело.

– Прости меня за это. Я слышал, что с ними случилось. Как Нисмера продала их тем безжалостным ублюдкам.

Киллиум подвинул ко мне бутылку, и я налил себе еще.

– Я планирую вернуть их, но сначала мне нужно кое-что сделать. Просто необходимо.

– Честно говоря, я уже давно ничем таким не занимался. Этим мирам требуется особая форма магии.

Я кивнул, отхлебнув из своего бокала.

Киллиум откинулся назад, очки на его голове заблестели в свете кухонной лампы.

– Значит, она та самая?

– Моя единственная, – отозвался я, допивая свой напиток и отставляя бокал.

Мы встретились взглядами.

– Я слышал, что метка творит чудеса с теми, кому посчастливилось обладать ею, – сказал Киллиум. – Мне жаль, что вы ее так и не обрели, но это все равно хорошие новости.

Я не мог ему сказать, что Дианна моя амата. Тогда бы он спросил про метку и почему ее нет. Я не мог поведать ему, от чего она отказалась, чтобы я жил, как бы сильно я ни доверял Киллиуму. Жизнь и безопасность Дианны всегда будут моим приоритетом, и, если вдруг однажды Киллиум будет угрожать ей, я убью его.

– Да, это правда, – я взглянул на него. – Ты хорошо меня знаешь. Я вырос с мыслью, что моя амата мертва, и никогда не хотел никого подобного. Потом появилась она и перевернула мой мир. Тогда все и началось. Это была не страсть и не любовь – это была интрига. Может, дело в моем эго, но никто никогда не бросал мне вызов так открыто, как она.

Он усмехнулся, глядя в свой бокал.

– Это то, что тебе нужно.

В знак согласия я приподнял брови.

– Сначала мы не ладили, но нам пришлось вместе работать. Так что я проводил с ней каждый день, и интерес, который я к ней испытывал, разгорался, как уголек, пока не выжег меня изнутри. Она сильная, смелая и отважная. Она знала, кто я такой, знала все истории обо мне, но ей было все равно. Ее преданность не знает границ, и она рисковала всем ради своей сестры. Только дурак не полюбил бы такого удивительного человека. Она сводит меня с ума. Иногда чудесным образом, а иногда – в буквальном смысле.

Киллиум откинулся назад и рассмеялся.

– Вот это, мой мальчик, и есть любовь, – он сделал еще один глоток своего напитка. – Я бы с удовольствием познакомился с существом, которое наконец-то приручило великого Самкиэля.

– Однажды все узнают, кто она такая, – сказал я, приподняв уголок рта. – Кстати, о великой любви, как у вас с Джаски дела?

Киллиум откашлялся, и стражники позади меня заерзали.

– Мы едва ли не попали под Зачистку.

– Зачистку? – спросил я.

Киллиум кивнул и снова потянулся к бутылке.

– Мы прозвали это Зачисткой, когда Нисмера только пришла к власти. Она шла от мира к миру, уничтожая всех, кто еще был предан тебе. Так сказать, зачищала мир от тебя. Если кто-то не подчинялся ее воле, она его уничтожала. Сотни обратились в пепел. А она отлично знала обо мне и моих поделках.

Поделки. Он сказал это так буднично, как будто не помогал богам создавать самое смертоносное оружие. Киллиум был потомственным магом, и сила, которую он носил внутри, могла управлять стихиями и не имела себе равных. Если бы они с Азраилом объединились, мы могли бы сделать миры неуязвимыми. Жаль, что их идеалы не совпадали. Киллиум создавал оружие для мира, Азраил – для того, кто больше заплатит.

– Она нашла вас?

Он опустошил еще один бокал, прежде чем с грохотом поставил его на стол.

– Мы были первыми в ее списке, так как именно мы научили тебя, как правильно делать кольца. Когда Азраил умер, я понял, что нам нужно бежать, но она нас нашла. Джаски почти умерла, пытаясь спасти себя и меня. С тех пор ее магия стала непредсказуемой, и теперь ее трудно использовать. Она истратила очень много сил слишком быстро. Это ее доконало, – он указал на свою ногу, сталь вокруг которой бликовала в приглушенном свете. – А мне Нисмера оставила это.

Я скрестил на груди руки, откинувшись на стуле.

– Мне жаль, что меня не было там, чтобы помочь.

– Вижу, ты все еще уверен в своей силе. Думаешь, что можешь спасти все миры, парень?

– Кто-то должен попытаться, – я кивнул в сторону охранников. – Так ты поэтому прячешься под борделем с наемниками?

Глаза упомянутых наемников расширились, и они отвернулись.

Киллиум усмехнулся.

– Это не просто бордель, а место встречи тех, кто хочет восстать. Тех, у кого на голове такой же символ, как у тебя. Хотя твой не совсем честный.

– Умно, – я кивнул, поджав губы. – Но тебе нужна защита получше.

Я задумался, сколько же комнат использовались не по назначению.

Киллиум закашлялся от смеха.

– Ты говоришь о наемниках Н'вуила.

Я сосредоточился на них, и все трое выглядели так, будто хотели оказаться где угодно, только не рядом со мной.

– Дерьмовые наемники. Если я могу их обезоружить так быстро, они не смогут противостоять Нисмере, если она до тебя доберется.

Киллиум цокнул языком.

– Ни один наемник не может противостоять тебе, Самкиэль. Ты – неприкасаемый король. Тебя невозможно победить, учитывая, что ты единственный, кто был близок к тому, чтобы ранить или убить Нисмеру.

– Что ж, сейчас я не планирую этого делать. Сперва нужно кое-что закончить, и вот почему я здесь.

Он кивнул.

– Да, да. Я не знаю, где находится Эверрин. В последний раз, когда я ее видел, она была в мире Зеладжи, который был вскоре разрушен и заражен довольно неприятными существами.

– Тогда я начну оттуда.

– Ты принес то, что нужно для этого оружия?

– Да, и я могу помочь, если тебе понадобится сила. Я не хочу утруждать Джаски.

– Ты всегда был добрым. Ты нравишься мне куда больше, чем старые боги. – Киллиум встал, и его наемники вытянулись по стойке смирно. – С твоей силой мне понадобится всего час, чтобы создать его.

Час – это неплохо. Я думал, уйдет больше времени. Это была, мягко говоря, хорошая новость. Я не хотел надолго оставлять таверну, переживая за Дианну и всех ее обитателей. Но пока я не мог с ней связаться. Сначала мне нужно было убедиться, что дело сделано. Разговоры – потом. Это было несправедливо по отношению к ней, и я это знал. Мое отсутствие только раззадоривало тех демонов, от которых она так отчаянно защищалась, но мне нужно было время, чтобы подумать и составить план.

Мы вышли из маленькой кухни и направились обратно в магазин Киллиума. Повсюду были разложены хитроумные гаджеты и приспособления. Джаски надела на голову шлем и молниеносно двинулась вперед, размахивая руками так быстро, что казалось, будто у нее их целых шесть. Зеленая магия окутала ее хрупкую фигуру, и во все стороны полетели искры. По потолку вился дым, вентиляция гудела. Сквозь шум я слышал, как она удовлетворенно что-то напевает. Я обошел другой стол, слегка постучав по некой круглой подвесной штуковине. Она зловеще загудела, и я отпрянул.

– Это новый проект для принца из Сандунна, – пояснил Киллиум.

Я повернулся к нему, приподняв бровь.

– Ты поставляешь оружие повстанцам, Киллиум?

Он лишь улыбнулся, когда Джаски откинула защитную маску своего шлема и повернулась, чтобы передать ему образцы, которые она сделала, после чего молча вернулась на свое место. Киллиум взял несколько различных металлов, прежде чем устроиться за своим столом. Он наклонился вперед, подтаскивая к себе сложный механизм, настраивая какие-то регуляторы и щелкая переключателями. Машина ожила, когда он надел на лицо защитные очки. В воздух полетели искры – они оба были заняты своими делами.

Я сел рядом с Киллиумом и рассказал ему, как именно представляю себе это оружие и что мне от него нужно. Прошел час, прежде чем он закончил, но это все равно было намного быстрее, чем я ожидал. Я встал, потянулся, надел плащ и взял сверток, протянутый мне Киллиумом. Его наемники все это время наблюдали за нами и теперь делали вид, что я их вовсе не интересую.

Джаски вытерла пот со лба и улыбнулась мне, прижавшись к Киллиуму.

Я застегнул последнюю пуговицу на плаще.

– Когда я заново отстрою этот мир, я вернусь за тобой, друг. Пока я жив, у тебя всегда будут дом и работа.

– Даже если это слегка незаконная деятельность? – уточнил Киллиум, обнимая Джаски за плечи.

Я ухмыльнулся, натягивая капюшон на голову.

– Мы с этим разберемся.

Он кивнул, его глаза блестели от непролитых слез. Джаски похлопала себя по груди.

– Ты всегда был одним из лучших людей. Ты и твой отец. Я рада, что ты вернулся. Может быть, надежда все-таки есть.