КАМИ

Хотя часть меня понимала, что он прав, другая не могла не пытаться заставить его изменить мнение. Зачем? Потому что я его хотела... Я хотела их обоих и так сильно желала вернуть ту дружбу, которая когда-то была такой важной для нас...

— Пошли, Ками, — сказал Тейлор, указывая на место, где стояла его машина.

Я не собиралась комментировать то, что только что сказал её брат, и то, что он только что намекнул...

Я знала, что это потому, что часть Тейлора тоже думала так, как он.

Когда я села в его машину, мне хватило одного глубокого вдоха, чтобы понять, что оба брата были похожи. Воздух был насыщен сладким мужским запахом, смешанным с дымом сигарет. Я не знала, что они курят... Это так подходило Тьяго, что видеть его с сигаретой было, как видеть неотъемлемую часть его руки, но Тейлор...

Моя рука лежала на коленях, и шрам в виде треугольника напомнил мне об одном воспоминании, которое я хранила в особом месте. Мы с ним и Тьяго называли себя "тремя мушкетерами" с самого детства, всегда готовыми к любым приключениям...

Я всё ещё помнила тот день, когда Тьяго пришёл к нам с этой безумной идеей.

— Мы должны это сделать! — сказал он так уверенно, что ни Тейлор, ни я не смогли его переубедить. — Я увидел это в фильме, и это означает настоящую дружбу. Ты наша лучшая подруга, правда, Ками?

Я кивнула, смертельно боясь.

— Ну, тогда всё решено... — сказал он, взяв маленький железный треугольник, который сам сделал, и осторожно поднёс его к небольшому огню, который мы разожгли у озера.

— Но это будет больно... — сказала я с опасением.

— Не переживай, Ками... Если не хочешь делать, не надо...

— Перестань говорить ей это, Тейлор! — воскликнул Тьяго, сердитый. — Если она не сделает этого, значит, она не наша настоящая подруга.

— Я ваша подруга! — воскликнула я, возмущённая.

— Так докажи это... — сказал Тьяго, вытаскивая треугольник из огня и протягивая мне руку. — Обещаю, если ты это сделаешь, нас ничто не сможет разлучить.

И я поверила...

Мой большой палец прошелся по шраму, который через восемь лет едва был виден, как белый след на моей загорелой коже... Мы называли это «татуировкой дружбы», и все трое носили её на своём теле всю жизнь.

— Не переживай из-за Тьяго... Он придёт в себя, просто нужно дать ему время. Возвращение домой после столь долгого времени было непростым для всех нас...

— Не нужно его оправдывать, Тей — сказала я, внимательно следя за его манерой водить машину и разглядывая его профиль. Так же, как и Тьяго, Тейлор обладал такой привлекательностью и харизмой, которые не могли не привлекать внимание каждого, кто на них смотрел. Его большие руки ловко управляли рычагами коробки передач, а волосы, немного длиннее, чем у его брата, который всегда носил короткую причёску, спадали ему на лоб, что ещё больше подчёркивало его карие глаза.

Какой же он был красивый... и как же я была счастлива, что он снова заговорил со мной.

— Почему ты так на меня смотришь? — сказал он, улыбаясь и на мгновение повернувшись ко мне.

Я пожала плечами.

— Ты красивый, — сказала я просто.

— Ты тоже очень красивая, — ответил он почти автоматически. — Я никогда не думал, что увижу такие формы на твоём худом теле, когда ты была маленькой, а теперь посмотри на себя...

Я ударила его по плечу, и он рассмеялся.

— Всё, что ты видишь здесь, — результат хорошего бюстгальтера, — сказала я, хорошо зная, что мои формы довольно скромные, особенно грудь.

— Было бы здорово, если бы ты увидела себя такой, какой видим тебя мы... Ты бы перестала говорить всякую ерунду, — сказал он спокойно.

— Как скажешь, — сказала я, улыбаясь и глядя вперёд.

Когда мы въехали в наш район, я попросила его не парковаться прямо у моего дома.

— Не хочешь, чтобы тебя со мной увидели? — спросил он, поднимая брови. То ли его это беспокоило, то ли он прекрасно понимал, почему.

— Кроме того, что я не хочу давать ненужных объяснений маме, мне хотелось бы немного поговорить с тобой... Хочу узнать, как твоя жизнь в Нью-Йорке.

Тейлор улыбнулся. Он остановил машину на углу перед тем, как свернуть к нашим домам, и выключил двигатель.

— Жизнь в Нью-Йорке довольно бурная... Я скучал по тишине в Карсвилле.

— Но это же супер-скучный город...

— Пожалуйста... Не оскорбляй память нашего любимого города. Что бы мы делали без дня клубники, дня бинго или костров...

— Или дня международной еды... — добавила я с улыбкой.

— Это новинка! — воскликнул он, тоже смеясь. — Международная еда в городе, где 99% жителей родились в штате Вирджиния?

Я пожала плечами, смеясь.

— Они хотят, чтобы город выглядел более космополитично.

Тейлор покачал головой, смеясь, и повернулся ко мне, чтобы лучше меня увидеть.

— Даже если все здесь немного сумасшедшие и по-прежнему думают, как в прошлом веке, приятно вернуться домой.

Я кивнула. Хотела сказать ему так много...

— Лучше тебе уже идти, — сказал он, прерывая мои мысли, но делая это с улыбкой.

— Ты прав, — сказала я, на самом деле желая остаться с ним подольше. Хотела узнать так много... — Спасибо, что подвёз меня.

Тейлор улыбнулся мне и подождал, пока я войду в дом. Я заметила, что он не припарковался прямо у своего дома, а свернул, как будто собирался вернуться на вечеринку.

Я поднялась в свою комнату, стараясь не сделать шума. Все уже спали, и прежде чем войти в свою комнату, я заглянула в комнату к своему брату. Камерон был свернут под своим голубым одеялом с животными. Лампочка в форме дракона горела, и мой младший брат мирно спал. Я тихо вернулась в свою комнату, которая была рядом с его, отделённая, слава Богу, от комнаты наших родителей, и закрыла дверь, чтобы немного опереться на неё. Несколько раз глубоко вдохнув, я улыбнулась. Я помирилась с Тейлором, мой друг детства больше не ненавидел меня, или, по крайней мере, не избегал разговоров или взглядов, и хотя это, без сомнения, должно было бы понастоящему меня радовать, мой мозг не мог забыть каждое слово, которое я обменялась с Тьяго. Не важно, что он был со мной груб, или что мы всё время почти ссорились, мне было всё равно. На самом деле я была к этому привыкла... Мои отношения с ним всегда такими и были, за исключением тех моментов, которые я бережно хранила в глубине своей души.

Один из таких моментов был как раз перед тем, как всё разрушилось, и он случился после того, как он поцеловал меня в доме старого мистера Робина. После двух дней, проведённых без встреч, потому что все трое мы заболели от всех сладостей, которые наедались, меня, наконец, отпустили на улицу. Тейлор всё ещё чувствовал себя плохо, и поэтому именно Тьяго пошёл со мной той послеобеденной порой. Это был первый раз, когда мы остались вдвоём, и я до сих пор помню, как сильно я нервничала.

— Пошли, я хочу тебе кое-что показать, — сказал он, взяв меня за руку и потянув за собой. Я последовала за ним без раздумий.

Мы прошли через задний двор наших домов, который представлял собой огромную площадь с травой, и вошли в лесок позади. Здесь мы всегда играли, лазали по деревьям или играли в прятки. Тьяго продолжал идти, пробираясь между деревьями, которые становились всё больше и гуще по мере нашего продвижения. Тогда, когда я уже думала, что мы заблудимся, он остановился перед деревом, которое было гораздо больше других. У него было так много ветвей, на которые можно было залезть, и они были настолько крепкими, что было невозможно сломать их, сидя на них. Тьяго остановился прямо перед частью ствола, где с большой неуклюжестью были вырезаны наши имена, включая имя Тейлора.

— Я нашёл это месяц назад, — сказал он, возбуждённо, — смотри наверх.

Я подняла глаза, и мои глаза расширились от удивления и радости. Там, наверху, была деревянная платформа, сделанная с некоторой неуклюжестью, но напоминающая то, что мы хотели иметь уже очень давно.

— Дом на дереве! — воскликнула я, прыгнув от восторга.

Тьяго посмотрел на меня с сияющей улыбкой.

— Ещё не готово, только основание, но я думаю, что мы сможем закончить её вместе. Будет весело, и здесь мы сможем хранить все наши вещи и ваши игрушки.

Мне не ускользнуло, что он сказал «ваши игрушки», а не «наши игрушки». Тьяго всегда говорил, что уже не играет, потому что он взрослый, но я знала, что он так же взволнован этой домом на дереве, как и я, а может быть, даже больше.

— Хочешь подняться? — спросил он, и я заметила, как он смотрит на меня с лёгким нервозом. Думаю, это был первый раз, когда мы так много разговаривали, не ссорясь. Может быть, всё, что нужно Тьяго, чтобы контролировать свой характер, это чтобы мы с ним иногда целовались. С улыбкой я подошла к нему и поцеловала в щёку. Он удивлённо посмотрел на меня, а потом надулся от гордости.

— Пойдём, принцесса, — сказал он, но на этот раз не дразнил меня. — Позволь показать тебе твой замок.

Я рассмеялась, и мы вместе поднялись на платформу. Там были большие щели между досками, и они были уложены не совсем ровно, но для меня это была лучшая крепость на свете.

После того как мы немного поиграли и залезли на огромные ветки, мы оба сели, свесив ноги, и наблюдали, как белки прыгают с дерева на дерево.

— Знаешь, Кам? — сказал он после того, как мы съели яблоко, которое сорвали с соседнего дерева. — Хотя мы и ссоримся, и я всё время дразню тебя... ты моя любимая девчонка.

Я улыбнулась, услышав это.

— Разве ты не говорил, что я зануда и маленькая девочка? — спросила я, весело качая ногами.

Он нахмурился.

— Ну, ты немного занудная, — сказал он, и я взглянула на него с сердитым видом. — Но ты не такая придирчивая, как я думал, и ты смелая... — добавил он, не в силах скрыть улыбку. — Никакая девчонка из моего класса не решилась бы залезть сюда, например. А ещё ты была потрясающая, когда мы попали в дом мистера Робина... Я думал, ты заплачешь.

— Так вот, теперь ты знаешь, что тебе нужно перестать дразнить меня, — сказала я, пристально глядя на него.

— Я перестану, если ты сделаешь одну вещь, — предложил он с игривой улыбкой.

Я сделала недовольное лицо.

— Я не буду тебя целовать, Тьяго Ди Бьянко, так что забудь об этом.

Он проворчал и откинулся назад, глядя в небо.

— И всё это зря, — сказал он с разочарованием.

Я спрятала улыбку, которая появилась на моих губах.

На следующее утро, после того как я переоделась в спортивную форму и спустилась на завтрак, я заметила, что мой папа был поглощён телефонным разговором, а мой брат играл больше, чем ел, с хлопьями в своей миске. Мама нигде не была, и я этому обрадовалась. У меня не было настроения терпеть её постоянные вопросы о том, как прошла ночь, во сколько я вернулась, кто был на вечеринке... Иногда мне казалось, что она снова переживает свою подростковую жизнь через меня.

— Во сколько ты вернулась прошлой ночью, Камила? — спросила она, появившись сзади.

Я не смогла сдержать вздох и закатила глаза.

— Где-то в двенадцать, не уверена, — ответила я, пока доставала из холодильника клубнику и молоко.

— Я же тебе говорил, что это невозможно. Покупка этого здания была завершена ещё три месяца назад, можешь проверить это с моей секретаршей в любое время, — в это время говорил мой папа. Его обычно спокойное лицо было напряжено, а его рука сильно сжимала мобильный телефон у уха. — Конечно, я это сделаю! — выкрикнул он, заставив нас троих, маму, брата и меня, вздрогнуть.

Мама нахмурила брови и снова посмотрела на меня.

— Кто тебя привёз? — спросила она.

Я воспользовалась тем, что я брала блендер из-под раковины, чтобы выиграть немного времени и придумать убедительный ответ. Я не могла сказать ей, что меня привёз Тейлор, она бы меня убила, если бы узнала.

— Брат Элли предложил подвезти меня, — соврала я, хотя это не была совсем ложь, потому что действительно Джулиан предложил подвезти меня домой.

Мой брат включил телевизор в углу, и звук мультиков заполнил комнату.

— Кто это, брат Элли? Не тот ли парень, от которого её отец отказался все эти годы? — сказала мама, подавая мне блендер с резким звуком и смотря на меня злыми глазами.

— Это её брат, мама, и он будет учиться в этом году вместе со мной, так что привыкни, что он будет проводить время с нами. Он здесь никого не знает, — ответила я, чтобы не слушать её. Я включила блендер, в который уже положила клубнику и молоко. Пусть шум от фруктов, перерабатывающихся в пюре, заглушит мамины предупреждения.

Прежде чем мама успела сказать что-то ещё, папа вернулся на кухню. Он ушёл, пока продолжал кричать на того, кто был на другом конце линии.

— Придётся уехать на эти выходные, есть проблемы в компании, — сообщил он и почему-то уставился на меня.

— Всё в порядке, папа? — спросила я, разливая свой смузи в стакан.

На его лице появилась слегка фальшивая улыбка.

— Всё в порядке. Не переживай, Камил — сказал он, подходя к брату. — Эй, Кэмерон, оставим поход в парк на другой день, ладно?

Мой брат, который уже привык к тому, что наш папа отменяет планы в последний момент, кивнул с серьёзным выражением лица и продолжил, есть хлопья, теперь уже не играя с ними.

—Скажи Прюденс, чтобы собрала чемодан, хватит двух костюмов и двух рубашек... Пусть добавит ещё мою одежду для гольфа. Я заберу её через некоторое время, если смогу вырваться из офиса, — сказал он моей маме, которая кивнула, не особенно беспокоясь.

— Пока, папа, — сказала я, обнимая его. Моя мама подошла к нему и поцеловала его в щеку.

— Будьте осторожны. Вернусь во вторник днём. — После этого он вышел из кухни и ушёл.

— Что происходит в компании, мама? — спросила я, поворачиваясь к ней.

— Ты же знаешь, что я не люблю вмешиваться в работу твоего отца, особенно если там проблемы... Это вызывает у меня головную боль, — ответила она, доставая из сумочки зеркало и помаду ярко-красного цвета.

— Ты куда-то уходишь? — спросила я раздражённо. Кэмерон не мог остаться один, а у меня были планы. После пробежки я договорилась встретиться с Элли, чтобы пойти в торговый центр, нам нужно было купить тетради и канцелярские принадлежности.

Я договорилась пойти в новый спа-салон, который открыли. Это примерно в часе езды отсюда, так что я вернусь только вечером, — сказала она и, прежде чем я успела возразить, добавила: — Кстати, Кэмерон остаётся с тобой.

Мой брат поднял голову и посмотрел на меня.

— Можем пойти в парк, Ками? — сказал он с волнением.

Я не стала унижать своего брата перед мамой, тем более после того, как папа его оставил. Если бы она хотя бы однажды вела себя как настоящая мать, это было бы настоящим чудом.

— Конечно, но сейчас я пойду на пробежку, — сказала я Кэмерону. — Во сколько придёт Прю?

— Прюденс не придёт до вечера, Камила, — ответила мама, выпуская недовольный вздох.

— Тогда я поговорю с Элли, чтобы встретиться с ней позже.

Я вышла из кухни, прежде чем мама успела меня остановить. На веранде я надела наушники и достала свой iPod из кармана. Пока я растягивала ноги и поворачивала бедра, мои глаза непроизвольно потянулись к дому братьев Ди Бьянко. Тьяго косил траву и... господи, он был без футболки. Тейлора не было видно, но я чуть не задохнулась, когда увидела, как из дома вышла госпожа Ди Бьянко.

Катя Ди Бьянко была матерью Тьяго и Тейлора. Она всегда была невероятно красивой, но, будучи брюнеткой с зелёными глазами, она не выделялась рядом с такой женщиной, как моя мама, например. Подумав об этом, я автоматически повернулась к своему дому. Если моя мама встретится с Катей, я не хочу быть рядом. Это будет таким неловким и неудобным моментом, да и опасным тоже.

Чтобы избежать этого, я перестала разминаться и начала бегать. Хотя мне и пришлось пройти мимо их дома, я держала взгляд направленным вперёд. Я знала, что Тьяго смотрит на меня, но продолжала бежать, не здороваясь и не говоря ни слова. Моя мама была бы горда, если бы я вела себя так с этими соседями.

Бег мне помог снять напряжение тех дней и все мои фрустрации. Но когда я вернулась домой, после того как пробежала час, я никак не ожидала найти своего брата снова у соседей. Камерон сидел с игуаной на руке и весело разговаривал с Тьяго и Тейлором. Они оба были там, а вот их мать не виднелась. Я заметила, что, глядя на мой дом, машина моей мамы уже уехала, и эта безответственная женщина оставила моего брата одного, несмотря на то что я ещё не вернулась.

Мой брат увидел меня, и мне не оставалось ничего, кроме как подойти. Я сняла наушники и, хотя я была вся в поту и выглядела ужасно, постаралась выглядеть дружелюбно. Мне бы хотелось, чтобы рядом был только Тейлор, потому что взгляд Тьяго снова заставил моё сердце биться быстрее. Я была благодарна, что он надел футболку, иначе я бы просто не смогла произнести ни слова.

— Ками, иди сюда! Я хочу представить тебя соседям! — сказал мой брат с широкой улыбкой. Ему не сказали, что мы уже знакомы. Боже мой, если мама узнает, что Кэмерон привык забираться в дом Ди Бьянко, начнется настоящий скандал...

Я встала позади Кам и посмотрела на обоих братьев с сомнением, которое было видно на моем лице. Тейлор, без сомнений, был рад, что я подошла, а вот Тьяго... Ну, Тьяго был не так рад.

— Ты на тренировке, соседка? — спросил Тейлор с характерной улыбкой, игнорируя Тьяго, который смотрел на меня с холодом.

— Да, ну... — ответила я, немного сомневаясь, и повернулась к Кэмерону. — Что ты тут делаешь, Кэм? — спросила я, пытаясь не думать, насколько неловкой была ситуация.

— Мне сказали, что я могу помочь с садом. Дома я ничего не могу делать, потому что мама говорит, что этим могут заниматься только садовники. Но Тьяго, вот он, — сказал он, указывая на того, кто смотрел на нас с серьезным выражением, — сказал, что я могу помочь ему с пилой. Представляешь, Ками, я смогу что-то пилить. Мои друзья будут в шоке!

Слово «шокировать», которое в тот момент было любимым выражением моего брата, мне не показалось подходящим для описания ситуации.

— Хочешь пойти со мной в магазин рядом? — спросил Тейлор с хорошим настроением. — Нам нужно убрать все сорняки сзади, и мне понадобится много садовых принадлежностей.

— ПОЙДЁМ! — закричал мой брат, так сильно разволновавшись, что чуть не уронил игуану, когда начал прыгать.

— Нет, Кэмерон, в другой раз. Мне нужно принять душ и приготовить тебе еду... — я заметила разочарование на лице Тейлора.

— Нет, Ками! Пойдём, пожалуйста! Мне так скучно! — начал настойчиво просить мой брат, глядя на меня своими голубыми глазами, которые не оставляли меня равнодушной.

Я заметила, как Тьяго отстранился и наклонился, чтобы собрать то, что он нарезал с помощью садовых ножниц. Он повернулся к нам спиной и продолжил работать в саду.

— Мне не трудно взять его с собой, если ты не можешь, — сказал Тейлор, глядя на моего брата, который продолжал уговаривать меня. — Это рядом, мы быстро вернёмся.

Я знала, что Кэмерон будет в хороших руках, но не хотела навязывать Тейлору заботу о нем — это моя работа.

— Не переживай, в другой раз пойдём все вместе, — сказала я, и мой брат начал возмущаться.

На лице Тейлора появилась улыбка.

— Мне не трудно, Ками, — настоял он, и я поняла, что он говорил серьезно.

Я не могла позволить ему пойти. Если мама узнает, она меня убьет.

— Извини, но я предпочитаю, чтобы он остался здесь со мной. — Даже я поняла, как резко это прозвучало.

Мой брат стал злиться.

Ты скучная, Камила! — закричал он и побежал к дому.

Когда он называл меня полным именем, это всегда было плохим знаком, особенно когда он говорил так же, как мама, когда она на меня злилась.

Мне было стыдно, но я не могла позволить своему брату общаться с ними. Это просто было неприемлемо, и я не могла разрешить ему делать это. Нам это строго запрещалось. Мой брат никогда бы не понял, но я понимала.

— Увидимся, — попрощалась я.