Дарина и ее друзья испуганно уставились на аптекаря.

– Пропадают люди? Как это? – побледнел Триш.

– Это началось несколько недель назад, еще при власти прежнего правителя Всевелдора, – ответил Парацельс. – Мы неоднократно обращались к властям за помощью, но нам никто не ответил. В столице, похоже, сейчас своих проблем хватает. Кого волнуют наши неприятности?

– Но как же так? – возмутилась Дарина. – Нужно немедленно разобраться с этим! Неужели ваша полиция ни на что не способна?

– Прежним местным полицейским, жадным и ленивым лежебокам, это было не под силу, – развел руками аптекарь. – После переворота их разогнали, а новых блюстителей порядка еще не прислали. А наш мэр Люций Портофей, похоже, озабочен лишь собственным обогащением.

– Тогда мы сами должны этим заняться, – выдал вдруг Пигмалион, обернувшись к Дарине. – Не зря же у тебя есть дар разрушать магические заклятия! Может, тут без эсселитского колдовства не обошлось?

– Что? – замер посреди прихожей Парацельс. – Дар разрушать заклятия? Как вас зовут, говорите?

– Дарина, – представилась девочка. – А это мои друзья, Пима, Триш и брат Акаций.

– Ого! – Аптекарь еле успел поймать слетевшие с носа очки. – Теперь я вспомнил! Я ведь слышал о тебе, девочка, неподвластная черной магии Эсселитов! Само провидение направило тебя в наш город!

– Неужели? – удивилась Дарина.

– Здесь творится редкостная чертовщина, и только ты сможешь нам помочь, я уверен! Немедленно расскажу о твоем приезде всему городу!

– Может, не надо? – забеспокоился Триш. – Мы не хотим огласки…

– Еще как надо, – заявил Акинфий Парацельс. – Поживете пока в моем доме, а я окажу вам любую поддержку. Друзья старика Мартьяна – мои друзья. Вы избавите наш город от этой напасти! А если вдобавок найдете пропавших жителей, вся Золотая Подкова скажет вам спасибо!

Миновав сумрачную прихожую, они оказались в обставленной мебелью из светлого дерева большой гостиной, смежной с просторной кухней. На окнах висели кружевные занавески, на подоконниках стояло множество керамических горшков с комнатными растениями. Витая лестница вела на второй этаж, где, скорее всего, располагались спальня и другие комнаты. В гостиной имелась еще одна дверь, стеклянная, сквозь которую был виден тамбур, соединяющий жилые комнаты с аптекой. Оттуда доносился острый запах лекарств и микстур. Акаций тут же расчихался, смешно топорща усы.

За столом в гостиной сидели три гостьи, все они удивленно уставились на вошедших. Шутка ли, аптекарь спустился в подвал один, а привел оттуда целую команду. Одну из женщин ребята тут же узнали.

– Ничего себе! – возмущенно крикнула мамаша Готье, поднимаясь со стула. – Это та самая бригада жуликов, которые удрали из моего заведения, не заплатив!

– Спокойно, мамаша Готье, – отрезал Парацельс. – Ты понятия не имеешь, кто перед тобой.

– Очень даже имею. Это обжоры и воришки, которым я сейчас надаю таких пинков, что они улетят отсюда прямиком на Северный полюс!

– Эта девочка – Разрушительница заклятий, одолевшая саму миледи Лионеллу! – торжественно провозгласил аптекарь. – А ее спутники – те самые ребята, которые принимали участие в недавнем дворцовом перевороте.

– Ого! – вытаращила глаза мамаша Готье и с размаху плюхнулась обратно на стул. Сиденье громко всхлипнуло под ее тяжестью. – Что же вы сразу не сказали?

– А как вы добрались сюда так быстро? – поинтересовался у нее Триш.

– Меня привез знакомый извозчик. Оставила мужа разгребать кавардак, который устроил Игуан, а сама ушла к подругам, – ответила трактирщица. – Имею я право на заслуженный отдых? Там и без меня порядок наведут.

Две ее товарки ошеломленно хлопали глазами.

– С мамашей Готье, стало быть, вы уже знакомы, – обратился к Дарине господин Парацельс. – А это две ее подружки, лентяйки и прохвостки. Самые знаменитые сплетницы нашего городка! Сцилла, моя домоправительница, и Бореана – директриса нашей местной школы.

– Кого это ты назвал лентяйкой? – возмутилась Сцилла, невысокая сухощавая женщина в длинном темно-синем платье. Ее темные с проседью волосы были скручены в два узла на макушке и заколоты парой вязальных спиц. – Да на мне тут все хозяйство держится! Если бы не я…

– Кому-нибудь другому расскажи, – фыркнул Парацельс. – А чем вы заняты, пока я охочусь на грабителей? Опять в карты на деньги играете?

– Что? – завопила Бореана, длинная и тощая, как жердь. Ее короткие темные волосы торчали во все стороны, несмотря на множество заколок с красными шариками. Из-под челки торчал острый нос и смешные круглые очки. – Да как только у вас язык повернулся такое сказать? Мы уважаемые дамы, господин аптекарь, и никогда не опустимся до азартных игр!

– Ну да, – кивнул Парацельс. – Я тоже не вчера родился. В нашем городе только четыре знатных картежника – вы три и главный брандмейстер Петросий Мортехай!

– Да от тебя за версту несет! – воскликнула мамаша Готье.

– Чем?! – изумился Парацельс.

– Ложью!

– Когда это я врал?

Дамы начали громко возмущаться, их вопли напомнили Дарине кудахтанье перепуганных куриц в птичнике старосты Белой Гривы.

– А что такое «брандмейстер»? – поинтересовался Триш.

– Главный пожарник города, – пояснил аптекарь. – Глава нашей пожарной дружины. Остолоп, каких поискать, но со своей задачей справляется очень хорошо.

– Вот я Мортехаю-то расскажу, какого вы о нем мнения, – обиделась Бореана, поправляя на носу очки.

– Для него это не станет новостью, – хохотнул Парацельс. – К тому же чего мне опасаться? Ты все равно не решишься с ним заговорить. За столько лет так и не осмелилась признаться Мортехаю в своей любви.

Бореана покраснела как помидор.

– А вам это откуда известно? – прошипела она.

– Да об этом весь город знает! Кстати, о городе… – вспомнил Парацельс. – Ребята, на втором этаже есть пустые комнаты. Осмотритесь там и располагайтесь, чувствуйте себя как дома. Сцилла вам все покажет. А я пока порадую жителей Золотой Подковы свежей новостью.

И, не дожидаясь ответа, он выбежал из дома, громко хлопнув входной дверью.

Едва аптекарь скрылся, Сцилла, Бореана и мамаша Готье выложили на стол игральные карты, которые все это время прятали на коленях, и высыпали рядом пару горстей мелких монет. Сцилла ловко перетасовала колоду, как заправский карточный шулер, и раздала подружкам по несколько карт.

Акаций так и покатился со смеху.

– В картишки дуемся? – спросил он. – Возьмите меня четвертым, я знаю эту игру.

– А деньжата у тебя водятся? – насмешливо осведомилась Сцилла.

– А то! – заявил кот.

– И где же ты их прячешь? – смерила его прищуренным взглядом мамаша Готье.

– Ах да, – поморщился Акаций. – Я и забыл, что сегодня не надел свою куртку с глубокими карманами.

Теперь расхохотались Дарина, Триш и Пима.

– Хоть бы раз увидеть тебя в такой куртке, – сказала Дарина.

– Идите пока посмотрите комнаты, пока мы закончим игру, – посоветовала им домоправительница. – Как я поняла, вы остановитесь у нас?

– Да, пока не разберемся с вашей проблемой, – кивнул Триш.

– Вот и славно. А теперь топайте наверх, да погуляйте там подольше. Нам еще полколоды карт осталось, и я не прочь обчистить этих старых кикимор.

И самые знаменитые сплетницы Золотой Подковы вернулись к игре.

Дарина, Пима и Триш принялись осматривать дом аптекаря, а кот Акаций отправился проверять содержимое буфета.

На втором этаже располагались две просторные комнаты. Одну из них, с узкой железной кроватью, Дарина выбрала для себя. Ей понравился вид из окна на сад, розовые обои на стенах и мягкий красный ковер на дощатом полу.

Тришу и Пиме досталась комната, в которой стояло две кровати. Дарина с удовольствием отселила бы к ним и Акация, но кот любил спать возле нее, и отделаться от него было невозможно. Тем более что в комнате с розовыми обоями стояло мягкое кресло, в котором Акаций вполне мог разместиться.

Покончив с осмотром, ребята заглянули на кухню. Акаций все еще шарил по шкафам.

– Вообще ничего съедобного, – пожаловался кот. – Одни крупы, булки да сушеные травы! В этом доме колбасные изделия, похоже, совсем не уважают. Угораздило же нас притащиться именно сюда!

– Дождемся возвращения хозяина, – одернула его Дарина. – Может, он нас чем-то угостит?

– Зарядом соли из своего ружьеца, – недовольно буркнул кот. – Эй, госпожа Сцилла! А перекусить у вас что-нибудь найдется?

– Я еще ничего не готовила! – крикнула в ответ домоправительница.

– А ты и правда лентяйка!

– Вот тебе раз! – обратилась Сцилла к своим подружкам. – Этот кот здесь всего пять минут, а уже успел вывести меня из себя! Не гости, а наглые грубияны какие-то!

– Что вы, мы очень даже вежливые, – поспешила успокоить ее Дарина. – Среди нас только один хам – Акаций, но он кот, так что это не считается.

– Не мешайте, у меня хорошая карта пошла, – отмахнулась Сцилла. – Попозже поужинаем.

– Тем более что вы уже набили животы за мой счет в «Пляшущем козле», – добавила мамаша Готье, пристально глядя в свои карты.

– Но это было так давно! – Акаций внезапно рухнул на пол и растянулся на боку. – О, гениальнейшая и прекраснейшая госпожа Сцилла, ну, может, хоть кусочек окорока на ужин?

– Гениальнейшая и прекраснейшая? Так-то лучше, – усмехнулась Сцилла. – Потерпи еще пять минут…

– Ах, если бы господин Петросий Мортехай пригласил меня на ужин, – мечтательно улыбнулась Бореана. – Но он не замечает моей красоты.

– Красоты? – фыркнула мамаша Готье. – Да при виде тебя лошади в обморок падают.

– Та лошадь была очень старой и плохо ела, – принялась оправдываться директриса. – Я в своей красоте уверена!

– Хм, – с сомнением покосилась на нее Сцилла. – Тут я бы поспорила, конечно… Если бы не усы и трубка, вылитая моя бабушка.

– У меня нет усов и трубки, – обиделась Бореана.

– Зато у моей бабушки они есть. Но если вдруг окажется, что у брандмейстера Мортехая плохое зрение, тебе, может, и повезет. Он ведь уже не мальчик. Кстати, а тебе сколько лет?

– А на сколько я выгляжу? – кокетливо опустила глаза Бореана.

– Лет семьсот? – поинтересовался Акаций.

Директриса школы едва не выронила карты.

– Мортехаю лучше не говори, – посоветовала мамаша Готье. – Твой возраст мы сохраним в тайне. Как и истинный цвет твоих волос.

– Любовь-морковь, – надулся Акаций. – Какие же вы, людишки, скучные! По сравнению с вами моя мама – клоун! Нет бы покормить умирающего от голода кота…

– Опять хамишь? – погрозила ему кулаком Дарина. – Предыдущий урок не пошел тебе впрок?

– Ничего не могу с собой поделать, – простонал кот.

Тут вернулся аптекарь Парацельс. Едва хлопнула входная дверь, подружки вскочили из-за стола и мгновенно рассовали карты и деньги по карманам и цветочным горшкам на подоконнике.

Мамаша Готье и Бореана быстренько попрощались и ушли, а Сцилла сделала вид, что все это время трудилась на кухне.

– О чем болтали, пока я отсутствовал? – поинтересовался Парацельс, широко улыбаясь.

– О вас, – вставил Триш.

– Моя любимая тема! – обрадовался аптекарь.

– А я тут ужин готовлю, – заявила Сцилла, наливая воду в большую кастрюлю.

– И давно готовишь?

– Устала уже. Подождите немного, сейчас сварганю чего-нибудь на скорую руку.

– Нет, ну вы слыхали? – прошипел Акаций. – Ох и здорова же языком молоть. Я просто в шоке от этой наглости!

– Кажется, теперь ты начинаешь меня понимать, – улыбнулась Дарина.

– В каком смысле?

– Вы с ней очень похожи.

– Ничего подобного! – воскликнул кот.

– Я сообщил о вашем приезде нескольким болтливым соседкам, – объявил ребятам Парацельс. – Они живо разнесут новость по всему городу. Бореана с мамашей Готье, думаю, тоже молчать не будут. Повезло же нам с гостями!

– От такого везения впору пойти утопиться, – подала с кухни голос Сцилла.

– Мы не хотим быть обузой, – предупредила хозяев Дарина. – И готовы помогать вам по хозяйству. Только скажите, что делать.

– Помощь не помешает, – кивнул Парацельс.

– Только для начала все-таки не помешало бы поесть, – заявил Акций.

Пима и Триш уныло молчали, но в животах у обоих урчало так, что слова были не нужны. Аптекарь рассмеялся, а Сцилла поставила на плиту огромный оловянный чайник с водой, затем принялась разжигать огонь.

– Ну а что насчет монстра, похищающего людей? Вы уже придумали, с чего начнете поиски? – спросил ребят Парацельс.

Все сели за стол, за которым совсем недавно разгорались нешуточные карточные баталии.

– Расскажите подробнее: при каких обстоятельствах пропадают люди? – попросил Пима.

– Говорят, что это древняя темная магия, проснувшаяся после того, как в здание старого Королевского госпиталя ударила молния, – объяснил Парацельс. – Поэтому я так вам обрадовался. Раз Дарина – Разрушительница заклятий, может, она сумеет нам помочь. Вскоре после той ужасной грозы в окрестностях Золотой Подковы объявился жуткий монстр. Те, кто видел его издали, описать не могут. А тех, кто увидел вблизи, самих никто больше не видел.

Триш поежился и с тревогой покосился на застывшую Дарину.

– Монстр бродит в окрестностях Королевского госпиталя, – продолжал свой рассказ аптекарь. – Кое-кто из горожан, самые отчаянные смельчаки, несколько раз пытались выследить его, но он будто чует, когда лучше отсиживаться в своем подземном логове.

– А где именно находится его логово? – спросил Триш.

– И что это за Королевский госпиталь такой? – добавил Пима.

– Королевский госпиталь – огромное здание на высокой скале посреди леса. Когда-то там лечили военных. Но затем госпиталь забросили, и все вокруг заросло густым кустарником. Сейчас многие считают, что это место про́клято, и одиноким путникам туда лучше не соваться. Вроде бы и логово себе монстр устроил в пещерах под госпиталем. Туда и утаскивает своих жертв.

– Монстр всегда там жил, – добавила с кухни Сцилла. – Он был замурован под скалой много веков назад, а когда молния пробила расщелину в скале, получил возможность выбираться наружу.

– А как же он там с голоду не помер за столько лет? – поинтересовался Триш.

– Вы бы и дня не протянули, – сказала Дарина. – Все втроем.

– Черная магия! – зловещим голосом ответила Сцилла. – Но оголодал он прилично, вот сейчас путешественниками и закусывает.

– Мамочки, – тихонько пискнул Пима.

– Но если место проклято, зачем там люди шатаются? – недоуменно спросил кот. – Всегда подозревал, что у людишек нет ни ума, ни фантазии.

– Рядом с госпиталем никто не ходит, – возразил Парацельс. – Но там неподалеку есть тропа, вот чудовище и подкарауливает на ней припозднившихся путников. Местные жители все в курсе и обходят те места стороной, а вот путешественники иногда попадаются. Потом мы находим в лесу обломки карет и машин… А люди как сквозь землю проваливаются.

– Надо сходить посмотреть, – задумчиво произнесла Дарина. – При свете дня, разумеется.

– Конечно! Вдруг найдете там что-нибудь, на что обычные люди не обращают внимания. С вашими-то талантами.

– А Эсселиты в ваших краях часто появляются? – спросил вдруг Пима.

– При правлении императора Всевелдора частенько заглядывали, – подумав, ответил Парацельс. – Но теперь перестали. Уже несколько месяцев никто о них не упоминал. Да и что им делать в нашей глуши? Я слышал, они предпочитают держаться поближе к крупным городам.

– Сегодня кто-то из Эсселитов разнес трактир «Пляшущий козел», – сообщила ему Дарина. – Некая Бия, и она как-то связана с Игуаном. Не слышали о ней?

– Нет, – покачал головой аптекарь. – Откуда у Егория Игуана такие знакомые? Слишком низкого полета эта общипанная птица. Порядочные Эсселиты не стали бы с ним связываться.

– Речь как раз о непорядочных, – хихикнул Акаций.

– Нужно расспросить старикашку об этой Бие, – предложил друзьям Триш. – Вдруг ее появление в Золотой Подкове как-то связано с появлением лесного монстра?

– Да, хорошая идея, – согласилась Дарина. – А где находится аптека Игуана?

– Об этом я вам завтра расскажу, – пообещал Парацельс. – А сейчас отдыхайте, набирайтесь сил. Скоро наверняка пожалуют гости, которые захотят поприветствовать вас в нашем городе. Все соседи сбегутся.

– Правда? – изумилась Дарина.

– А угощение принесут? – живо поинтересовался Акаций.

– Конечно!

– Ну тогда пусть приходят, – смилостивился кот.

– А что ж я тогда голову ломаю?! – воскликнула Сцилла. – Если сейчас еды натащат, заварю-ка чаю, да и дело с концом!

И вскоре гости действительно повалили один за другим.