Ниже приводится речь помощника коронера (мистера У. Т. Томаса), произнесенная на заседании Кембриджского временного коронерского суда и обращенная к коллегии присяжных на слушании дела об убийстве Эндрю Сили, жившего по адресу: Кембридж, Трампингтон-роуд, Сократовский тупик. Речь произнесена в пятницу, 18 апреля, в третий, завершающий день слушаний.

Уважаемые члены суда присяжных!

Мы собрались здесь для расследования обстоятельств смерти Эндрю Сили, шестидесяти одного года, жившего по адресу: Кембридж, Трампингтон-роуд, Сократовский тупик, тело которого было извлечено из реки Гранты десятого апреля сего года.

Мы заслушали показания нескольких свидетелей, вызванных в суд, и, как мне думается, должны согласиться с инспектором Оутсом из Скотленд-Ярда, заявившим, что собраны все имеющиеся сведения, которые позволят принять решение.

Мы знаем, что тридцатого марта сего года Эндрю Сили не вернулся домой после посещения церковной службы, на которой он присутствовал вместе со своей теткой миссис Каролайн Фарадей, ее внучатой племянницей мисс Блаунт, его двоюродными сестрами миссис Кэтрин Берри и мисс Джулией Фарадей, а также его двоюродным братом мистером Уильямом Фарадеем. Все перечисленные люди живут по тому же адресу… за исключением мисс Джулии, покинувшей наш мир.

Незаконченное письмо Эндрю Сили, которое было вам зачитано, ясно указывает на то, что покойный намеревался дописать его, вернувшись домой после службы. Что касается письма, есть обстоятельство, которое некоторым из вас может показаться чрезвычайно важным. Нам не удалось установить предполагаемого получателя письма. Однако вы должны помнить, что мистер Сили был не из тех, кто охотно рассказывает о своих друзьях и личной жизни. Поэтому вполне возможно, что он состоял в переписке с людьми, о которых другие члены семьи ничего не знали. Должен сказать: я удивлен и несколько шокирован тем, что женщина, которой писал мистер Сили, если только она не находится за границей или не имеет доступа к газетам, не узнала себя в той, к кому было обращено письмо (а оно широко публиковалось в газетах), и не откликнулась на призыв полиции сообщить о себе. Однако это всего лишь небольшой эпизод, который не должен уводить нас в сторону от основного расследования.

Из заслушанных показаний мы знаем, что Эндрю Сили не поехал обратно на автомобиле вместе с двоюродными сестрами и братом, как намеревался накануне богослужения. Вы слышали слова Джона Кристмаса, заявившего, что покойный велел ему отвезти домой миссис Берри и мисс Джулию Фарадей, а сам вместе со своим двоюродным братом Уильямом Фарадеем решил вернуться домой пешком. Упомянутый Кристмас признался, что подобные распоряжения его удивили, поскольку они противоречили давней традиции. Вы без труда вспомните, что слышали об этой традиции. Едущие в автомобиле некоторое время катались по Кембриджу и окрестностям, чтобы вернуться одновременно с конным экипажем, на котором миссис Каролайн Фарадей ездила в церковь и обратно в сопровождении кого-то из членов семьи. В тот день ее сопровождала внучатая племянница, мисс Джойс Блаунт. Итак, вам понятно, что, если бы оба мужчины сразу отправились пешком, они вернулись бы домой немногим позже остальных домочадцев.

Теперь мы переходим к показаниям Уильяма Фарадея, двоюродного брата покойного, и я прошу вас отнестись к ним очень внимательно.

Мы знаем, что церковная служба завершилась в половине первого. Уильям Фарадей рассказал нам, что дошел со своим двоюродным братом до Коу-Фен-лейн, ведущей к Шипс-Мидоуз. Там, по его словам, от земли поднимался густой туман, наличие которого подтвердили и другие свидетели. Он также сказал, что предложил двоюродному брату вернуться, поскольку выбранный ими путь является весьма окольным. На предложение его двоюродный брат ответил отказом, и они поссорились.

Далее мистер Фарадей сообщил, что повернул обратно один и помнит, как выходил на дорогу возле школы Лейса. Там, по его словам, с ним случился приступ амнезии, от которой он периодически страдал уже некоторое время. Вы слышали показания эксперта, подтверждающего слова мистера Фарадея, хотя до упомянутой даты никто не видел его в момент приступа. Однако это само по себе не делает его заявление ложным. Нам известно, что в июне прошлого года он посещал одного известного врача, которому и рассказал о своей болезни.

Продолжая анализировать показания Уильяма Фарадея, мы приходим к нескольким очень важным выводам. Прошу вас обратить особое внимание на упоминание времени, звучавшее неоднократно. По словам мистера Фарадея, после начала приступа у него случился провал в памяти. Очнулся он уже на Трампингтон-роуд у ворот своего дома. Остальные члены семьи говорили, что домой он вернулся в тридцать пять минут второго.

Здесь я хочу на время отвлечься от показаний мистера Фарадея.

Следующей частью трагической истории, которую нам надлежит расследовать, является обнаружение тела Эндрю Сили двумя студентами, чьи показания вы заслушали. Вам также было представлено медицинское заключение, согласно которому смерть мистера Сили наступила от пулевого ранения в голову. Вы также заслушивали показания экспертов, склонявшихся к мнению, что выстрел был произведен с близкого расстояния. Пуля, извлеченная из тела, была выпущена из револьвера сорок пятого калибра. Этот тип оружия широко использовался в армии во время последней войны, после которой на руках у населения осталось немало незарегистрированных единиц, что является несомненным фактом.

Медицинское освидетельствование также показало, что тело мистера Сили находилось в воде значительное время. Доктор Гастингс из министерства внутренних дел сообщил нам, что, по его мнению, смерть наступила раньше, чем тело оказалось в воде. Согласно примерным расчетам, тело мистера Сили пробыло в воде от одиннадцати до четырнадцати дней. Последний раз Эндрю Сили видели живым в воскресенье, тридцатого марта. Таким образом, с момента исчезновения до обнаружения в реке его изуродованного выстрелом тела прошло двенадцать дней.

Перейдем теперь к показаниям Стэнли Уэйбриджа, живущего на Грантчестер-роуд, в районе Ледисмит-Коттеджиз. Он сообщил, что в воскресенье, тридцатого марта сего года, он собирался сесть за стол для традиционного ланча, который его жена подала на пять минут раньше обычного. Этот весьма примечательный для нас факт заставил его взглянуть на часы, показывавшие без пяти час. И тут он услышал выстрел, прозвучавший со стороны реки. Естественно, это его удивило, и ему стало интересно, кто вздумал нарушать воскресную тишину. Он поспешил к задней двери дома, рассчитывая увидеть стрелявшего. Но, как он нам рассказывал, и здесь его показания совпадают с показаниями Уильяма Фарадея, от земли поднимался густой туман, окутывающий долину и реку. Высота стены тумана была примерно пять-шесть футов, и потому он никого не увидел. Потом его окликнула жена, напомнив, что еда на столе стынет, и он вернулся в дом. Вполне естественно, что он позабыл о происшествии и вспомнил лишь в связи с обнаружением тела.

И здесь я должен вас предостеречь от поспешных выводов. У нас нет доказательств, что выстрел, который слышали Стэнли Уэйбридж и его жена, и есть тот самый выстрел, убивший Эндрю Сили. Однако не будем забывать, что полиция провела тщательный опрос жителей и не нашла никого, кто слышал бы другие выстрелы в окрестностях этого места как в воскресенье, так и в три последующих дня. По словам доктора Гастингса, состояние тела мистера Сили указывает на то, что смерть наступила в указанное время. Следовательно, для нас вполне допустимо сделать такой вывод: выстрел, который Стэнли Уэйбридж услышал без пяти минут час, вероятнее всего, и был фатальным выстрелом, оборвавшим жизнь Эндрю Сили.

Если наше предположение верно, за ним следует другой вывод: Эндрю Сили встретил свою смерть в непосредственной близости от реки, и произошло это в течение десяти минут после его прихода туда, учитывая, что он туда направился прямо из церкви. Мистер Фарадей рассказывал, что они с двоюродным братом, покинув церковь, шли вместе минут десять или двенадцать, после чего расстались. Вызванные свидетели показывали, что они видели, как Уильям Фарадей и Эндрю Сили в названное время вместе сворачивали на Коу-лейн, однако потом никто не встречал их на пустынной пешеходной дорожке между переулком и рекой. Вы, будучи жителями Кембриджа, не сочтете это чем-то удивительным. В конце марта город пустует, а большинство тех, кому утром надо было отлучиться по делам, торопятся к ланчу домой, а не разгуливают по лугам, особенно в сырую и туманную погоду.

Однако Эндрю Сили, вне всякого сомнения, с кем-то столкнулся, и здесь мы переходим, пожалуй, к самой удивительной части этой странной и трагичной истории.

Леди и джентльмены, тело Эндрю Сили нашли не только со следами ранения в голову, но и связанным. Свидетели, представленные полицией, показали вам, как именно он был связан. Веревка, которой были опутаны его руки и ноги, отметает версию о самоубийстве. Добавлю, что незаконченное письмо, упоминавшееся выше, заставляет серьезно усомниться в намерениях мистера Сили свести счеты с жизнью.

Некто, шедший тем воскресным днем следом за Эндрю Сили или встретивший его вблизи реки, связал его, а потом злодейским образом застрелил. И это не было преступлением, совершенным внезапно в состоянии аффекта. Убийца Эндрю Сили подготовился к преступлению. Вам была предъявлена веревка, которой преступник связал свою жертву. Полиция также представила кусок веревки от фрамуги в одном из мансардных помещений дома, где жил погибший. Это помещение не запиралось, и зайти туда мог любой обитатель дома. Мы заслушали показания экспертов и сами провели сравнение обеих веревок. Можно с уверенностью сказать, что они совпадают по толщине и строению волокон, не забыв при этом, сколько времени провела в воде одна из них.

В ходе этого долгого и трудного расследования мы снова и снова сталкивались с доказательствами, которые указывали в одном направлении. Но мы не должны закрывать глаза на тот факт, что эти доказательства в каждом случае были чисто косвенными, и, когда мы переходим к рассмотрению прямых и доказанных фактов, мы сталкиваемся с огромной пропастью между этими фактами и объяснением, которое, казалось бы, наиболее естественно возникает в нашем сознании благодаря косвенным доказательствам.

Обратимся к доказательствам, которые счел нужным представить мистер Фезерстоун, адвокат семьи Фарадей.

Миссис Финч – хозяйка гостиницы «Красный бык» на Нокс-стрит – со всей определенностью и под присягой заявила, что в то воскресенье Уильям Фарадей заходил в паб при гостинице, демонстрируя все симптомы заболевания, которым, по его словам, он страдает. Леди и джентльмены, обратите особое внимание, что в пабе он появился без четверти час, а ушел в четверть второго. По словам миссис Финч, он был каким-то странно рассеянным. Я допрашивал свидетельницу очень тщательно и в вашем присутствии. Думаю, вы должны согласиться, что ее манера речи и поведения не вызвала у нас сомнений в достоверности ее показаний. Вторым свидетелем из паба выступил Альфред Робинсон, прислуживающий в зале. Его рассказ почти дословно совпадает с рассказом его хозяйки. Нам следует также учесть показания Фредерика Шеферда – клерка строительной фирмы с Грей-стрит. Он рассказал, что в то воскресенье зашел в паб «Красный бык» без десяти час и увидел у стойки мужчину, показавшегося ему выпившим. Потом они вместе выпивали. Когда я спросил мистера Шеферда, может ли он узнать этого человека среди присутствующих в зале, он без колебаний указал на Уильяма Фарадея.

Теперь я полагаю уместным дополнить наши рассуждения одним непреложным фактом, мысль о котором приходила в голову как мне, так, думаю, и вам. Связать человека, даже если он предварительно был оглушен или, возможно, застрелен, – задача не из простых. Еще труднее поднять связанного и бросить в воду. Это требует изрядной физической силы. Логично предположить, что на одежде и руках исполнителя останутся следы. Вдобавок рана столь зловещего характера с первых же секунд вызывает обильное кровотечение. И здесь мы должны задать себе вопрос: мог ли убийца поднять и сбросить в воду тело, но сам при этом не запачкаться? Все трое свидетелей, приглашенных мистером Фезерстоуном, подтвердили под присягой, что мистер Фарадей был одет очень опрятно. Миссис Финч решила, что он пришел к ним прямо из церкви.

А сейчас коснемся вопроса об оружии. Мистер Фарадей через семейного адвоката сообщил полиции, что в свое время у него был револьвер того же калибра, как и тот, из которого стреляли в Эндрю Сили. Оружие Уильяма Фарадея хранилось вместе с его старой военной формой в сундуке, не имеющем замка, а сундук стоит в той же мансардной комнате, откуда полиция изъяла обрывок веревки. Полицейские обыскали дом, однако револьвера так и не нашли. Хочу особо подчеркнуть, что мистер Фарадей заявил о наличии оружия добровольно. Повторяю: этот сундук не запирается. Открыть его может любой из живущих в доме, однако тот, кто похитил револьвер, вероятно, посчитал, что пропажа останется незамеченной несколько месяцев, а может быть, и лет.

Оба револьвера до сих пор не найдены. Инспектор Оутс подробно рассказывал вам, с каким упорством полиция искала оружие, однако их попытки не увенчались успехом. Пули такого калибра подходят к разным маркам пистолетов, и потому далеко не факт, что упомянутые пистолеты были идентичными.

Леди и джентльмены, для вас настает время удалиться на совещание, а затем вынести приговор. Но перед тем, как вы удалитесь, хочу напомнить вам: наш суд не является полицейским. Мы собрались здесь лишь за тем, чтобы установить, каким образом этот несчастный человек встретил свою смерть. Наша единственная забота – причина смерти. Если на основе представленных доказательств вы решите, что он был убит, вы должны объявить это во всеуслышание. Если же вы сочтете, что выслушали недостаточно показаний и сомневаетесь в причинах смерти и в том, от чьей руки она наступила, пусть приговор будет отвечать вашим взглядам. Но если вы согласны, что представленные доказательства явно указывают на человека, ответственного за это жестокое и, как мы знаем, бессмысленное преступление, тогда ваш священный долг назвать виновного. А теперь, уважаемые присяжные, вы можете удалиться для обсуждения приговора.

Совещание присяжных длилось всего двадцать минут. Вынесенный ими приговор гласил: «Умышленное убийство, совершенное неустановленным лицом или группой лиц».