Чувствую, что хорошего ждать не стоит, но и ослушаться не могу. Медленно прохожу за стол, присаживаюсь на свое место.

– А где мама и Валерио?

– Спустятся позже, – сухо отвечает отец. – Послезавтра состоится твоя помолвка.

– Уже? – вырывается у меня против воли.

На это получаю холодный, колючий взгляд.

– Тебя что-то не устраивает?

Голос отца звенит раздражением и предупреждением. Он никогда не был ко мне ласков и добр – тут ничего нового. И все же такой тон меня задевает.

– Про Энрике Лазарро ходят разные слухи, – осторожно отвечаю. Это с мамой я могу говорить более открыто.

– И? Джулия, твое дело – выполнить долг перед семьей и стать хорошей женой для того, кого я выбрал тебе в мужья.

– Он ведь был женат раньше?

– Был, но его жена погибла пару лет назад. Сейчас это неважно, – довольно сухо отвечает отец. – Но я позвал тебя не только для того, чтобы сообщить о помолвке.

– Что-то еще? – настороженно смотрю на него.

Выражение лица отца становится еще более жестким и требовательным.

– Лазарро придерживается старых привычек, поэтому я должен знать – мне стоит беспокоиться о твоей чистоте?

– Что? – шокированно выдыхаю. – Каких еще привычек?

– Он традиционалист, а потому захочет выставить простынь после вашей брачной ночи. Поэтому я повторяю свой вопрос – мне есть о чем беспокоиться?

Я неверяще смотрю на отца. Не может быть… Это же… Это варварство какое-то! А еще это безумно унизительно!

– Ты шутишь?

– Нисколько. И ты не ответила на вопрос.

– Да как ты… Я бы никогда…

На лице отца мелькает едва заметное облегчение.

– Это хорошо. Поездка с Леей была ошибкой, но в тот момент я поддался на уговоры твоей матери.

Он кривится, хотя я слышала тот разговор между родителями. И это вовсе не выглядело так. Нет, отец, едва узнал про денежный приз конкурса, ухватился за эту идею всеми руками. Потому что ему нужны были деньги.

Но теперь он нашел их другим способом – продав родную дочь.

– Я могла бы победить, – твердо говорю. – Если бы ты не потребовал вернуться так быстро. Сегодня я вполне могла бы получить главный приз!

Отец брезгливо кривится.

– Моя дочь не будет дешевой певичкой! – рявкает он. Еще и кулаком по столу припечатывает. – Теперь ты – невеста Лазарро. Запомни это, Джулия, и веди себя соответственно.

– Мы еще не помолвлены!

– Это вопрос трех дней, – сурово напоминает он. – Помни о своем долге и не вздумай ничего испортить, поняла?

– Пап, но я не хочу за него замуж, – делаю еще одну попытку достучаться до отца. – Ты сам говорил, что все помощники Лучано – страшные люди. А Энрике еще и вдвое старше меня.

С каждым моим словом взгляд отца мрачнеет все сильнее. Свой приговор я уже вижу, но не жалею, что попыталась.

– Ты выйдешь за него, и точка. Поняла меня? – цедит он. – Сегодня поедешь с матерью в салон, и купите платье, достойное помолвки с помощником босса. Ясно? Если, конечно, ты не хочешь, чтобы вся семья была уничтожена по твоей милости.

Мне остается только обреченно кивнуть. Какой у меня выбор? Я не могу поставить семью под удар.

Едва наш разговор окончен, отец поднимается из-за стола и, не попрощавшись, уходит. Зато практически тут же в столовую входят мама и брат. Валерио нетерпеливо подпрыгивает и канючит:

– Мам, ну я уже хочу есть! О, Джулия! привет!

Его детская непосредственность сглаживает тягостность момента – взгляд у мамы настороженный. Будто она ждет, что я что-то выкину.

– Вы поговорили?

– Да, мам, поговорили. Могла бы и про помолвку сразу сказать, – вздыхаю, переводя взгляд в сторону широкого панорамного окна.

Она лишь демонстративно фыркает и переключается на брата. Аппетита у меня нет, но поесть приходится – мама отказывается отпускать меня, пока я не справлюсь с завтраком.

Следующие два дня превращаются для меня в сущий кошмар – подготовка к помолвке становится настоящей каторгой.

Сначала мы обходим все бутики в поисках идеального платья, которое, как выясняется, можно купить только за какие-то невероятные деньги.

При моей попытке сказать, что это дорого, мать обрывает меня и цедит так, чтобы консультант магазина не слышала:

– Не смей даже рот открывать, Джулия. Энрике благородно взял на себя все расходы, вошел в наше положение. Так что не криви лицо, а будь благодарна!

– За то, что он купил себе молодую невесту? – огрызаюсь, устав притворяться.

– За то, что у тебя будет полноценная помолвка, за которую не стыдно!

Спорить с мамой бессмысленно. Да и куда деваться? Вариантов все равно нет – я не понимаю, зачем Энрике брак со мной. Если дела у отца – не только финансовые, но и в целом положение в клане – не очень, то он вряд ли получит какую-то выгоду от этого брака. А значит, вывод напрашивается совсем не радостный.

Платье мы все же выбираем – как по мне, слишком вульгарное и вызывающее. Но кто меня слушает? Мама считает, что товар надо показать лицом!

Время от времени мыслями я возвращаюсь к Оскару, гадая – пришел ли он на финал? Да и вообще – как отреагировал на то, что я уехала без предупреждения?

Теперь зная, что он член Falco Nero, я понимаю, что шансов на новую встречу у нас еще меньше. Будь он мужчиной из обычного мира – все могло бы быть. И если бы я набралась смелости сбежать из дома, то…

Но не теперь, когда вскрылись все обстоятельства.

Знал ли Оскар, когда спасал меня, что мой отец – Фабио Де Фалько? И если да, то почему это его не остановило?

У меня много вопросов к нему, но я понимаю, что никогда не узнаю на них ответов. И пожалуй, это даже хорошо. Если вдруг отец окажется в курсе того, что я встречалась с Романо, наверное, он меня сам и прибьет. В этом плане он настоящий фанатик. Отец порой выражался о том, что всячески поддерживает решение Марко начать давить треклятого Чезаре Романо.

Мне остается надеяться, что Оскар сдержит обещание и поможет Мишель. Вот уж кто точно ни в чем не виноват.

В день моей помолвки, я с самого утра ощущаю противную головную боль. Очень хочется остаться дома и никуда не ехать, но, естественно, такая роскошь мне недоступна.

Мама, напротив, в приподнятом настроении – постоянно о чем-то болтает, а я даже не пытаюсь вслушиваться. Лея на удивление активно участвует в подготовке, хотя до этого момента к моей помолвке она никакого интереса не проявляла.

– Ты же понимаешь, что тебе повезло, – заявляет она, когда я с трудом справляюсь с платьем, которое мне выбрала мама.

– Только не надо повторять мне все то же самое, – морщусь, не желая слушать по сотому разу одни и те же наставления.

– Дура ты, Джулия. Учитывая состояние дел Фабио, он мог продать тебя кому и похуже.

– Например?

– Например, одному из силовиков. Ты же знаешь, что после того, как он несколько раз подвел Лучано, тот не просто так забрал у него бизнес и понизил в должности.

– То есть это вообще нормально, что меня продают, словно скот?! – возмущенно смотрю на нее.

– Это правила нашего мира, – цинично фыркает Лея. – Ты давно знала об этом. Не делай вид, что это не так.

Тошно от ее рассуждений, и я просто отворачиваюсь. Нет смысла спорить – все равно выбора у меня не будет.

– А может, ты из-за этого Романо такая? – вкрадчиво интересуется тетя, подходя так, чтобы поймать мой взгляд. – Даже не думай, слышишь? Если отец узнает – он нас обеих по стенке размажет.

– А ты здесь при чем? – вяло огрызаюсь.

– Потому что не уследила за тобой. Где ты вообще его подцепила? А главное, как? – Лея демонстративно оглядывает меня с головы до ног. – Он же на такую, как ты, и не посмотрел бы никогда.

Это замечание звучит обидно, но я молчу.

– И если ты все-таки совершила глупость, – понижает она голос, – то не будь дурой и позаботься о том, чтобы в брачную ночь Энрике получил доказательства твоей невинности.

– Чего? – шокированно выдыхаю.

– Того, Джулия. Есть методы подделать кровь, чтобы мужик ничего не понял. Не думаю, что у тебя там все как следует разработано за пару раз.

– Да ты… У меня ничего… Ты вообще!

Тетя целую минуту сверлит меня оценивающим взглядом.

– Учти – если Лазарро решит, что его обманули, пострадает вся семья.

После этого разговора настроение испорчено безвозвратно. Но родителям плевать. Естественно, мы выезжаем даже раньше, чем следовало бы. Валерио остается дома с Леей, а мы втроем отправляемся в особняк Лазарро. Туда, где мне предстоит жить с мужем.

И где он жил с покойной женой.

От последней мысли меня передергивает. Это не ревность. Мне просто не по себе от этого.

Дом выглядит значительно больше нашего. А еще он сразу кажется мрачным и каким-то холодным. Нас встречает охранник и проводит к дверям.

Внутри обстановка не лучше – слишком темно, как будто здесь никто не живет уже давно. Оглядываясь по сторонам, я не могу отделаться от ощущения, что здесь как в склепе. Даже мороз по коже пробегает.

Судя по голосам, которые доносятся, кто-то из гостей приехал так же рано, как и мы, что странно.

– Фабио, Сюзанна – рад видеть.

В холл выходит невысокий мужчина с легкой проседью на висках. Он чуть худее моего отца, но при этом на его лице выражение абсолютного безразличия и равнодушия. А водянисто-голубые глаза смотрят так, будто мы трое – просто мебель.

Его губы двигаются, но остальная мимика лица словно застыла раз и навсегда.

– Приветствую, Энрике, – тут же кивает отец и протягивает руку Лазарро, тот пожимает.

– Добрый вечер. Потрясающий дом, – воркует мама. – А это наша Джулия.

Теперь этот жуткий взгляд фокусируется на мне. Скользит медленно сверху вниз. Я еще в пальто, но ощущение, что стою абсолютно голая.

Появляется немолодая женщина, помогает моим родителям раздеться, а я так и стою, не зная, как быть.

– Здравствуй, Джулия, – наконец, выдает Лазарро. Я киваю и тихо отвечаю:

– Здравствуйте.

Как только мой будущий муж делает ко мне шаг, родители неуверенно замирают.

– Проходите, – буквально приказывает он им. – Нам с вашей дочерью есть что обсудить.

Перевожу беспомощный взгляд на отца, потом на маму. Но они лишь коротко кивают хозяину дома и уходят, оставляя меня ему на растерзание.