«Я совершенно не против быть на втором месте. Я просто от души радуюсь его успеху».
Спустя несколько месяцев после вручения премии, в августе 1979 года, Хичкоков навестила ведущая того вечера, Ингрид Бергман. Август – месяц, на который выпадают дни рождения всех троих: Хичу исполнялось 80 лет 13 августа, Альме 14-го, а Ингрид 29-го – 64 года. Ингрид застала в Бель-Эйре окончательно павшего духом человека; Хич на глазах распадался как физически, так и умственно. Он погружен в глубокое экзистенциальное уныние: состарившийся режиссер и одна из двух его любимейших актрис беседовали о смерти. Ингрид Бергман в это время уже была больна раком; она умрет всего через три года, 29 августа 1982 года, в свой шестьдесят седьмой день рождения.
Хичу страшно – страх вообще был одним из лейтмотивов его жизни. На этот раз он со страхом ждал собственной смерти. И вот они сидели и говорили об этом. Встреча старых друзей была отмечена на этот раз глубокой, неутолимой печалью. Как далеки они сейчас были от прежних золотых времен, когда снимались «Дурная слава» и «Под знаком Козерога». Ингрид Бергман позже вспоминала об этой последней встрече у Хичкоков дома: «Он взял меня за обе руки, по его лицу текли слезы. Он сказал: „Ингрид, я умру“.
Состояние обоих, Хича и Альмы, ухудшалось с каждым днем. «В конце за ними круглосуточно ухаживали сиделки на дому», – поясняет Мэри Стоун. «Она была практически прикована к инвалидному креслу, а после его смерти она вообще почти не вставала с постели».
В последний день года, 31 декабря 1979, королева Елизавета II посвятила Хича в рыцари-командоры Британской империи. Поскольку он был уже не в состоянии ехать в Англию, посвящение провел от имени Ее Величества генеральный консул Великобритании в Лос-Анджелесе. Теперь он стал сэром Альфредом Хичкоком – и у него наготове были шуточки по этому поводу: он теперь был the short knight («рыцарем-коротышкой»), намекал Хич на свой последний несостоявшийся фильм The Short Night. На вопрос, почему его посвятили в рыцари так поздно, Хич отвечал лаконично: «Похоже, она просто забыла».
16 марта 1980 года Хича в последний раз появился на публике, совсем ненадолго. Это было очередное вручение премии Американского Института киноискусства. По обычаю, получателя премии представляет ее прошлогодний лауреат. Тем более, что чествовали на этот раз Джеймса Стюарта. Речь Хича записали в отеле «Беверли Хилтон», оттуда он поехал домой и на вечерний банкет уже не явился.
В следующие недели его состояние быстро ухудшалось, отказывали печень и почки, сердце переставало реагировать на несколько лет исправно функционировавший кардиостимулятор. К чему шло дело, было очевидно.
Конец наступил очень тихо, спокойно. Окончательно отказали почки, как было и с его матерью. Наступило утро 29 апреля 1980 года, вторник. Около 9:30 Хич умер дома, в своей постели. С ним была его семья. По их словам, он мирно уснул. «Я сказала маме, – рассказывает Пат, – и оставила ее на некоторое время с ним одну. Я помню, она ничего не сказала, просто взяла его правую руку в свою, а потом нагнулась и поцеловала его руку. Затем мы отвезли ее обратно в спальню».
Внучка Мэри Стоун тоже помнит тот апрельский день, когда умер ее дедушка: «Я помню, как зашла к ней в комнату в то утро, когда он умер, а там сиделка как раз посадила ее в кресло и повернула так, чтобы перед ней был красивый вид из окна на поле для гольфа. И она просто сидела и смотрела в окно. У меня просто сердце разорвалось. Она выглядела такой одинокой. Теперь, когда его больше не было… это было очень грустно».
Отпевание, разумеется по католическому обряду, прошло в церкви Доброго Пастыря в Беверли-Хиллз, той самой, куда Хич когда-то возил Пат по воскресеньям; службу вел иезуит патер Томас Салливан, знавший Хичкока много лет. Хич перед смертью распорядился, чтобы его кремировали, а пепел развеяли над Тихим океаном где-нибудь у побережья Калифорнии. 8 мая в Вестминстерском соборе в Лондоне отслужили заупокойную мессу по Хичу, уроженцу Англии.
После смерти Хича Альма осталась на Белладжо-роуд одна. О ней продолжала заботиться Бетти Лошер, каждый день приходя в дом, где стало еще тише, чем раньше. Пат тоже каждый день заходила проведать мать. Мэри, Тере и Кэйти старались навещать бабушку как можно чаще.
Через два года после ухода Хича ушла и она. 6 июля 1982 года Альма Ревиль умерла в возрасте восьмидесяти двух лет. Тоже во вторник.
Заупокойная служба прошла в церкви Апостола Павла в Вествуде; пепел Альмы также развеяли над Тихим океаном. Наверное, для нее разумелось само собой и в смерти последовать за своим Хичем.
«Когда Альма умерла, она выглядела, как будто мирно спит, – рассказывает Пат. – Такой я тоже часто ее вспоминаю».
А еще Патриция рассказала короткую притчу, которая трогает ее до слез, потому что ей вспоминаются родители. «Бог сидит на высокой горе и режет пополам тысячи апельсинов, и эти половинки скатываются с горы. Иногда выходит так, что друг с другом сталкиваются половинки одного апельсина – и тогда они снова срастаются в целый плод».
Для Пат эти половинки апельсина – Альма и Хич.