– Что? – Вскинула бровь Таня, – Ты рассчитывал, что это будет свидание?

Только сейчас я поймала себя на том, что таращусь на Таню сдвинув брови и тут же замотала головой, нелепо выдавив:

– Да…, то есть, нет…, я не знаю.

Пришлось снова спрятаться за чашкой горячего капучино под веселый смех Тани.

– Ох, только не говори, что у тебя это впервые!

– Что впервые?

Глаза Тани хитро прищурились:

– Встреча с девушкой.

Я нервно облизала губы спрятав взгляд, невольно вспомнив краткую биографию Димы, которую он написал мне в письме. Я понятия не имела, правду ли он написал или нет. А после разговора с Вероникой… Едва ли он был девственником и возможно подобных свиданий у него была сотня, но должна ли я заявлять о подобном? Погрузившись в раздумья, я видимо упустила момент, чтобы выдать подходящий ответ и Таня, округлив глаза, сделала свой вывод из моего молчания:

– Оу, я слышала, что монахи дают обет безбрачия, но думала это происходит, когда они уже ничего не могут.

– Чего не могут? – Выбравшись из размышлений о Диме, спросила я.

– В постели естественно!

Снова звонкий смех, слегка приглушенный нормами приличия пролился с губ Тани. Я понятия не имела, каким образом разговор перешел к постели, но продолжать его не собиралась. Проклятье, мне просто нужно разузнать побольше от этой девушки, пока Дима не вернулся.

– Так ты девственник? – Прямо, будто интересовалась моим именем, спросила Таня.

– Я…, – К счастью или нет, но на ум пришел не Димин опыт, о котором я ничего толком не знала, но мой собственный, – Нет.

В памяти мелькнула моя первая ночь в объятиях Салима. Что-то сладко заныло внизу живота и я, ощутив, как мужское естество Димы наливается желанием тут же выпалила:

– Мы можем сменить тему?

Таня скромно улыбнулась:

– Конечно, падре. Ты так покраснел, тебе точно не жарко?

Мне было жарко и дико не комфортно, но напоминание о ноже под курткой отрезвило мои мысли, почти уняв непривычные ощущения ниже пояса. Проклятье!

– Все нормально, – Выдохнула я и все же решилась чуть больше расстегнуть куртку.

Руки отчего-то дрожали и нож внезапно выскользнул на твердую лавку с глухим стуком. К счастью в этот момент нам принесли пиццу и звук заглушил радостный возглас Тани:

– О, пицца!

Со вздохом я спрятала нож у бедра и решительно стянула куртку, пользуясь тем, что девушка увлеклась выбором особенно вкусного кусочка.

– Ладно, раз интимные темы смущают молодого монаха, можешь рассказать мне что-нибудь из жизни в монастыре?

Таня откусила кусочек пиццы и в предвкушении уставилась на меня. Я не собиралась ей рассказывать о монастыре, несмотря на то, что действительно прожила в нем значительную часть жизни, но не знала, каким образом расспросить о ее мире, об играх..., о Разломе.

– Лучше ты расскажи о жизни за пределами монастыря, – Нашлась я, выбрав себе кусочек пиццы.

Таня задумалась, отпила кофе и пожала плечами:

– Ничего особенного: разруха, потребительство, разврат и кризис. Ты впервые вышел из своего монастыря?

– Кризис? – Я уцепилась за самое близкое к моей ситуации слово.

– Ну да, экономический. Вы здорово живете в своем монастыре, если ничего про него не знаете.

Мне хотелось, чтобы Таня забыла про монастырь и не вставляла его в каждое свое предложение, но я сама была виновата, убедив ее, что Дима монах.

– А этот кризис…, откуда он возник? – Осторожно спросила я.

Таня пожала плечами и взяла новый кусочек пиццы:

– Я не интересуюсь политикой, она на меня тоску нагоняет. Кто-то что-то не поделил в очередной раз, вот и все.

Я нахмурилась, судорожно подбирая вопросы, которые меня интересовали и формы, в которые их можно было облачить, чтобы не сойти за сумасшедшую, от которой Таня решит сбежать.

– Ты ведь не будешь терроризировать девушку, согласившуюся на встречу с тобой, вопросами о политике?

– А вопросы про игры допустимы? – Решительно спросила я.

Таня поморщилась, явно выражая свое отношение к теме. Вероятно, ее увлекали исключительно интимные темы, и возможно она сама рассчитывала, что наша встреча не что иное, как свидание. Только этого мне сейчас не хватало! Похоже нравы здесь были прескверные, раз девушки кидались на первого встречного. И вряд ли при таком раскладе, Дима умудрился сохранить свою невинность. Непрошенным из памяти вырвался эпизод, когда я очнулась в его теле в ванной с… Черт!

– Я уже говорила, что не люблю игры. Реальность мне нравится больше, – Ответила Таня.

Подавив очередное возбуждение, я выдохнула:

– А ты играла в игры?

Таня скучая отвлеклась на окно:

– Давно играла в Симс.

– Симс?

– Ну да, – Девушка посмотрела на меня, – Там, где создаешь персонажа, дом ему строишь и налаживаешь его жизнь.

В целом это очень походило на историю Димы про «Бурана, Тайгу и Асмодея»! Он так же создавал персонажа и вроде как собирался налаживать жизнь в моем мире! До строительства дома дело едва ли дойдет, но возможно эта «Симс» является еще одним порталом в иной мир.

– Да, да, бабская игра и парни в такое не играют, – Закатила глаза Таня, – Ты пиццу то есть будешь?

Я вспомнила про кусочек лепешки у себя в руке и на время позволила себе молча поесть, продумывая новую стратегию расспросов. К моему везению, Таня внезапно сама зацепилась за поднятую тему, хотя снова с излюбленного интимного ракурса:

– Не расскажешь, как ты умудрился потерять невинность, будучи монахом геймером?

– Кем?

– Любителем игр или в монастыре таких как-то по-другому называют?

Я вздохнула, уставившись в чашку с кофе. Едва ли я смогу что-то узнать, если буду ходить вокруг да около.

– Я не любитель игр, – Посмотрев на Таню ответила я, – Меня интересует только одна.

Бровь Тани в легком удивлении поднялась вверх:

– Эта та, про которую ты говорил? Что-то там с бураном?

Я медленно кивнула, ковырнув вилкой клубничный пирог:

– «Буран, Тайга и Асмодей».

– И что в ней особенного?

Хотела бы я сама знать ответ. Почему те игры, о которых мне писал Дима, одну из которых я видела сама, прежде, чем разбила портал на столе…, почему они не поглотили Диму и его друзей? Почему в них ты только сторонний наблюдатель, несмотря на то, что можешь управлять происходящим, в то время, как диск «Буран, Тайга и Асмодей» позволил Диме оказаться в моем мире и в моем теле?

Я пожала плечами и покачала головой:

– Я будто провалился в другой мир…, полностью.

Подняв глаза на Таню, я заметила искреннее любопытство, загоревшееся в ее взгляде.

– А твои, как их там…, настоятели или батюшки, они тебе позволили?

Вытравливать из головы Тани мысли о монастыре было поздно, поэтому я просто кивнула:

– Да, так вышло.

– Но сейчас ты здесь, – Таня улыбнулась и подмигнула мне, – Значит я тебя вытащила!

Мною завладело раздражение. Она ничего не понимала, но ее вины в этом не было, а у меня едва ли есть время, чтобы рассказать ей все, да и стоит ли? Мне захотелось просто подняться и уйти, извиниться, сказать, что прекрасно провела время и наверно это было самое разумное решение. Но я медлила, будто перед возможностью, которой страшно воспользоваться и которую страшно упустить.

– Только на время, – Почти неосознанно ответила я.

Таня откинулась на спинку скамьи:

– Ладно, расскажи мне про эту игру.

Это было не просто, учитывая, что для меня это вовсе не было игрой, но видя заинтересованность Тани, я уже не могла пойти на попятный. Четко подбирая слова, вспоминая то, что мне писал Дима, что говорили Андрей и Дарлис, я начала рассказ. В нем смешались нелепые технические нюансы, в которых я сама ничего не понимала, но которые были понятны Тане и описание моего мира, который, как ни странно, не вызвал у девушки никаких бурных реакций.

– То есть традиционная фэнтези рпг? Эльфы, некроманты и тому подобное?

Она говорила это так спокойно, будто эльфы и некроманты населяли и ее мир тоже, хотя я их что-то не наблюдала, но через мгновение, ее равнодушие стало понятно.

– Я читала Властелина колец. Книга классная и фильм шикарный, но в игры я все равно не втянулась.

Я вспомнила историю про «хоббита» и кольцо Всевластия, которую нашла в библиотеке Димы. Когда я читала ее, сюжет меня буквально захватил. Несмотря на нелепости и странности, которые там встречались, на незнакомые имена и названия, мне казалось, что я читаю летопись из мира, подобного моему, а может и вовсе моего. Сколько раз барды и герольды обличали историю в красочные поэмы, наполненные метафорами, скрывающими истинные события и места? Возможно этот Толкиен действительно писал о моем мире… Возможно он прежде Димы побывал в нем или был из числа подобных путешественников.

– А есть и игра про Властелина колец? – Нахмурившись спросила я.

– Есть вроде, – Пожала плечами Таня, – По этой книге наверняка сделали, она ведь классика фэнтези.

Это слово Таня уже упоминала, но я не решилась спросить, а теперь гадала, не сойду ли за дуру, если все же спрошу. Выдохнув, я как можно более невинно произнесла:

– В моем монастыре мне редко удается прочесть что-то кроме духовной литературы. Я даже не знаю, что такое фэнтези.

Таня состроила сочувствующую гримасу:

– Как тебе тогда удалось залезть в игру?

Я просто пожала плечами и снова ковырнула пирог.

– Фэнтези это сказки или типа того, – Пояснила Таня, – Ну не всякие сказки могут быть фэнтези, а не всякое фэнтези это сказка.

– Не понимаю, – Искренне призналась я, взглянув на девушку.

Она повела плечами:

– Да я тоже. Наверно «фэнтези» просто термин из английского, описывающий жанр литературы про эльфов и прочих сказочных персонажей. А сказка — это более широкий термин, описывающий вымышленные истории. Я без понятия.

– Вымышленные истории…, – Как-то растерянно повторила я.

– Ну да. Иногда по ним снимают фильмы и делают игры. Иногда для игр придумывают оригинальный сюжет.

Моя голова внезапно начала гудеть. Теперь, когда информация лилась из Тани потоком, очарование уютной таверны схлынуло, оставив привычную мигрень. Из сказанного я понимала лишь половину, но понятого было достаточно, чтобы вернулось чувство тревоги.

– А кто делает эти игры? – Забыв о всякой конспирации спросила я.

Мне уже было все равно, что подумает Таня. В очередной раз мой мир сравнили с вымыслом, напомнив мне слова Димы, его чудовищное и нелепой признание в том, что именно он меня создал, как персонажа игры. Персонажа вымышленной истории! Мне сделалось дурно. Все вокруг внезапно показалось сном. Я почувствовала, как скрестила пальцы под столом, надеясь, что сейчас очнусь в камере в Скирате и эта встреча с Таней окажется лишь сном. Мне не стоило приходить сюда!

– Компании разные, – Совершенно равнодушно пожала плечами Таня, – У тебя же есть коробка от игры. Там написано кто ее сделал.

Эта информация на время отрезвила меня, уняла тревогу. Все так просто? Я полагала, что диск сотворен темной магией и чародея-создателя придется долго искать, но если все так просто и его имя значится на коробке, то почему Дима не связался с ним? Возможно его не так просто найти, а время у нас ограничено… Мне нужно вернуться в квартиру и написать Диме!

– Ты в порядке? – Таня нахмурилась, – Выглядишь так, будто я тебе Америку открыла.

Я не знала ничего про Америку, поэтому я помотала головой:

– Нет. Все нормально.

– Суровый у вас должно быть монастырь, если вас так от мира изолируют.

Таня снова пригубила кофе:

– Почему ты решил пойти в монастырь?

Я вся еще пыталась унять бурю в голове, разбуженную информацией и не думая ответила:

– У меня не было особого выбора.

Пустым взглядом я смотрела на тонкий кружочек мяса на лепешке.

– Почему?

Вопрос Тани донесся будто из далека. Я не видела смысла врать и ответила честно:

– Мои родители погибли, и настоятель взял меня к себе…

– Ох, прости!

На лице Тани вспыхнуло искреннее сожаление, и оно будто вернуло меня к действительности. Я пожала плечами:

– Это было давно.

– И ты всю жизнь провел в монастыре?

– Большую ее часть.

– Блин, это жестко конечно, – Как-то странно выразилась Таня.

Я, наконец попробовав пирог, посмотрела на улицу за окном. Пирог был невероятно вкусным и позволил мне снова переключиться с тревожных мыслей. В конце концов, теперь, даже если Разлом нас не разделит, у нас появилась еще одна возможность решить нашу проблему. Мне нужно вернуться в квартиру, написать Диме.

– Блин, ты вроде говорил, что тебя отец отпустил ненадолго, – Таня внезапно нахмурилась.

– Святой отец, – Небрежно пояснила я.

– Ааа…, понятно. А где твой монастырь? Здесь поблизости я не видела.

Теперь, получив пищу для размышлений, мне захотелось побыть в одиночестве и вопросы Тани жутко сбивали с мыслей.

– Я сейчас в поездке с отцом. У него дела по службе, а я его сопровождаю.

Взглянув на Таню, я поняла, что она в мою ложь поверила. Слегка улыбнувшись, девушка кивнула:

– И ты сбежал от него, чтобы встретиться со мной. Он тебя накажет? Заставит читать молитвы?

Я равнодушно повела плечами.

– А он сейчас в квартире?

Теперь я покачал головой, предаваясь тревожным мыслям о том, что чародей, создавший игру может оказаться на другом конце света…

– Давай зайдем к тебе.

– Что?

Мне показалось, что я ослышалась, но Таня улыбнулась, добавив:

– Покажешь эту свою игру.

Я покачала головой:

– Извини, мне кажется это плохая идея…

– Да брось! Можно подумать к тебе каждый день девушки приходят.

В глазах Тани блестел озорной огонек, который мне тут же напомнил Веронику.

– Или ты боишься своего святого отца?

Теперь в ее глазах горел огнем вызов. Неужели она действительно намерена пойти в дом к первому встречному? Что за странные нравы в этом мире?! Либо она не считает меня угрозой, что, учитывая нож у меня под бедром весьма опрометчиво, либо действительно заинтересовалась игрой. В последнее мне верилось с трудом. Может она вовсе не та, за кого себя выдает. Проклятье! Я о ней практически ничего не знала, в то время, как обо мне ей уже кое-что известно. Несмотря на то, что по большей части это ложь, я все же слишком расслабилась и рано забыла о парнях, решивших меня обокрасть в этом мире.