– «Я в смятении и не знаю, что нас ждет впереди. Ты изменил мою жизнь. Я верю в искренность твоих чувств и благородство намерений, но пока мой мир на грани гибели, я не могу...»

Санрайз, опустив взгляд, пыталась подобрать слова. Я следил за ней не моргая, боясь упустить что-то важное. Казалось, прошла вечность в гнетущем тревожном молчании. Наконец, Санрайз качнула головой и потянулась к телефону. Картинка замерла, запись закончилась, а я все сидел и смотрел на нее, запертую в моем теле... Я все пытался угадать те слова, которые она не смогла подобрать, но быстро сдался. Она не смеялась надо мной, не считала жалким и назвала другом. Совсем не так давно я бы отдал многое за то, чтобы услышать эти слова. Я бы носился по комнате, рыдая от счастья. После ее послания мои истерзанные Скиратом мысли унялись, но ненадолго. Это послание действительно могло оказаться последним, и я не представлял, как этого избежать. Должен быть способ вернуться в мир Санрайз! Невероятным усилием воли я вытеснил из головы жуткие картины, в которых Амерон пытал Санрайз. Воображая кошмары, я ей не помогу. Все, что я сейчас мог, это попытаться связаться с друзьями и рассказать им обо всем, что произошло в башне Энастур. Мои пальцы уже привычно загружали «контакты». Велика была вероятность, что никто из моих друзей еще не вернулся домой, но я надеялся, что хоть кто-то отзовется. В крайнем случае, я был готов позвонить даже Веронике, тем более что у меня было, что ей сказать. И все же первым я выбрал номер Андрея. В голове все еще звучали слова Санрайз, потому я не сразу решился нажать вызов. Мне нужна ясная голова! Нужно выяснить, что твориться в ее мире и возможно остальные смогут ей помочь. Если они еще живы и не оказались в лапах некроманта. Совсем некстати вспомнились слова Амерона о моих друзьях: «Если они друзья хорошие, то непременно явятся за вами». Черт! Я не был готов подставить друзей под удар Амерона, но и бросить Санрайз не могу. Нажав вызов, я приложил трубку к уху.

Глава 16

Переход напоминал пробуждение, хотя я отчетливо помнила, что не спала. Просто Димина комната внезапно померкла перед глазами, голова потяжелела, все тело наполнилось слабостью и жаром, а после в него проникла боль…. Она объяла меня волной, но стоило мне выбраться из пучины внезапного сна, как она сконцентрировалась в районе бедра, отголосками пульсируя в каждой мышце. Темнота отступила, явив мне совершенно странную картину. Невероятно чистая пустая комната из белого блестящего материала с черными прожилками казалась еще более чуждой, чем квартира Димы, в которой я была минуту назад. Пол, на котором я лежала, был словно из мрамора, но от него явственно исходило тепло, а в самой глубине мерцали искорки, будто солнечные блики на снегу. Только этот «снег» был покрыт большой лужей крови, натекшей из внушительной раны на моем бедре.

– Проклятье! – С трудом выдохнула я, ощущая, что на моем настоящем теле не осталось ни одного живого места.

Прежде перемещение в собственное тело напоминало освобождение от оков немощи, но теперь я словно оказалась в теле мертвеца, и возможно скоро так и случится…. Мне с трудом удавалось держать голову над необычным, гладким, словно раковина моллюска полом. Мною овладел страх, что я каким-то образом оказалась в совершенно другом мире не похожем ни на мой, ни на Димин. Все вокруг, казалось, дышит магией. Подобное чувство у меня было, когда я была в искусственном измерении вместе с Салимом. От воспоминания о нем, страх сменился надеждой. Я не представляла, как оказалась здесь, но безумно хотелось верить, что благодаря своему любимому. Но его не было рядом…, как и кого бы то ни было. В этой странной сияющей белизной пустоте была только я, истекающая кровью. Я присмотрелась к себе. Все мое тело невыносимо ныло, одежда пропахла гарью и была в крови, мои руки были в крови, но похоже не вся кровь была моей…. Нет, Салим бы не оставил меня в таком состоянии, только если…. Отбросив мрачные мысли, я заставила себя сосредоточится на текущем моменте. На мне была эльфийская броня, и даже меч покоился в ножнах так, словно битва, которая истязала меня, уже миновала, но врагов я вокруг не видела…. С некоторым удивлением я обнаружила на пальце кольцо Нартагойна. Усталый разум зацепился за игру света в ярком изумруде, напоминая мне о последней воле короля Орлинга. Похоже, Юг вслед за королем лишится и королевы…, если я ничего не придумаю.

– Соберись, Санрайз, – Шепнула я себе.

Стиснув зубы от боли, я стянула тяжелую кирасу и тут же обнаружила под ней свернутый пергамент!

– Хвала Благодати!

Дима написал мне! Несмотря на боль в бедре и сочащуюся кровью рану, я не могла терпеть неведенье и спешно развернула записку. Буквы плыли перед глазами, и я не сразу смогла их разобрать, но даже когда получилось и они сложились в слова и предложения, смысл прочитанного не укладывался у меня в голове:

– Что за безумие?! – В отчаянии выдохнула я.

«Прости, что испортила твой рисунок, но я должна была поделиться своими чувствами, которые терзают меня изнутри. Мне не просто выразить их, глядя тебе в глаза, и всякий раз я теряюсь, отталкиваю тебя, хотя желаю иного…. Навеки твоя, Санрайз».

Стиснув зубы и утерев выступившую на лбу испарину, я прочла странное письмо снова. Мне казалось, что разум обманывает меня. Письмо, подписанное моим именем, словно подтверждало, что мир вокруг всего лишь сон, но как не пыталась, я не могла проснуться!

– Это обман…, – Сорвалось с моих пересохших губ.

Я прижала ладони к лицу, пытаясь убрать пелену перед глазами. Меня будто отравили! Снова осмотревшись, я не нашла ни окон ни дверей в этой странной комнате. Хотелось позвать на помощь, но что-то внутри подсказывало, что меня не услышат.

– Ладно…, мне нужно заняться раной, – Уже почти задыхаясь от тревоги, увещевала я себя.

Оторвав от края рубашки лоскут ткани, я перевязала ногу. Повязка вышла дрянной, но кровь хотя бы остановилась. Зализывание раны отняло у меня последние силы. Я с трудом доползла до стены, где могла хотя бы сесть. За мной волочился кровавый след, предвещая скорую беду.

– Проклятье, Дима, куда ты меня притащил?

Язык цеплялся за иссушенное небо. Дико хотелось пить. Мысли в голове едва ворочались и напоминали безликие силуэты, в которых невозможно ничего понять. Мне потребовалось некоторое усилие, чтобы вспомнить обстоятельства, при которых я снова оказалась в мире Димы. Тогда я с паладином пыталась сбежать от предателя Кранаджа…. Судя по новой броне и моему состоянию, с тех пор Дима успел побывать в моем теле и пережить сражение, возможно даже не одно. Едва поднимая руки, я проверила рукава, в надежде, что найду адекватное послание. Пусто…. Ничего кроме этой страной записки. Я присмотрелась к ней снова. Подчерк не походил на Димин. С другой стороны было замыленное изображение какого-то монстра. Это явно был рисунок из бестиария Рыжика…, но что за безумный текст на нем написан?! Почему под ним мое имя?! Кому это послание предназначалось? Имеет ли все это какую-то связь с местом, в котором я оказалась? Сколько я не оглядывалась, ни одной подсказки вокруг не было. Комната была совершенно безликой: просто гладкая скорлупа, усеянная трещинами и будто светящаяся изнутри. Ни мебели, ни предметов, ни надписей. Здесь была только я и все, что при мне.

Какое-то время я злилась на Диму, несмотря на то, что десять минут назад говорила о нем только хорошее, но оглядев себя, вспомнив, что не так давно сама оставила его без ответа, пришла к выводу, что ему явно было не до писем. Случилось что-то крайне скверное, и у него просто не было возможности написать мне. Это странное послание писал не он…, не знаю кто, но точно не Дима. Его подчерк был знаком мне. Кто-то просто пытался притвориться мной. Меня использовали…, но для чего?

В порыве беспомощной злости я смяла письмо в кулаке, но через минуту вспомнила о том, что проверила не все места, где Дима мог спрятать послание. Я доверяла ему и надеялась, что он больше не позволял себе лишнего, как это случилось с Вероникой, и держал руки подальше от моего тела, но в крайней нужде у него просто могло не остаться выбора…

– Проклятье.

Я спрятала неведомое письмо обратно в декольте и нечеловеческим усилием заставила себя подняться вдоль стены. Бедро заныло с новой силой, я тут же перенесла весь вес на здоровую ногу. Повязка снова напиталась кровью. Черт, я так долго не протяну, если не найду выход отсюда!

Я потянулась рукой к брюкам, но когда моя рука уже забралась внутрь, я внезапно услышала шорох шагов. Одернув руку, я тут же призвала магический щит, но… он не появился! Кровь застучала в висках, на лбу проступил пот от страха и озноба. Шаги раздавались за стеной напротив. На миг я даже понадеялась, что попасть в эту комнату так же не просто, как из нее выбраться, но тут же решила, что лучше встретиться с врагами, нежели угаснуть тут без единого шанса на спасение. Через мгновение, за которое я лишь успела сделать вдох, шаги затихли, и стена впереди внезапно начала крошиться и осыпаться. Осознав, что магия не отвечает мне, я схватилась за меч, выставив его перед собой. Сердце колотилось почти у самого горла. Внутри нарастала уверенность, что если ко мне явился враг, этот бой я проиграю…. Наконец, подчиняясь неведомой воле, осколки стены каскадом упали на пол и расползлись в стороны, словно живые. В комнату вместе с леденящим не естественным светом вошел тот, кого я меньше всего желала увидеть.

– Рад приветствовать вас, миледи, в моей Обители, – Произнес Амерон.

Я судорожно вздохнула, глядя на некроманта. Возможно, у меня еще мог быть шанс на спасение, если бы моим внезапным гостем оказался мертвец или даже несколько мертвецов, но сам Амерон?! Теперь мне стало ясно, откуда у Димы столько увечий. Вот чем закончилось наше отчаянное бегство с паладином от предателя Кранаджа! Прежние остатки злости на моего невольно друга растаяли. Не зная подробностей приключений Димы, я не могла ждать от него победы над Амероном. Этот мерзавец был слишком силен даже для меня.

Некромант растянул тонкие губы в ядовитой улыбке. Теперь, когда я знала, где нахожусь, страх чуть отступил, но боль и усталость никуда не делись. Я слабела, слабела очень быстро, а передо мной стоял враг всех королевств в искусно выделанном серебряной вязью черном дублете и очевидно полностью готовый к бою!

– Вижу, вам требуется помощь, миледи, но гордость не позволяет в этом признаться.

Амерон смотрел на меня мимо клинка моего меча, словно бы не замечая его.

– Как я здесь оказалась? – Наконец сумела выдавить я, тут же облизав пересохшие губы.

Некромант приподнял бровь, чуть улыбнувшись:

– Вы полагали, воскрешение мертвых единственное искусство, которым я владею в совершенстве?

Я итак едва удерживалась за реальность, и отвечать на каверзные вопросы Амерона у меня не было ни сил, ни желания. Сознание стремилось прочь, и только страх оказаться полностью во власти некроманта, удерживал меня на ногах.

– Я отправил вас сюда порталом в момент вашей отчаянной попытки сбежать с милордом Дарлисом.

– Дарлисом? – Удивилась я, ощущая, как тяжело становится удерживать меч в руках, – Он тоже здесь?

– Вас, несомненно, обрадует весть, что он сумел сбежать, но, смею вас заверить, что это лишь отсрочит неизбежное. Скоро драколич разделается с вашими друзьями эльфами, но вы не переживайте, ваших друзей я велел взять живыми. И вы можете мне помочь осуществить это.

Из слов Амерона я пыталась сложить какую-то более менее ясную картину, пока выходило неважно. Теперь было понятно, откуда у меня эльфийская броня и утешала весть о том, что остальные Всадники, еще не попались некроманту, но…, драколич?!

– Не желаете воды?

Амерон небрежным жестом извлек из-за пазухи флакон с кристально чистой водой или похожим неведомым зельем. Несмотря на дикую жажду, я и не думала принимать столь щедрый дар.

– Разумеется нет, – Улыбнулся Амерон.

Он взглянул на меч в моих руках с усталым разочарованием.

– Вы все еще желаете продолжить бессмысленное сопротивление? – Вздохнув, спросил он.

Альтернативы я не видела, но понимала, что мне не одолеть некроманта, даже если это только его проекция. Я помнила, что Кранадж знал о моем бессмертии и скорее всего от Амерона, а значит, некромант найдет способ обезвредить меня, не прибегая к летальным средствам. Я лишусь всякой возможности что-либо предпринять…. Выдохнув и примирившись со своим скверным положением, в котором оказалась стараниями Димы, я опустила меч.

– Мудрое решение, миледи, – Обрадовался Амерон, – Уже достаточно крови пролито.

Он сделал шаг ко мне, осмотрев с ног до головы:

– В том числе, вашей.

Меч выскользнул у меня из руки, звякнув о плиты на полу. Ноги подогнулись, и я сползла по стене вслед за оружием. Когда Амерон, уже уверенней направился ко мне, я надеялась только на то, что жизнь покинет меня прежде, чем он сумеет что-то предпринять. Впрочем, когда смерть останавливала некроманта? Вообразив себе, что его стараниями стану нежитью, я передумала умирать и цеплялась за ускользающее сознание всеми оставшимися силами.

– Вероятно, вы рассчитываете на свое бессмертие, но спешу вас огорчить, из этого места ни одна душа не сможет выбраться без моего позволения. Потому если вы вдруг намерены умереть, то возродившись снова, окажетесь здесь.

Я с трудом подняла взгляд на Амерона, пытаясь понять, откуда ему столько известно о возможностях Димы? Что Диме пришлось пережить за все это время? Мне казалось, что я чувствовала кожей еще одно послание сбоку в штанах, но не смела достать его при некроманте. Он был уже передо мной. Присев на корточки, он снова протянул мне пузырек. На изувеченном лице мелькнула на удивление добродушная улыбка:

– Отбросьте предубеждения и гордость. Травить вас я не намерен…

– Что же тогда тебе нужно от меня? – Заплетающимся языком спросила я.

Амерон пожал плечами:

– Как и прежде, ваша душа.