Уже приближаясь к Белой Гриве, Дарина все же решила задать своим спутникам вопрос, который терзал ее последние полчаса.

– Может, объясните, чего вы так перепугались в том зале с книгой? – спросила она. – Носились вокруг меня как сумасшедшие, вопили всякое…

Триш и Пима, которые несли за ручки металлический сундук, удивленно на нее уставились.

– А ты правда ничего не видела? – поинтересовался Пигмалион.

– Нет… – покачала головой Дарина.

– Мне мерещилось, – начал рассказывать Триш, – что я служу лакеем в доме Апраксия Гвидона, а его дочка повсюду гоняется за мной в свадебном платье и с длинной плеткой в руке. Причем я видел все так ясно, словно это происходило со мной наяву. Ох и страху же я натерпелся!

– А мне казалось, – продолжил Пима, – что за мной явились жандармы из столицы, чтобы отправить меня в армию императора Всевелдора Первого. А ведь я мечтал поступить в Академию наук! У меня чуть сердце от страха не остановилось. И тоже все было так реалистично, будто на самом деле. Мы и правда увидели свои самые сильные страхи… Интересно, что видел кот Акаций?

– Ну он-то точно никому об этом не расскажет, – сказала Дарина.

– Опасная это вещь, магия, – мудро изрек Триш. – Повезло тебе, что она на тебя не подействовала.

– Повезло, – согласилась Дарина. – Хотя я так и не поняла, по какой причине… – Она взглянула на Пиму. – А эта твоя нужная запчасть, она большая по размеру?

– Не очень, – сказал Пима. – В руках помещается.

– Так, может, ты один справишься? Зачем нам идти втроем?

– Справлюсь, конечно, но одному мне боязно! – неохотно признался Пигмалион.

Он споткнулся о какой-то корень, и в сундуке тяжело забряцали монеты.

– Тяжелый ящичек? – кивнула на сундук Дарина.

– Терпимо, – с улыбкой ответил Триш. – Ну, мы не могли его там оставить, это же настоящее золото. Ведьме Амалии оно все равно уже не нужно, а у комендантши и так полно денег. К тому же оно нам сильно пригодится в дороге, когда мы наконец сбежим отсюда.

– Когда мы придем в приют, лучше быть налегке, – рассудила Дарина. – Вдруг придется удирать? А этот сундучище нас здорово тормозит. И потом, его запросто могут у нас отобрать.

– Не хотелось бы… – протянул Пима. – Мы столько всего вытерпели ради него.

– Ладно, тогда сделаем вот что. – Дарина сунула книгу заклинаний Тришу. – Бери эту книгу и золото и иди в кузницу Дормидонта, – сказала она. – А мы с Пимой заберем его штуковину и тоже придем туда. Сможешь донести все сам?

– Конечно смогу, – кивнул Триш. – Только будьте осторожны, чтобы вас никто не застукал. К тому же на улице такая темень, смотрите, не попадите под какую-нибудь телегу.

– Посмотри на это пузо, – похлопал себя по круглому животу Пигмалион. – Любая телега отскочит.

Триш улыбнулся, положил книгу заклинаний в сундук, затем взял его с двух сторон за ручки и торопливо зашагал в сторону спящей деревни. А Дарина и Пигмалион побежали к приюту.

Когда они добрались до места, зорг Вельзевул уже находился в своем вольере и злобно поглядывал на них сквозь решетку. Видимо, Копотун сумел посадить его обратно на цепь. В спальнях воспитанников не горел свет, но пара окон на первом этаже светилась. Кто-то еще не спал.

Пима и Дарина осторожно пробрались в амбар. Там Пигмалион неожиданно взял метлу и принялся сметать мусор, освобождая середину сарая. Дарина уже хотела спросить, с чего это он вдруг решил заняться уборкой, но тут Пима отбросил метлу в сторону, присел на корточки и отодрал от пола одну из досок, а затем извлек из своего тайника какой-то продолговатый предмет, завернутый в плотную тряпицу. Сверток запросто умещался в ладони.

– И это все? – удивилась Дарина. – Я-то думала…

– Это главная деталь моего изобретения, без которой оно не сможет работать, – важно заявил Пима. – Вот теперь можем отправляться к Дормидонту.

– И лучше нам поторопиться, – согласилась Дарина, выглянув в пыльное окно амбара.

Небо над лесом уже начинало светлеть. Дарина и Пима вылезли из сарая сквозь дыру в стене – и нос к носу столкнулись с кухаркой Агриппиной. Пима вскрикнул от страха, кухарка ойкнула и заверещала на весь двор.

– Вот они! Мадам Коптильда, я их нашла! Скорее бегите сюда!

У Дарины душа ушла в пятки, а Агриппина ухватила ребят за шиворот своими тощими, цепкими пальцами и снова принялась звать на помощь комендантшу Коптильду. Дарина и Пима переглянулись и, не сговариваясь, резко бросились в разные стороны. Кухарка, которую едва не разорвало пополам, опрокинулась на спину и истошно завопила, дрыгая тощими ногами.

Дарина схватила перепуганного Пиму за руку и бросилась прочь, таща его за собой. Путь к спасительной дыре в ограде был отрезан кухаркой, и они побежали к главным воротам приюта. Однако навстречу им, громко топая, уже мчалась Коптильда Гранже с перекошенным от злости лицом.

– Попались! – прорычала комендантша. – Ну вы у меня сейчас получите на орехи!

Ребята кинулись в здание приюта. Дарина надеялась выскочить через какое-нибудь окно первого этажа, но все двери в коридоре оказались закрыты и заперты на ключ. Тогда она побежала вверх по лестнице, Пигмалион едва поспевал за ней. Кухарка Агриппина и разъяренная Коптильда бежали следом.

– Не уйдете, проклятые детишки! – крикнула комендантша. – От Коптильды Гранже еще никто не уходил! А ну, отдавайте мое золото, мелкие ворюги! Тогда, может, и пощажу.

Дарина и Пима сломя голову влетели на чердак, захлопнули за собой дверь и начали быстро заваливать ее разным барахлом – там хранилось много старой поломанной мебели. В картонных коробках лежали давнишние газеты и потрепанные книги. Рядом с дверью стояла старинная деревянная стойка, из которой торчали старомодные зонты и длинные трости.

Минуту спустя раздался сильный удар в дверь. Груда наваленной ребятами мебели подпрыгнула на месте.

– Открыть! Немедленно! – заорала Коптильда. – Я приказываю!

Дарина быстро огляделась в поисках путей к отступлению.

Пима подскочил к окну и выглянул наружу.

– Мамочки! Как же здесь высоко! – испуганно воскликнул он.

Недолго думая, Дарина выхватила из стойки два старых зонта. Тот, что побольше, она бросила Пиме.

– Будем прыгать! – твердо заявила она.

– Что? – ужаснулся Пима. – А если мой зонт не раскроется?

– Тогда ты просто приземлишься чуть раньше меня, – спокойно ответила Дарина, но Пиму ее слова не слишком обнадежили.

Хлипкая дверь трещала под ударами Коптильды. Пирамида из мебели и коробок начала рассыпаться. Другого выхода все равно не было. Дарина и Пима взобрались на узкий подоконник и раскрыли зонты. Внизу, прямо под ними, темнела вонючая копошилка. Но дул сильный ветер, и они надеялись, что их отнесет чуть в сторону от зловонной ямы.

– Ну что, готов? – спросила Дарина Пигмалиона.

– Нет, – признался тот. – Но когда это нас останавливало?

– И то верно, – кивнула девочка. – А я всегда мечтала об этом!

– Свалиться с крыши приюта в копошилку? – уточнил Пима.

– Прыгнуть с зонтиком, дубина!

Дверь позади них с грохотом разлетелась в щепки. Мебель полетела в разные стороны.

– Держи их! – завопила Коптильда, врываясь на чердак.

Дарина и Пима взялись за руки и отважно прыгнули вниз.

Комендантша Коптильда попыталась ухватить Дарину за ноги, но не успела, зато потеряла равновесие и сама вывалилась в окно, правда зацепившись ногами за ветхий подоконник.

– Скорее! – закричала она. – Кухарка, тащи меня обратно!

Агриппина схватила ее за ноги, но не удержала. Коптильда взбрыкнула ногами и полетела вниз, увлекая за собой горе-спасительницу. Обе с истошными воплями пролетели три этажа и рухнули в зловонную копошилку, подняв целый столб мутных вонючих брызг.

Утренний ветерок отнес Дарину и Пиму немного в сторону. А затем старые зонты почти одновременно сломались, и ребята камнем полетели вниз.

Но им повезло больше, чем Коптильде и кухарке Агриппине, – они упали на раскидистую крону дуба. Ветки с треском ломались под их весом, но все же порядком смягчали падение. Дарина и Пигмалион ничуть не пострадали, лишь получили по парочке новых царапин, но воспитанникам сиротского приюта к этому было не привыкать. Свалившись с дерева на землю, ребята мигом вскочили на ноги и побежали к воротам.

А позади них комендантша Коптильда и кухарка Агриппина, громко переругиваясь и толкаясь, пытались выбраться из копошилки, но соскальзывали и плюхались обратно в яму.

За этим занятием их и застал Рашид Толедо, разбуженный яростными криками. Он вышел из здания приюта и приблизился к вонючей яме, зажимая нос и кутаясь в свой черный плащ.

– Что здесь у вас происходит? – хмуро поинтересовался он.

Комендантша Коптильда смахнула с лица налипшие помои.

– А что такое, господин Толедо? Мы вас разбудили? – с невинным видом осведомилась она.

– Да тут и мертвый проснулся бы, – раздраженно сказал Рашид. – Сначала были крики во дворе, потом беготня по всему приюту, а потом вы с воплями пролетели мимо моих окон.

– Не извольте беспокоиться, у меня все под контролем, – торопливо проговорила Коптильда Гранже, сидя по уши в грязи. – Только что сбежали мерзкие детишки, но это не проблема. Мы быстро их найдем!

– Из приюта кто-то удрал? – обеспокоенно спросил Рашид Толедо.

– Всего лишь одна тощая девчонка и два глупых мальчишки.

– В ваших интересах вернуть их до утра, – угрожающе произнес Эсселит. – Проверка касается всех до единого обитателей этого приюта.

– Конечно, – заверила его Коптильда Гранже. – Будет сделано! Я догадываюсь, где они могут скрываться. Дайте нам только выбраться отсюда.

Рашид огляделся по сторонам и увидел поблизости веревку, на которой Коптильда обычно опускала детей в копошилку. Веревка была привязана к стволу дуба. Он брезгливо приподнял ее свободный конец и бросил его комендантше. Та ухватилась за веревку и кое-как выбралась на берег. Кухарка Агриппина, с ног до головы перемазанная грязью, вылезла вслед за ней.

– А в чем заключается ваша проверка? – спросила Коптильда. – Кого конкретно вы ищете? Может, я смогу вам помочь?

Рашид Толедо смерил ее презрительным взглядом.

– Нам нужен ребенок, невосприимчивый к магии Эсселитов, – хмуро сказал он. – Согласно информации, он содержится в одном из казенных заведений империи.

Коптильда ошеломленно вытаращила глаза.

– Так вам нужна Гардина! – воскликнула она. – Как раз та самая девчонка, что удрала отсюда. Это точно она! К магии невосприимчива, мне про это ведьма Амалия сказала.

Рашид резко выдохнул.

– Так она была здесь? – яростно выкрикнул он. – Под самым нашим носом?

– Нужно было сразу сказать, кто вам нужен, – усмехнулась Коптильда.

– Эта девочка… Что она из себя представляет?

– Наглая воровка! Злобная, жестокая, хитрая интриганка, – сказала кухарка Агриппина.

– Она мне уже нравится, – грозно усмехнулся Рашид Толедо. – Надо ее изловить. Надеюсь, ошейник на ней?

– Конечно, – заверила его комендантша Коптильда. – Все наши воспитанники носят ошейники. На ее ошейнике выбит номер 238.

Рашид извлек из-под плаща рунный посох и ударил им о землю. С конца посоха сорвалась яркая красная вспышка. Она взмыла в темное небо над сиротским приютом и рассыпалась гигантским салютом.

– Гребун! – громко крикнул Рашид. – Левтина! Мы нашли то, что искали!

– Я пойду с вами, – тут же сказала комендантша Коптильда.

– Лучше примите ванну, – брезгливо поморщился Рашид Толедо. – Вы похожи на грязную свинью.

– Что? – возмутилась Коптильда. – Кухарка! Ты слышала, как он тебя назвал?

Агриппина вытаращила глаза.

– Надо же, какое хамло, – оскорбленно добавила Гранже. – А я еще планировала отдать ему свою руку и сердце.

– Что за чушь вы несете? – разозлился Рашид.

– И ничего подобного, – подбоченилась комендантша.

В это время во двор выбежали Гребун Вендиго и Левтина Маркус в длинных черных плащах.

– Вы вычислили ребенка? – спросил Гребун.

– Да, – кивнул Рашид.

– Наконец-то мы вернемся в столицу! – радостно воскликнула Левтина. – Где этот мерзкий ребенок?

– Девчонка сбежала из приюта, но на ней ошейник. Настройте свои посохи на поиск. Мы быстро отыщем ее по магическому сигналу!

Эсселиты вскочили на свои посохи и взмыли в предрассветное небо.

Комендантша Коптильда и кухарка Агриппина проводили их завистливыми взглядами.

– Надо бы и мне заиметь такую палку, – сказала Коптильда.

– И мне бы не помешало, – добавила кухарка. – Тогда все деревенские мужики будут нашими.