Я просила у Джоди, что помогало ей держать глаза открытыми. «Сострадание», – заявила она. Я захотела узнать, что она имеет в виду, ожидая, что речь пойдет о религиозном контексте. К моему удивлению, она описала мышление роста. «Чтобы позволить существовать идее, что мы не так уж идеальны, как думаем, необходимо сострадание. Сострадание признает, что все мы в разных точках этого пути. Что все ошибаются. Я продолжу говорить или делать что-то не то. Куда важнее рискнуть и заговорить о расизме, зная, что можешь облажаться, чем не говорить вовсе. Потому что ты сможешь сказать: “Мне жаль. Я не знал об этом, но сделаю выводы”. Мы запросто можем уйти в самозащиту. А нужно нам сострадание». Сострадание – противоположность личностной угрозы.

Кроме того, Джоди начала экспериментировать, продолжая свой путь к намеренной осознанности. Попутные ветры ее жизни скрывали системные и подсознательные проблемы, влияя на окружающих. Как ей можно было продолжить учиться? Число семинаров, которые человек может посетить, ограничено. И она все еще планировала написать книгу, главной темой которой станет расизм.

Она знала, что ей понадобится помощь. И одновременно размышляла, как просить помощи у других, сохраняя эмпатию. «Нельзя ждать, что каждый захочет нас чему-то научить. Если задаешь вопрос человеку с цветной кожей, и он отвечает “Ну подумай”, нельзя раздражаться на него. Он совершенно точно имеет право так говорить после изоляции и маргинализации со стороны белого сообщества. Есть и такие цветные, кто чувствует глубокую и постоянную злость на белых. Это не ваша вина, как конкретного представителя сообщества, но вам следует принять их чувства и сказать: “Хорошо, я понимаю. Спасибо”. И найти кого-нибудь еще». Намеренная осознанность требует сострадания.

Она знала, что ей понадобится помощь. И одновременно размышляла, как просить помощи у других, сохраняя эмпатию.

Джоди стала замечать возможности углубить поверхностные дружеские отношения. «Я все еще живу в достаточно “белом” районе, – отмечает она. – Но за этой работой я встретила нескольких [цветных] женщин, с которыми мы по-настоящему подружились». Кажется, Джоди пересмотрела определение дружбы с поверхностного «ходим вместе обедать» на отношения формата «мы можем честно говорить о расе». Но она замечает, что в некоторые дни приходится перезагружаться, как когда она позволила себе расстроиться из-за твиттов Коатеса.

Джоди – не единичный случай. Намеренное незнание – наш инстинктивный выбор. Мы обычно не замечаем то, что не соответствует нашим убеждениям и желаниям, и наши связи зачастую не ведут к людям, отличающимся от нас. Наша социальность не создает многообразные круги общения. Но это не значит, что мы не можем выбрать осознанное сознание самостоятельно.