Бергольц все не терял надежды, что Алиса ответит ему взаимностью. Свою долю золота, найденного в багажнике машины, он припрятал под подушкой, решив истратить лишь несколько монет на новый костюм и букет цветов для своей избранницы. Старик купил себе фрак из зеленого бархата и черный цилиндр, затем приобрел огромный букет и отправился в дом инженера Мартьяна.

Хозяйка наводила порядок во дворе, Маришка и Розочка ей помогали. Открыв ворота, Алиса увидела охапку цветов, за которой не сразу заметила самого старика Бергольца. Она хотела захлопнуть ворота у него перед носом, но тот успел подставить ногу, не дав тем самым женщине возможности это сделать.

– Уважаемая Алиса, – торжественно начал Бергольц. – Я долго думал и наконец собрался с духом.

– О чем это вы? – не поняла она.

– Хочу предложить вам стать моей женой!

– Что? – Это было столь нелепо, что Алиса не знала, возмутиться ей или рассмеяться. – Да скорее коровы полетят, чем я на такое соглашусь!

– Чем я вам не мил? – нахмурился старик-крыса, и его тонкие усики задергались. – Я же такой богатый человек!

– Любят совсем не за богатство! – ответила Алиса.

– Конечно, я не молод…

– И не в этом дело.

– А в чем же тогда?

– В том, что вы вредный, мерзкий, жадный тип! Мне противно даже просто находиться рядом.

– Ах вот как вы заговорили? – разозлился Бергольц. – Я ведь могу силой заставить вас выйти за меня!

– И как вы это сделаете?

– Уволю вашего папашу с завода! А на вас донесу Руфусу! Вы ведь укрывали в своем доме беглых преступников.

– Если бы начальник жандармерии хотел, он давно меня арестовал бы, – отрезала Алиса.

– А я его попрошу! Даже приплачу! Или вы выйдете за меня, или я засажу вас за решетку!

Возмущению Алисы не было предела. Она вытолкала наглеца со двора, швырнув ему вдогонку букет.

– Я не уйду просто так, – упрямо заявил Бергольц. – Рано или поздно вы станете моей женой!

В это время на забор взобрались Розочка и Маришка. Девочки хмуро на него уставились.

– Эй, дедуся, – сказала первая. – Нам показалось или ты действительно все время пристаешь к нашей маме?

– Вы, две маленькие негодяйки! – злобно прошипел старик. – Передайте своей мамаше, что я заберу ее к себе, а вас отправлю в закрытый пансионат!

– Что? – воскликнула Маришка. – Ну нет, мы не согласны!

– Да кто вас спрашивать будет? Я не позволю вам становиться на пути у моего счастья.

Девочки изумленно переглянулись.

– Разве так нужно просить руку и сердце любимой? – произнесла Маришка.

– Давай научим его любезности, сестричка! – скомандовала Розочка.

Поскольку сестры увлекались механикой и всякими изобретениями, их карманы были всегда битком набиты разными гайками и болтами. Недолго думая Розочка и Маришка начали обстреливать Бергольца припрятанными боеприпасами. Не ожидавший такого поворота событий, старик сначала с минуту стоял на месте, пытаясь прикрываться руками, но после нескольких метких попаданий ему не осталось ничего другого, как задать стрекача. Вдогонку Бергольцу еще долго летели гайки и болты самых разных размеров.

Весь в шишках и ссадинах, злой, как тысяча чертей, Бергольц побежал домой – писать донос на Алису. Он уже придумывал, как бы покрасочнее расписать ее преступления, когда вдруг увидел у своей двери двух мужчин и двух женщин в длинных дорожных плащах.

Одна из женщин дергала за шнурок дверного звонка.

– Господа! – окликнул их старик. – Чем могу быть полезен?

Женщина обернулась. С нее спал капюшон, и он увидел, что на ее голове абсолютно нет волос, а макушка сверкает свежей позолотой.

– Имперские Эсселиты в гости к господину Бергольцу, – сказала она.

– Какая честь для меня! – воскликнул старик, впуская их в свой дом. – И что же привело ко мне таких важных гостей?

– Мы по поводу золота, – продолжила женщина.

Бергольц побледнел как полотно. Его чахлые усики начали нервно подергиваться. Только этого не хватало!

– Какого золота? – криво улыбнулся он.

– Монет пятидесятилетней давности, – уточнила предводительница Эсселитов. – Которыми ты поделился с жандармом Руфусом.

– Ничего не понимаю, – развел руками растерявшийся старик.

Дама извлекла из складок плаща короткий рунный посох и ткнула им в грудь Бергольца.

– Не шути со мной, старый плут!

По посоху пробежали красные искры, послышался тихий треск.

– О! – восхищенно воскликнул низкорослый толстяк, один из прибывших гостей. – А здесь наши посохи работают!

– Наверное, в этом районе нет вышек, – сказала вторая женщина.

– Ах, золото! – На лице старика не было ни кровинки. – Теперь я вспомнил! Я нашел его в машине, которую отдал мне жандарм Руфус Анубис. Этот негодяй заставил меня поделиться находкой… И забрал почти все! Мне совсем ничего не осталось.

– Машина? – удивилась безволосая женщина. – Какая еще машина? Где она?

– Стоит в моем гараже. Хотите, покажу? – Старик был рад, что смог отвлечь внимание гостей от своей персоны.

Бергольц отвел Эсселитов в гараж, пристроенный к дому, и продемонстрировал им самоходную паровую машину Пигмалиона. Он еще не успел продать ее своему знакомому коллекционеру и теперь нисколько не жалел об этом.

– Это точно она! – воскликнул коротышка. – На ней они удрали от нас из Белой Гривы.

– А где дети, которые на ней путешествовали? – спросила предводительница, снова ткнув в старика посохом. – Ты знаешь, куда они делись?

– Естественно, – заискивающе улыбнулся Бергольц.

– Говори!

– А как насчет вознаграждения в тысячу золотых?

Эсселиты хитро переглянулись.

– Поверь, ты свое получишь, – усмехнулась безволосая колдунья.

– Руфус запретил мне болтать о них, но раз уж он сдал меня, то и мне нет смысла молчать, – сказал старик. – Не собираюсь выгораживать этого негодяя. Он отдал детей своей мамаше Клеопе, и сейчас они работают на ее заводе дирижаблей.

– Как все оказалось просто! – воскликнула лысая дама, убирая оружие обратно под плащ. – Так, значит, они на заводе.

– А как же моя награда? – поинтересовался Бергольц.

– Левтина, расплатись с ним, – злорадно хохотнула предводительница. – Заодно узнаем, как ты освоила новое заклинание.

Дальнейшее произошло в считаные секунды. Ее спутница, зловеще ухмыляясь, вскинула рунный посох, выкрикнула заклятие и выпустила в несчастного мощный колдовской разряд.

Раздался громкий хлопок, все вокруг заволокло дымом. Когда клубы немного рассеялись, на месте старика стояла блестящая каменная статуя черного цвета с открытым ртом и выпученными глазами.

– Неплохо, – похвалила Левтину Амалия. – Вот и ты на что-то сгодилась. А теперь на завод дирижаблей! Поговорим с этой мадам Клеопой.