Не везде роль ведущего парникового газа играл диоксид углерода – CO₂. Американский астроном Тобиас Оуэн 40 лет назад произвел расчеты и показал, что при давлении больше 0,3 атмосферы (сегодня оно в тысячу раз меньше – три сотых процента атмосферы) даже при низкой светимости раннего Солнца, 4–4,5 миллиарда лет назад, температура на поверхности Земли была бы выше нуля. Дефицит солнечной радиации был бы компенсирован парниковым эффектом. Правда, позже другой американский ученый, Джеймс Кастинг, указал на то, что при таком давлении, например, в условиях Марса, СО₂ сконденсируется и не сможет обеспечивать парниковый эффект. При этом на Марсе тоже была жидкая вода. Значит, там роль парникового газа мог играть метан.

Подтвердить эту гипотезу помог метеорит Allan Hills 840011, возраст которого 4,5 миллиарда лет. Это не просто метеорит, а кусок Марса, когда-то выбитый астероидом. В этом марсианском образце есть карбонатные включения. Они имеют совершенно аномальный изотопный состав углерода, плюс 40 промилле. В атмосфере должно быть не менее 90 % метана, для того чтобы карбонат имел такой изотопный состав.