– Тогда почему не убьешь меня?

– Потому что теперь мы Буран, Тайга и Асмодей! В этом ритуале трое умирают, чтобы трое выбрались!

До меня вроде начало доходить, но вопросов в голове меньше не становилось.

– Откуда ты узнала про ритуал… про медальон?!

– Я уже играла в эту игру! – Сверкнув глазами, ответила Вероника, – Трижды добиралась до этой дыры, но выбраться не смогла.

– Почему?

– Потому что не успевала!

Дыша как после забега, я смотрел в глаза Вероники, пытаясь переварить услышанное. Санрайз звала меня и только сейчас я осознал, что медальон по-прежнему позволяет мне ее слышать, хоть Вероника и разобрала его на части.

– Ну что, сам заберёшься на алтарь или планируешь остаться здесь в бабском теле, которое скоро распухнет от беременности?!

Я пытался справиться с внезапными откровениями Вероники и она решила помочь в своей манере:

– У тебя две секунды на решение или я тебя вырублю и сама затащу на алтарь!

– Хорошо, – Выдохнул я.

Какое-то мгновение она изучала меня, словно гадая, верить мне или нет, но потом отступила, убрав меч от моего лица.

– Помоги Джеймсу затащить на алтарь своего приятеля, – Приказала Вероника, едва я поднялся.

Я взглянул на канадца, который тут же насторожился, оправданно опасаясь, что я нападу. Я чувствовал, что магия во мне еще осталась, но ее точно не хватит, чтобы одолеть Джеймса, явно подкопившего силы. Одарив его презрительным взглядом, я снова посмотрел на Веронику:

– А почему ему ты рассказала?! – В моих словах было больше обиды нежели вопроса,

– Считай, что ему повезло, – Вскинула бровь стерва,

Очевидно, за этим везением скрывался простой расчет. Вероника не смогла бы справиться с нами всеми, если бы действовала одна, а Джеймса она узнала гораздо раньше, чем нас. Сука!

– Что будет с остальными?

Я окинул взглядом друзей на алтарях и Пикселя, которого Джеймс пытался поднять.

– Улетят на другой сервак и если не хочешь застрять тут еще на пару лет, дожидаясь новых игроков, то засунь свои вопросы себе в задницу и помоги Джеймсу!

Я покачал головой, пытаясь как-то утрясти все, что наплела Вероника.

– Иначе твоя подружка Санрайз и ее детеныш сгинут здесь, – Многозначительно добавила она.

Я уставился на нее, не скрывая презрения. Ее слова проникли в мой разум и растеклись по нему ядом страха, но я не желал так просто подчиняться предателям:

– А если сгину я, вы загрузитесь перед боем с Амероном, так?

Вероника заметно побледнела и это меня порадовало:

– Что будет, когда он вас прикончит?

– Полезай на алтарь, говнюк, или я тебя пырну и…

– И что? Ты говорила, в живых должны остаться трое, иначе ритуал не сработает.

– Я могу тебя вырубить! Подумай своей тупой башкой, Димас, если мы не свалим отсюда до появления монстров, ты тоже встретишься с Амероном и тогда в этой игре не выиграет никто! Уж тем более твоя любимая Санрайз!

Этот выпад достиг цели. Я оглянулся на Пикселя, Андрея и Дарлиса. Возможно они уже отправились на другой сервер и их тела вот-вот растворятся в воздухе. Тогда ритуалу конец и конец нам с Вероникой. Стерва едва ли знала о портальном камне у меня в подсумке, но вспомнив прежние сомнения, я не думал, что он мне поможет. Я мог вернуться в Рантею или Эглидей, оставив Веронику с Джеймсом на верную смерть, но потом я все равно останусь один в мире, который вот-вот поглотит Разлом…

– «Дима?».

Голос Санрайз дрожал от волнения. Она хотела знать, что происходит, а я не знал, как ей сказать.

– У тебя секунда, чтобы включить башку и помочь Джеймсу, иначе клянусь твоими яйцами, я вышибу из твоего аватара эту внеплановую беременность!

Мои мысли метались в поисках выхода, но я не мог его найти. Вероника просто не оставила мне выбора! Я либо должен был погибнуть и оказаться на другом сервере, рискнув жизнью Санрайз и ее ребенка, либо довериться предателю!

– Если ты так и не смогла отсюда выбраться, то почему думаешь, что сейчас все сделаешь верно?

– Я могу ошибаться и возможно этот ритуал полная ерунда, но ведь других идей у тебя нет.

Она снова уставилась на меня со своим гадким самодовольным оскалом. Не найдя достойного ответа, я, признавая поражение, подошел к телу Пикселя. Кровь все еще стекала из тонкой раны на его шее, лицо стало совершенно белым.

– «Дима!»

В этот момент вид и запах крови снова стали для меня чем-то новым и мерзким, пробудив тошноту, которая только усилилась, когда я коснулся плеч друга и из него вырвалась новая струя крови. Он мертвым взглядом смотрел мимо меня и в моей голове тут же невыносимо заныла совесть, вытесняя приглушенный шепот медальона. Я не мог так просто бросить друзей! Должен был быть другой способ! Но я его не знал…

– Живее! – Поторопила Вероника.

Джеймс ухватил Пикселя за ноги и был готов поднять его. Чтобы хоть как-то унять совесть, я прислушался к шуму в голове, пытаясь собраться с мыслями и ответить Санрайз.

– «Что все это значит?!» – С паникой в голосе спросила она.

Стараясь не смотреть на Пикселя, не думать об остальных, о том, что я творю, я тащил Серегу к алтарю, а сам мысленно пересказал Санрайз все то, что мне рассказала Вероника. Ее история вызывала целый поток вопросов, но главным был всего один, который тут же пришел на ум Санрайз:

– «И ты просто поверишь ей?!».

Голос Санрайз зазвенел от возмущения. Уложив Пикселя на алтарь, я на миг пересекся взглядом с Джеймсом, но он тут же опустил глаза. Мои руки были в крови Сереги и мне на миг показалось, что это я убил его.

– «Дима?».

Оторвав взгляд от окровавленных рук, я посмотрел на Веронику, которая что-то объясняла Джеймсу. Во мне сплелся тугой комок из самых противоречивых чувств. С одной стороны, я не желал прощать предательства Вероники, ее подлости, но с другой, я уже ничего не мог сделать для друзей. Все, что я мог, это уйти или остаться и едва сдерживая раздражение, мысленно спросил Санрайз:

– Ты хочешь, чтобы я остался?

Санрайз не смогла сразу найти ответ и, помолчав, вздохнула:

– «Я…»,

На мгновение мое сердце будто пропустило удар от мысли, что сейчас она попросит меня остаться, хотя теперь я не знал, хочу ли этого сам. Возможно, это подлое бегство действительно единственный шанс для меня, но я был уверен, что если Санрайз попросит, я останусь, променяю свой мир на этот, даже если больше не увижусь с друзьями. Но разлуки с ней я не перенесу, даже если загрузка на другом сервере разрушит нашу связь, изрядно облегчив мне жизнь.

– «Я просто ей не верю», – Наконец произнесла Санрайз.

Я кивнул, соглашаясь:

– Я тоже, но другого выхода не вижу.

Я окинул взглядом Герсан-Гирот и друзей на алтарях:

– Если она говорит правду, то остальные больше не вернутся в твой мир и нам придется ждать других игроков. Нам просто может не хватить времени добраться сюда снова.

– «Это какое-то безумие!» – Отчаявшись выдохнула она.

– Но подлое и гадкое подтверждение этого у тебя перед глазами.

Я посмотрел на Джеймса, который получив от Вероники часть медальона, улегся на алтарь.

– Этот говнюк попал сюда из альтернативной версии твоего мира.

Мой взгляд снова обратился к друзьям. Я уже видел их мертвыми, но никогда сразу всех и от мысли, что больше не увижу их живыми, мне стало совсем не по себе. Казалось, принять решение было бы куда проще, если бы они возвращались домой, а не я. Проклятье!

– «Мне страшно, Дима», – Выдохнула Санрайз со слезами в голосе.

Я должен был ее успокоить, хотя бы попытаться…, но не мог.

– «Она убила их не задумавшись и теперь мы должны доверять ей…».

Внезапно наверху что-то загрохотало. Кольцо окончательно превратилось в диск. Свет стал ярче, но в тоже время замерцал, предвещая нечто скверное и я догадывался, что именно. Теперь, после признания Вероники, ее заявления о монстрах не казались всего лишь порождениями страха. Она была здесь и все это уже видела!

– «О боги! Что происходит?!», – Выдохнула Санрайз с ужасом.

– Брюхатый, сюда живо! – Зарычала Вероника.

Я все еще сжимал в окровавленной руке портальный камень и, встретившись взглядом с предательницей, снова подумал о бегстве. Я должен был решить! Санрайз напугана и беспомощна и я снова должен был решать за нас обоих, но выбор казался почти невозможным!

– Ну же!

– Я обещал разорвать нашу связь и спасти тебя и ребенка…

С этими мыслями, я медленно направился к алтарю рядом с Дарлисом, который должен был занять по замыслу Вероники:

– Портальный камень у меня в руке. Если что-то пойдет не так, я использую его, а если…

Я на миг замер представив, что эти мысли, обращенные к Санрайз, могут стать последними и вздохнув, закончил:

– …, если наша связь оборвется, его используешь ты, чтобы выбраться отсюда.

– «Святая Благодать…», – Выдохнула Санрайз, дрожащим голосом, – «Я снова вынуждена довериться тебе…»,

Она явно пыталась найти способ убедить себя, а я, ощущая себя предателем еще после смерти Салима, мог лишь неуверенно пообещать:

– Это в последний раз.

Вероника протянула мне диск от медальона. Свою часть она уже повесила себе на шею. Как оказалось, цепочка медальона так же разделялась на три части. Черт, если бы я знал об этом раньше, я мог бы попытаться разгадать суть ритуала и все могло обернуться иначе! Но для меня медальон стал лишь средством связи с Санрайз. И вот теперь я был вынужден слушаться предательницу!

Вероника бросила взгляд наверх:

– Теперь забирайся на алтарь!

– И все? – Спросил я.

– Можешь помолиться.

Я посмотрел на Джеймса, который лежа на алтаре то закрывал, то открывал глаза, вероятно не в силах решить, что лучше: смотреть на дождь из чудовищ, который вскоре должен был на нас пролиться или закрыть глаза и пребывать в неведение до самого конца.

Я лег на холодный камень между Вероникой и Дарлисом, стараясь не смотреть на Игоря. Мы все, и живые и мертвые, лежали головами к центру в котором алтари прирастали к широкой колонне – останкам башни магистра Эольдера, вдоль которых я теперь смотрел на сияющий над нами диск.

Мною опять владели противоречивые чувства, с одной стороны я надеялся, что Вероника не солгала, но не потому что доверился ей, а потому что надеялся, что смогу разрушить нашу связь с Санрайз. С другой стороны, я не хотел расставаться с Санрайз…, не хотел бросать друзей как последний мудак! Закрыв глаза, я пытался унять совесть надеждой на то, что если все же окажусь дома, то смогу связаться с ними и все им рассказать. Возможно, я даже смогу им как-то помочь и вытащу их следом. Но совесть и страх не унимались. Даже с закрытыми глазами я чувствовал присутствие своих друзей рядом. Их лица вставали перед глазами, на какое-то время даже прогнав мысли о Санрайз. Но сама она никуда не делась и внезапно позвала меня:

– «Дима»

– Я здесь, – Устало подумал я.

– «Я ничего не вижу, что происходит?».

Мне хотелось заверить ее, что смотреть не на что, но я снова напомнил себе, какого это сидеть взаперти беспомощным и ждать новостей, поэтому открыл глаза.

Я надеялся, что мы сможем поговорить с Санрайз, но мне не шли слова на ум и ей очевидно тоже. Гудящий звук, доносящийся из воронки, которая кружила вокруг нашего маленького острова, нагнетал обстановку, действовал на нервы, словно бесконечный скрип ножа по стеклу. Против воли я задумался о том, что монстры, как предполагал Андрей попрут еще из озера и я замечу их лишь когда станет поздно. Повернув голову, я не смог разглядеть что-либо кроме смертельно бледного Дарлиса и пытаясь совладать со страхом, посмотрел в сторону Вероники. На ее лице была заметная тревога и я поймал себя на мысли, что предпочёл бы видеть прежнюю надменную улыбку. Так бы я понял, что все идет по плану, хрен знает какому, но хоть с какой-то надеждой на спасение. Пусть не для меня, но хотя бы для Санрайз и ее ребенка.

– Что должно произойти? – Спросил я, в тайне надеясь, что Вероника видела или хотя бы вычитала где-нибудь ответ в прошлый раз, когда пыталась выбраться из этого мира.

– Понятия не имею, но в теории мы навсегда выберемся из этой дыры и у тебя может быть снова отрастут яйца.

Я только вздохнул, коря себя за то, что связался с этой стервой, хотя без нее у нас, возможно вообще не было бы шансов выбраться. Никто из нас не знал, что за ритуал мы должны провести и все наши надежды были связаны с Салимом или какой-то подсказкой, которая могла находиться здесь в Герсан-Гироте. Впрочем, если бы Вероника все рассказала нам с самого начала, наш путь сюда мог бы оказаться в разы короче. И возможно не было бы никакого Салима! Я спешно прогнал эту мысль, пока Санрайз ее не уловила и снова посмотрел на Веронику. Откуда-то она узнала все про ритуал, про медальон и Разлом, и я уже хотел было узнать подробности ее приключений, но тут в столб между алтарями внезапно ударила молния! Вздрогнув всем телом, я едва не бросился с алтаря, но испуг прошел так же быстро, как возник. Я услышал, как выругался Джеймс, а Вероника выдохнула «Началось!», но что началось, понять было сложно. Гул нарастал, словно где-то под нами ожили неведомые механизмы или сам дьявол решил выбраться из преисподней. Я слышал взволнованное дыхание Санрайз. Она больше не спрашивала о происходящем, отчасти потому что видела все сама, отчасти потому что у меня не было ответов для нее. Молния ударила снова, проскочив по колонне волной прямо на нас, но иссякнув где-то в недрах Разлома. Колонна отозвалась пугающим треском и снова все загудело. А через мгновение мы увидели монстров… Сотни точек возникли на фоне разгорающегося диска в темной пустоте!

– «О боги, они приближаются!», – Запаниковала Санрайз.

Я еще крепче сжал портальный камень. Мне хотелось закрыть глаза, чтобы Санрайз не видела происходящего, но я знал, что она будет против. Кроме того, я не хотел, чтобы она упустила момент своего возвращения в тело, если оно все же состоится.