— Значит, всё начинается в три? — спросил Рис.

— Да. Зайдёшь к часу? Ты помнишь, где я живу?

— О, я помню.

На губах Риса заиграла улыбка, и увидеть это было таким облегчением, что Вэс почувствовал, что улыбается в ответ.

— На этот раз воспользуйся дверью, — посоветовал он Рису.

Глава 13

— Знаешь, в прошлый раз я тоже воспользовался дверью, — заметил Рис, когда Вэс впустил его в пентхаус.

Вэс был одет в накрахмаленную белую рубашку и идеально скроенный чёрный костюм-тройку, без пиджака. Обычно Риса такой стиль не интересовал, но на Вэсе? Так чертовски сексуально.

Жилет обтягивал его крепкий торс, а брюки сидели как раз впору. Расстёгнутый воротник и отсутствие галстука придавали ему немного несобранный вид. Но вот пристальный взгляд, то, как плотно были поджаты его губы — всё это выдавало лживость его цивилизованного облика.

Вэс закрыл дверь, снова активировав электронный замок.

— Возможно, ты и воспользовался этой дверью, но я сильно сомневаюсь, что ты прошёл через вестибюль.

Рис широко улыбнулся.

— Верно. Я взломал твою систему с крыши.

Квартира на самом верхнем этаже выглядела почти так же, как Рис помнил. Справа располагалась вытянутая двухрядная кухня, полностью выполненная из чёрной нержавеющей стали с несколькими золотыми акцентами. За ней начинался коридор, ведущий к закрытым дверям.

Кухонный островок, выполняющий функцию обеденного стола, отделял кухню от просторной гостиной, где центральное место занимал чёрный кожаный диван в окружении изящных столиков, расположенных под углом к телевизору, вмонтированному в стену. Вместо прежнего журнального столика был установлен столик с кожаной столешницей в тон дивану. За окнами от пола до потолка, обрамлёнными открывающимися на ночь металлическими ставнями, простирался потрясающий вид на город. Отсюда Портидж выглядел сверкающим и чистым.

— Я добавил несколько новых элементов безопасности, — сообщил ему Вэс. — В следующий раз будет не так просто.

— О, я уверен, что всё равно могу пробиться сквозь твою защиту.

— У меня есть плохое предчувствие, что это правда, — мрачно ответил Вэс. — Сюда.

Засунув руки в карманы своей тактической куртки, Рис последовал за Вэсом по другому коридору, налево. В этом коридоре имелась только одна дверь, которая была открыта.

Когда они вошли в спальню Вэса, сердце Риса пропустило удар. Несмотря на то, что именно там должен был находиться гардероб, Рис почему-то не смог мысленно подготовиться к тому, чтобы войти в самое личное пространство Вэса.

На самом деле, оно не выглядело таким уж личным. Риса не удивило, что всё было элегантным и чистым, но при этом каким-то… безликим.

Даже в помещениях, которые на самом деле ему не принадлежали, Рис не мог удержаться и не занимать пространство. Большая часть его вещей в настоящее время находилась на складе, но он продолжал ходить в складскую ячейку за той или иной книгой, рубашкой, инструментами для мотоцикла и т. д.

Здесь у стены стояла огромная кровать на платформе, аккуратно застеленная бордовым покрывалом. Между ней и стеклянными дверями, ведущими во внутренний дворик, было достаточно свободного места, чтобы устроить чёртов матч по рестлингу.

Это ощущалось…

Боже, это ощущалось чертовски одиноко.

В комнате было две дополнительные двери. За одной из них виднелась ванная комната. Другая, судя по всему, и была их целью.

Вэс включил свет, и стало видно огромную гардеробную. Выдвижные ящики, полки и вешалки тянулись от входа до зеркала в дальнем конце, и всё это было безупречно опрятным. Даже подставка для обуви была чистой, и из корзины для грязного белья ничего не свисало.

На ближайших к двери вешалках висела коллекция уличной одежды, как будто эти вещи в данный момент пользовались наибольшим спросом, но на большинстве вешалок преобладали костюмы, которые, вероятно, стоили столько же, сколько «Дукати» Риса. Конечно, именно поэтому Рис оказался здесь — потому что у Вэса было такое дерьмо, но при виде этой реальности возникло несколько вопросов. Первый: чем Вэс занимался до того, как начал охотиться на демонов? Что более важно: почему он начал охотиться на демонов?

Рису следовало бы задать себе эти вопросы раньше. Если бы кого-то другого пригласили в Тишь, он бы так и поступил. Но с Вэсом он так старался не думать о… ну, о Вэсе.

Вэс остановился и повернулся спиной к зеркалу. Его руки скользнули в карманы брюк. Он выглядел очень напряжённым, но Рис подумал, что ему может быть не по себе. Да, в этом он не одинок.

— Мой пиджак хорошо на тебе сел, — сказал Вэс почти сурово, практически хмурясь. — Надеюсь, мои брюки тоже подойдут.

— Я всегда могу втянуть живот.

Это заставило Вэса рассмеяться, и его внезапная улыбка взорвала всю его напряжённость. О да, он определённо нервничал. И, Боже, эта улыбка изменила его лицо. Рис почувствовал, что немного расслабился, и улыбнулся в ответ.

— Мышцы трудно втянуть, — заметил Вэс.

— Там есть небольшой жирок.

— Нет, это не так.

— О, точно, — Рис широко улыбнулся. — Я и забыл, что ты уже видел меня голым.

Краска залила щёки Вэса.

— Когда я открыл ту дверь в «Ластере», я не ожидал увидеть…

— Такую великолепную задницу?

— Такую голую задницу.

— Что ж, я не буду извиняться за это, — настаивал Рис, стараясь говорить непринуждённым тоном.

— Нет, — сказал Вэс, — тебе не стоит извиняться.

Как и во многих других случаях с Вэсом, Рис не был до конца уверен, как это истолковать. Обычно он хорошо разбирался в людях, поэтому его раздражало, что ему было так трудно понять Вэса. Не то чтобы он не понимал, почему ему трудно понять его. Именно его влечение к Вэсу делало его неуверенным, даже нервным, что усугублялось тем фактом, что он не хотел, чтобы Вэс привлекал его. Это ощущалось… сложным. Это пугало. Следовательно, он не хотел, чтобы Вэс испытывал к нему влечение. Но в то же время? Да, конечно, он хотел.

— В любом случае, — Вэс прочистил горло. — Ты можешь надеть всё, что захочешь, но у меня есть пара идей.

Когда Рис повернулся, чтобы посмотреть на развешанную одежду, он понял, что до сих пор держит руки в карманах куртки, как турист, который боится прикоснуться к чему-либо в Смитсоновском институте.

— Поскольку у меня нет идей, думаю, нам стоит начать с твоих.

Вэс подошёл к вешалке и отодвинул несколько костюмов, чтобы показать серовато-голубой. С ним висела белая рубашка.

— Это был бы мой первый выбор.

— Тогда давай остановимся на этом. Я тебе доверяю.

— Правда?

— В вопросах стиля, безусловно, — уточнил Рис, пока не ляпнул что-то тупое вроде «да, доверяю». Потому что после того, как Вэс позаботился о нём в «Рубайяте»? И приехал помочь ему в Резиденции?

Да. Рис доверял ему.

Раздражённый собственным дискомфортом, Рис заставил себя перестать прятать руки в карманах. Он расстегнул молнию на куртке и сбросил её. В этом не было ничего особенного. Если бы он сейчас был в гардеробе Луки, то уже наполовину разделся бы и подкалывал Луку из-за пафосной одежды. Он бы не чувствовал себя так чертовски неловко.

Кроме того, Рис отказывался испытывать дискомфорт из-за собственного тела. Он чертовски усердно работал, чтобы прийти к этому, и не собирался отказываться от достигнутого. Была только одна вещь, которую он предпочитал скрывать, но в целом это удавалось довольно легко. Люди не обращали внимания на твои запястья, когда другие части твоего тела выставлены напоказ.

И… возможно, он немного проверял Вэса. Он бросил куртку на скамейку. Затем начал расстёгивать ремни своих набедренных кобур.

— Я дам тебе переодеться, — резко сказал Вэс, протискиваясь мимо Риса к двери.

Поскольку, по-видимому, чувства Риса не могли быть простыми, бл*дь, он испытал смесь облегчения, веселья и разочарования, когда дверь закрылась.

Ему потребовалось несколько минут, чтобы снять с себя одежду и облачиться в костюм. Надев его, он скорчил гримасу своему отражению в зеркале.

— Ну? — позвал Вэс снаружи.

— Я чувствую себя пи**ец как странно.

— Можно мне посмотреть?

— Наверное.

Рис обернулся, когда дверь открылась. Вэс застыл на пороге. Совершенно оцепенел.

— Что? — спросил Рис. — Я выгляжу глупо, не так ли?

— Ты выглядишь ох*енно сексуально.

— О, — лицо Риса залил жар. — В самом деле? Потому что я чувствую… Я не знаю.

Вэс вошёл в гардеробную. Он обошёл Риса кругом. Обычно Рису бы это не понравилось, но когда это сделал Вэс, жар от лица Риса переместился в пах. «Ты выглядишь ох*енно сексуально». Вэс действительно только что сказал ему это?

— Господи, — пробормотал Вэс.

— Что?

Вэс не ответил. Вместо этого он прокомментировал:

— Это, очевидно, подходит. Хотя я беспокоюсь об обуви. Мне следовало спросить раньше — какой у тебя размер?

— Четырнадцатый. А у тебя?

— Тринадцатый с половиной. (примерно 46–47, — прим)

— Я просто надену свои ботинки.

— С этим костюмом нельзя надевать армейские ботинки. Исключено. Тебе просто придётся потерпеть.

— Грубиян, — поддразнил его Рис.

Вэс фыркнул.

— Я найду тебе ремень.

— Ремень? — переспросил Рис. — Это становится всё хуже и хуже.

Бросив забавляющийся взгляд через плечо, Вэс подошёл к выдвижному ящику.

Среди всех этих деловых костюмов казалось, что настал подходящий момент спросить:

— Итак… чем именно ты занимаешься? Или, наверное, занимался? До того, как начал охотиться на демонов.

Вэс перекладывал несколько ремней в ящике.

— В основном, инвестиции, банковское дело. Уверен, тебе это показалось бы очень скучным.

— Банковское дело? Я бы определённо счёл это скучным.

— Да, что ж, — Вэс пожал плечами. — Я тоже.

— Тогда зачем ты этим занимался?

— Деньги.

Это был простой ответ, поверхностный. Рис покачал головой.

— Я на это не куплюсь.

— Это единственная причина, по которой кто-либо занимается инвестиционным банкингом. Ты начинаешь с денег и зарабатываешь ещё больше денег.

Рис мог бы закрыть тему. Вэс этого и хотел, это было видно по его бесстрастному тону. Но за этой темой скрывалось что-то, до чего Рис хотел докопаться. Он хотел узнать Вэса. Он ничего не мог с собой поделать.

— Да? Потому что я вижу деньги. Хорошее жильё, хорошая одежда, хорошая машина. Но я чувствую, что всё это для тебя ничего не значит.

Вэс замер. В воздухе повисло напряжение. Инстинкты Риса не подвели. Тема была не так проста, как Вэсу хотелось, чтобы он думал. Рис ожидал, что Вэс не ответит или, возможно, скажет ему не лезть не в своё дело. Но Вэс сделал глубокий вдох, выдохнул. Затем, по-прежнему стоя спиной к Рису, сказал:

— Мне нужно было чем-то заняться, сосредоточиться на чём-то, что не было бы… агрессивным.

Так или иначе, Рис этого не ожидал. Возможно, ему следовало это сделать. Вэс, очевидно, прошёл боевую подготовку. Но то, как Вэс произнёс последнее слово, наводило на мысль о чём-то… личном.

— У меня всё шло неплохо, — добавил Вэс, — до… прошлой осени, когда похитили Ану? Наверное, это что-то сломало во мне. Я не мог вернуться в свою коробку. Я пытался, но не смог. Поэтому я начал охотиться на демонов, — Вэс резко покачал головой. — Бл*дь. Почему я рассказываю об этом? Я говорю как грёбаный психопат.

У Риса были вопросы, конечно, были. Но сейчас не время выпытывать подробности. Кроме того, что действительно имело значение, так это последний кусочек — самобичевание, которое Рису не нравилось.

— Мы все склонны к насилию, Вэс. Все в Тиши. Вот почему мы работаем в Тиши. Чтобы попытаться сделать что-то хорошее из чего-то плохого.

Наконец Вэс повернулся к нему лицом. Сердце Риса сжалось от его затравленного взгляда.

— Кир говорил мне что-то в этом роде, — произнёс Вэс.

— Да, что ж, Кир довольно умён. Я слушаю его по крайней мере сорок процентов времени.

Вэс слегка улыбнулся, как Рис и надеялся. Затем он вручил Рису ремень и сказал:

— Давай покончим с этим, чёрт возьми.

Глава 14

Боже, Рис был таким неугомонным. В «Рубайяте» Вэс заставил его прижать задницу, но сегодня вечером, пока Вэс проследовал за Рисом в другую комнату особняка лорда Тайсана, он не думал, что это произойдёт. К счастью, учитывая характер этого… художественной выставки, некоторое движение могло остаться незамеченным.

Рис рыскал по гостиной, где на низкой кушетке в греческом стиле лежала одна из обнажённых позолоченных «статуй». Её правая рука и правая нога простирались и покоились на полу, обнажая грудь и половые органы. Бриллианты украшали её закрытые глаза, сверкая в свете ламп и свечей. Кровь сочилась из двойных проколов на её золотистом горле. Даже волосы были покрыты золотой краской. Табличка, прикреплённая к серебряной подставке, гласила: «Прекрасная Смерть».

Это определённо одна из самых скромных и наиболее изысканных экспозиций, размещённых в многочисленных залах дома. Мужчины и женщины, выкрашенные в золотой цвет, располагались так, чтобы привлекать… но трогать было запрещено.

Гости перемещались по дому, чтобы насладиться эротическими сценами, их изысканная дорогая одежда резко контрастировала с обнажённой натурой. Неудивительно, что дресс-код был таким формальным: разделять, дразнить, представлять гостей друг другу через вызов в форме пуговиц, молний и застёжек.

Здесь, как и в других залах, ряд подобных трудностей уже был преодолён.

Две женщины, одна в сверкающем голубом, а другая в зелёном с блёстками платье, исследовали шеи друг друга у каменной статуи возбуждённого сатира. Другие гости двигались по залу, беря бокалы с шампанским с позолоченных подносов, которые разносили сотрудники в прозрачных белых халатах поверх тел, покрытых серебристой краской.

Вэс поймал Риса за руку, прежде чем тот успел выскочить из этой комнаты и перейти в следующую. По инерции Рис достиг предела их общей досягаемости и только потом отреагировал на рывок. Он отступил к тому месту, где Вэс остановился у греческой вазы, украшенной изображениями обнажённых воинов, одинаково готовых как к бою, так и к сексу.