Некоторое время назад один мой сорокалетний друг – холостяк обручился с дамой, которая убедила его пойти на уроки танцев. «Честно говоря, это было правильное решение, – признался он мне, – потому что танцевал я не лучше, чем двадцать лет назад. Думаю, первая преподавательница сказала мне правду, – я все делал невпопад, мне стоило начать с нуля. Но у меня опустились руки. Я больше не хотел заниматься и ушел. Думаю, вторая преподавательница солгала. Но мне понравились ее слова. Она заметила, что, может быть, мой стиль и немного устарел, но в целом я двигался правильно, и мне будет несложно выучить несколько новых движений. Подчеркнув мои ошибки, первая преподавательница лишила меня запала. А вот вторая поступила иначе. Она хвалила меня за то, что я делал правильно, и убеждала, что ошибки незначительны. Она убеждала меня, что у меня есть чувство ритма и я прирожденный танцор. Здравый смысл подсказывает мне, что это неправда и с этим мало что можно поделать. Но в глубине души я надеялся, что, возможно, преподавательница не лгала. И я платил ей за то, чтобы она говорила это. Но это не самое главное. Я точно знаю, что танцую лучше, чем мог бы, не похвали она меня с самого начала. Меня это вдохновило. У меня появилась надежда. Я захотел танцевать лучше».

Скажите ребенку, мужу или сотруднику, что он глупый или что у него не получается что-нибудь, что он на это не способен и все делает не так, – и этим вы добьетесь лишь того, что он даже не попытается стать лучше. Но если поступить наоборот, представить все так, будто это легко, позволить другому человеку знать, что вы верите в его способности и одаренность, – и тогда ваш собеседник будет до самого рассвета тренироваться, чтобы превзойти себя.

Таким методом пользуется Томас Лоуэлл, а он, уж поверьте мне, дока в том, что касается человеческих взаимоотношений. Он поддерживает, дарит уверенность в себе, вдохновляет смелостью и верой. Например, не так давно я провел выходные с господином Томасом и его супругой. В субботу меня пригласили на дружескую партию в бридж у камина. Я и бридж? О нет! Нет, нет! Только не я. Я совершенно ничего не смыслю в этой игре, для меня это темный лес. Нет, это решительно невозможно!

«Ну что ты, Дейл, игра очень простая, – сказал мне Лоуэлл. – В бридже главное – запоминать и рассуждать. А ты один раз целую главу мысленно написал. Бридж не должен тебя пугать, ты точно справишься».

Вуаля, я еще не успел осознать, что происходит, а уже сидел за столом и играл вместе с остальными. Потому что Лоуэлл убедил меня в том, что я точно справлюсь, ведь у меня отличная память, а игра довольно простая.

История о бридже напомнила мне об Эли Калбертсоне[87]. Где бы ни играли в карты, его имя всегда на устах; а его книга о бридже была переведена на десятки языков и разошлась миллионным тиражом. Однако он сам рассказал мне, что никогда не стал бы заниматься бриджем профессионально, если бы одна девушка не убедила его в том, что это его дар.

Когда он приехал в Америку в 1922-м и пытался устроиться на работу преподавателем философии и социологии, у него ничего не вышло.

Тогда он попытался торговать углем и снова потерпел неудачу.

И с продажей кофе у него тоже не сложилось.

Ему даже в голову не приходило, что он сможет учить других играть в бридж. Он не только плохо играл, но и задавал столько вопросов во время и после каждой партии, что люди просто не хотели садиться с ним за один стол.

А потом Эли встретил красотку Джозефину Диллон, которая обучала игре в бридж, влюбился в нее и женился. Она заметила, как внимательно он анализирует карты, и убедила его, что у него есть все задатки гениального игрока. И только из-за этого, сказал мне Калбертсон, он решил сделать бридж своей профессией.

Если вы хотите заставить людей измениться, не вызывая у них обиды или возмущения, запомните правило 8:

Подбадривайте. Ошибки, которые нужно исправить, выставляйте незначительными. А то, чего хотите добиться, представляйте как нечто очень простое.