– Сейчас или никогда, – прошептала Кира, расправляя крылья на ходу. Пламя разлилось по венам, затопило ребра, вспыхнуло в пальцах.

Пыль била в лицо, резала глаза, дыхание рвалось, но она не останавливалась. Там, за скальным уступом, пульсировала магия. Живая. Узнаваемая. Финорис.

За спиной посыпались выкрики, топот, металлический звон.

– Только попробуй сдохнуть, я тебя достану и там, Скайфолл, – огрызнулась Мирра, мчась за Кирой.

– Встань в очередь, – прорычал Шеду, и черные крылья с треском взметнулись за его спиной. Серебро в глазах плавилось от ярости.

Лексан держался сбоку. Его тень скользила по земле, растекаясь щитом, готовая сомкнуться или ударить в любой момент.

Огонь Киры вырвался не бесконтрольно, как раньше, – он слушался. Вспыхнул на ладонях, закрутился кольцом, заплясал по воздуху, точно зная, кого искать.

Первый тенебр осел в пламени, как вспыхнувшая солома. Нет, не сгорел, но остановился. И этого было достаточно, чтобы пробраться дальше, ближе к разлому.

– Контакт! – рявкнул Лексан, взлетая над неровным рельефом. – Левый фланг! Восемь… нет, девять!

Пустошь не давала маневрировать, и приходилось прилагать больше усилий, чтобы оставаться в воздухе. Но это лучше, чем быть затоптанным тварями при неудачном раскладе. Один из зарядов Лексана попал в склон, вызвав взрыв, – камни лавиной хлынули вниз.

Кира не сбавила темп. Она разрезала воздух руками. Не щадила себя: ей не нужно было выжить, ей нужно было отвлечь как можно больше тенебров.

Монстры вылезали отовсюду: из трещин, щелей, прямо из клубящегося марева. Неорганизованные, и в то же время… слаженные. Словно кто-то управлял ими.

Справа от Киры, почти на краю поля зрения, двигался Шеду. Он держал дистанцию. Не ближе, не дальше – ровно столько, чтобы не порвалась связь. Если бы Кира споткнулась, он бы ее поймал. Но сейчас у нее была другая цель. Ее злило, что вместо того, чтобы искать Финорис, остальные ринулись за ней.

Мирра летела слева. Крутилась вихрем. Держала фланг, ругалась и направляла пламя так точно, будто метала проклятия.

Фирен бежал напролом, перепрыгивая через камни и кусты. Он чувствовал Финорис. Кира это знала, надежда была только на его связь.

– Там! Защитный купол! – крикнул он. – Тридцать шагов! За гребнем!

Аарон появился сбоку от Киры почти без звука. Отбил атаку тенебра, подобравшегося к ней со спины.

– Давай, отходим! – бросил он, пытаясь схватить ее за руку и потащить за собой. – Еще пара таких залпов, и они все вцепятся в тебя.

– В этом и смысл! Уходи! Фирен ее нашел! Ты нужен там! – Кира выстрелила. Пламя взметнулось, закручиваясь кольцом, и охватило трех тенебров сразу. Один взвыл – звук был глухой и трескучий, словно ломающееся стекло.

Голову пронзило болью.

– Не дай им сомкнуться вокруг тебя! – крикнул Аарон. – Что-то ими управляет, Дракон тебя дери!

И в этот момент разлом дрогнул.

Воздух над ним задрожал, как над расплавленным металлом. Камни будто сдвинулись, пространство вывернулось, и новые тенебры стали выползать на поверхность.

– Движение! – Лексан рванулся. – Слева тоже!

– Кира, к куполу! – закричал Фирен. – Прорывайся!

Она уже видела его – тонкий пузырь из защитной магии, как трепещущий шар. Внутри в голубоватом свечении виднелись три фигуры: Финорис, рядом – Айзек и Зарак.

Их магия – тень и пламя – едва удерживала купол.

Кира рванула вперед, к ним. Ладони горели. Взорвалась огненная дуга – тенебр отлетел обугленным месивом к земле, но продолжал атаковать. Шеду тут же нырнул рядом, став живым щитом между Кирой и тварью, давая Кире спокойно пролететь к Финорис. Его тени змеились под ним по земле. Они связывали, резали, останавливали тех, кто нападал снизу.

– Справа – крупный! – Мирра метнулась вверх, сверкая клинками, лапа тенебра задела ее ногу, рассекая кожу. – Мне рано умирать, понятно?!

– Не дам. – Лексан кинул сгусток тени – взрыв магии отбросил тенебра в яму.

Наконец они прорвались к пленникам. Защитный купол дрожал, готовый рассыпаться. Кира протянула руку – магия узнала ее и впустила. Приземлившись, Кира шумно затормозила о камни и песок, на ходу убирая крылья.

– Фин, мы здесь, – выдохнула она, подбегая к подруге и падая на колени.

Финорис подняла глаза. Лицо – белое, как полотно.

– Вы… пришли, – прошептала она.

– Да. – Кира положила ладонь на ее плечо. – Мы рядом.

Финорис держала Айзека за руку. Их магии смешивались – ее огонь переплетался с его тенями, образуя защитный купол. Вот как они продержались так долго. Защита слабая – купол еле держался, и все же они были живы. Чуть в стороне от них сидел Зарак, его темные волосы были спутаны, а на щеке застыла грязь, смешанная с засохшей кровью, но в глазах его горел вызов. Он крепко сжимал амулет с изображением Дракона и Феникс – символ единства, в которое он отчаянно верил.

– Зарак, я рада, что ты жив. – Кира внимательно осмотрела его.

– А еще свеж и светел. – Он хрипло усмехнулся. – Признаться, надеялся встретиться с вами при менее трагических обстоятельствах.

Лексан, ввалившись под купол вместе с Фиреном, моментально оказался рядом с Финорис.

Шеду прикрывал тыл и зашел после брата. Оценив обстановку внутри, он направил часть своей силы в купол, подпитывая его и не давая рухнуть. Кира видела, как Умбра, обретя форму Дракона, взмыла над разломом и ударила по самому крупному тенебру. Он пошатнулся, но устоял. Тогда она закрутилась вихрем, обвила его тело и, раскрыв гигантскую теневую пасть, откусила ему голову.

Тварь рухнула на землю, из обрубка текла густая темная жижа. Но, даже обезглавленный, он не умер: изуродованное туловище дергалось и тянулось к куполу, все еще пытаясь прорваться к ним.

И Кира поняла: добраться сюда было серьезным испытанием, но выбраться отсюда – задача посложнее.

Желательно живыми.

Лексан опустился рядом с Финорис. Его руки дрожали, когда он дотронулся до нее, сначала ладонью, потом не выдержал и осторожно обнял ее, так, словно любое резкое движение, и она снова исчезнет.

Финорис коротко кивнула ему, обмякла в его трепетном объятии и… прикрыла глаза.

– Эй, Фин, не вздумай, – тихо, но резко сказал он. – Если ты вырубишься, я тебя поцелую. Прямо тут.

Она фыркнула, почти беззвучно, но глаза так и не открыла:

– Тогда я точно потеряю сознание.

– Так и знал, – пробормотал он и аккуратно сдвинул прядь волос с ее лба.

Кира смотрела на них – и в груди разливалось тепло. Потому что это было настоящее. Грубое, измученное, искреннее.

Фирен, до этого молча сжимавший кулаки, подошел к Финорис. Его ладони загорелись ровным светом. Он присел на корточки, коснулся ее плеча – и передал ей магию через их связь.

Финорис вздрогнула, открыла глаза и благодарно вздохнула.

– Ты… – Она глянула на него. – Оставь себе, не отдавай все. Это опасно.

– Я чувствую тебя, Фин, – мягко сказал он. – Всегда чувствую. Не вздумай исчезать. – Этот огромный качок всхлипнул. – Что я маме скажу?

Финорис улыбнулась уже бодрее, ее сила возвращалась на глазах.

– Я прикрою твой зад, как всегда.

Шеду, все это время державший купол, вздрогнул от глухого удара снаружи и поморщился. Все будто вспомнили о том, где находятся, и о том, что не время болтать.

– Что случилось? – спросила Кира. – После того, как вас… протащили туда.

– Мы побывали в заднице Дракона и вышли почти целыми, клянусь, – Зарак был искренне рад видеть друзей даже в такой странной обстановке.

– Дружище, не слишком ли ты драматизируешь? – Тон Лексана был насмешливым, но взгляд выдавал облегчение и искреннюю радость. – Надо было просто дождаться нас и не геройствовать.

Зарак едва заметно улыбнулся, чуть приподнимая подбородок, словно бросая вызов самой смерти:

– Ну ты же меня знаешь, Лекс, терпение никогда не было моей сильной стороной.

Финорис тихо вздохнула, переводя взгляд на Зарака, в ее глазах отразилась искренняя благодарность.

– Без него мы бы не продержались, – тихо сказала она. – Он не позволял нам опускать руки. Говорил, что вы обязательно придете.

– Так и вышло. – Кира сжала ее плечо чуть сильнее, а затем посмотрела в глаза Зараку. – Ты молодец.

Зарак склонил голову в знак благодарности, потом снова взглянул на Лексана и улыбнулся с вызовом:

– Видишь, иногда оптимизм работает лучше, чем твой вечный сарказм.

Лексан поднял бровь, усмехнувшись:

– Не увлекайся, драконит. Когда выберемся отсюда, тебе придется выдержать мой сарказм в тройной дозе.

– Жду с нетерпением, – усмехнулся Зарак.

Кира смотрела на это краткое, почти дружеское взаимодействие и ощущала, как в груди зарождается надежда. Даже сейчас, среди хаоса и опасности, их единство было сильнее любого страха.

– Так на что это похоже? Разлом?

Финорис выглядела уже значительно бодрее, она даже выпрямилась, и Лексану уже не нужно было ее поддерживать, чтобы она не рухнула на землю.

– Я не сразу поняла, где мы. Разлом – это не место. Это разрыв в пространстве, в который тебя втягивает. Будто землю убрали из-под ног и ты падаешь, но дна нет.

Кира слушала. Шеду стоял позади – молча. Его тени ползли по куполу, сдерживая атаки тенебров.

– Когда мы пришли в себя, – продолжала Финорис, – было… странно. Нас просто оставили. Не пытались нас убить. Они… словно ждали чьей-то команды.

– Чьей-то команды? – переспросила Кира.

Финорис слабо кивнула:

– Я пыталась понять. Магия там… Она не течет. Она висит, как разорванная паутина. Ни одного импульса.

– Значит, Пустошь их не подпитывает, – вставил Лексан хмуро.

– Она их формирует, – добавила Финорис. – Или… переплавляет. Я не уверена.

– И они вас не тронули? – тихо спросила Кира.

– Нет. Разлом выплюнул нас уже на этой стороне – мы оказались у самого края, почти на поверхности. Мы просто лежали – никто не приближался. Даже когда Айзек застонал от боли. Только когда мы попытались уйти, выбрались из разлома… один из них ударил. Он порвал ему бедро. Если бы не магия щита…

Кира перевела взгляд на Айзека – тот был без сознания, бледный, но живой. Он едва дышал. Финорис продолжала держать его за руку.

– И вы… оказались здесь и смогли удержать купол?

– Да. Далеко уйти не получилось, как видишь. Но мы использовали то, что сделали вы с Шеду. – Финорис посмотрела на Киру в упор. – Я… не совсем понимаю, почему, но… когда магия соединяется… огонь и тень, она стабилизируется. Становится плотнее, как кристалл. Не хаос, а система.

Шеду глухо отозвался:

– Потому что они противоположности. Каждая из них тянет в свою сторону. Но если соединить вместе, они уравновешивают друг друга.

Зарак решительно кивнул, в его глазах горел энтузиазм:

– Когда я вспомнил, как это работает у вас, я понял, что мы тоже справимся. В единстве есть сила, которой нет ни в огне, ни в тени по отдельности. Я хочу, чтобы все однажды осознали это.

Лексан потрепал его по плечу, с усмешкой и теплотой одновременно:

– Ты еще всех нас поучишь, Зарак. Если выживем.

Тот рассмеялся, устало, но искренне:

– Когда выживем. У меня слишком много планов, чтобы умереть прямо сейчас.

Кира встала, уступая место Фирену и Лексану, и они тотчас склонились над Финорис снова. Лексан аккуратно взял ее за руку. Внутри купола стало тихо. Зарак сумел заразить всех своей уверенностью.

Кира почувствовала на себе тяжелый взгляд Шеду и, набравшись храбрости, повернулась к нему.

– Что-то хочешь мне сказать, Шеду? – Она вздернула подбородок выше.

Он хотел выплеснуть гнев. Сказать, что она могла погибнуть, что ее безрассудный рывок мог все разрушить. Слова стояли комом в горле.

Но когда Кира замерла перед ним, молчаливая и упрямая, он не сказал ничего. Только протянул к ней руку, и его пальцы коснулись ее шеи. Там, где билась венка.

Жар и тьма встретились, переплелись, и по ее телу пробежала дрожь.

Шеду наклонился к ней, почти касаясь губами ее виска.

– Больше так не делай. Если бросишься в пекло, я пойду за тобой, – тихо прошептал он и притянул ее в свои объятия, закрывая своим телом, будто пряча от целого мира.

В эту минуту под магический купол влетел Аарон и остановился у самой его границы.

В его руках – окровавленный клинок, щека рассечена, рукав разодран. Увидев Киру в объятиях Шеду, он отвернулся, сжав зубы.

– Купол долго не выдержит, – бросил Аарон в сторону. – Если собираетесь придумывать план, как свалить отсюда, делайте это быстрее.

Кира даже не обернулась.

Шеду обнял ее еще крепче, замерев ненадолго, чтобы запомнить живое тепло ее кожи и бешеный ритм сердца. Потом разжал руки и отпустил, понимая, что им действительно пора выбираться.

Появление Мирры сопровождалось глухим стоном. Она осела на землю у свода купола, вытянув ногу. Кровь все еще сочилась, но рана постепенно затягивалась.

Фирен, заметив ее, отвернулся от сестры, резко встал и подошел осмотреть ее ногу.

– Если кто-то решит, что я ною, – это не нытье. Это прелюдия к красивой гибели, – пробурчала она, не глядя ни на кого. Потом будто вскользь посмотрела на Фирена. – Я, если что, завещаю тебе свой плащ. Он тебе будет к лицу.

– Ты не умрешь, – коротко сказал он даже не моргнув.

– Романтично, – фыркнула она. – Правда, мне бы хватило банального «Держись, Мирра».

– Я тебе не нянька. – Но голос предал его, дрогнув.

Мирра вздохнула, повернула ногу, чтобы ему удобнее было обследовать рану, и откинулась на локти:

– Да знаю я. Ты у нас – моральный компас. Один раз отклонился, и всю жизнь себе не простишь.

Фирен отвел взгляд. А она добавила, уже тише:

– Ты выбрал сторону Киры тогда. Я не злюсь. Раньше злилась. – Она замолчала на секунду. – Но это не значит, что я разучилась любить тебя. Или хотеть сдохнуть рядом с вами, а не где-то в одиночку.

Он резко поднял на нее глаза. В них на миг мелькнула боль и вина.

– Ну и молчи, – буркнула она. – Все по старой схеме.

И прикрыла глаза.

Но улыбка на губах дрожала: он не отвернулся.

– И на этой прекрасной ноте пора придумывать, как отсюда выбираться. – Лексан, удостоверившись, что Финорис окончательно пришла в себя, все еще крепко держал ее за руку.

Снаружи было тихо.

Слишком. Будто все, что пряталось за границей купола, затаило дыхание – в ожидании одного-единственного движения.

Первой это почувствовала Кира.

Она встала, прислушалась – и поняла, что разлом перестал гудеть.

– Что-то не так, – пробормотала она. – Они не нападают.

– Это настораживает, – сказал Шеду.

Купол дрогнул – легкая вибрация, словно кто-то коснулся его изнутри, прошла по всему периметру защиты. Фирен поднял голову и проследил за мерцающими линиями защитной магии, переплетенной с тенями драконитов.

– Купол пульсирует. Магия нестабильна. Нам нужно уходить. Немедленно.

– Да, – подтвердила Финорис и, опираясь на Лексана, поднялась на ноги. – Пока у нас еще хватает магии, чтобы держать купол. Но если он рухнет, мы останемся зажаты у скалы и не вытащим Айзека.

Шеду посмотрел на лежащего в полуобморочном состоянии Айзека, затем скользнул взглядом по куполу, добавил:

– Умбра шепчет, что тенебры окружают нас. Подкрадываются со всех сторон, – Шеду обратился к Кире.

Заметив непонимание в глазах Мирры, Шеду кратко пояснил:

– Так зовут мою тень.

– Замечательно, – процедила Мирра. – А у этой твоей Умбры случайно нет плана, как нас отсюда вытащить?

Кира смотрела в стену купола. Там, в отражении пульсирующего света, промелькнуло что-то искаженное. Как будто Пустошь смотрела в ответ.

– План есть, – сказала она.

Все замерли.

– Мы прорвемся через западный гребень.

Кира указала в сторону расщелины, которая едва просматривалась между скал.

– Магия Пустоши там слабее. Если прорвемся сейчас, пока они не сомкнули ряды вокруг нас, сможем взлететь к верхним плато.

– Или все сдохнем красиво, – усмехнулась Мирра.

– Я за красивое, – сказал Лексан. – Согласен, Фирен?

– Согласен. Но я первым пойду.

Он уже поднимал Айзека, перекидывая его через плечо.

Шеду смотрел на Киру:

– Ты в центре. У тебя – ключ к магии. Я буду сдерживать их тенями, но, если потеряешь контроль над своим пламенем, накроет нас всех.

Она кивнула:

– Тогда держись ближе. Мне легче его контролировать, когда ты рядом.

Трещина прошла по куполу.

– Время вышло, – бросил Аарон. – Пора.

Тьма за пределами купола зашевелилась. По поверхности пронесся скрежет – визгливый и режущий, словно когти по стеклу.

И кадеты рванули.

* * *

Купол рухнул не с громким треском, а с долгим, тянущимся стоном, сама земля устала держать его. Магия брызнула по коже, искрами обожгла пальцы, рассыпалась жаркими каплями. Кира выдохнула и бросилась вперед, сквозь рваную пелену тьмы.

Первый удар тенебра пришелся на Лексана, но он уклонился, ответив молниеносным выпадом. Мирра прикрывала его спину, ее пламя создавало защитный барьер от атак приближающихся тварей. Кира бросилась вперед, ее меч рассекал воздух, оставляя за собой следы магического пламени. Шеду бежал рядом, его тени танцевали вокруг, отражая атаки врагов. Аарон замыкал строй.

Зарак быстро шел рядом с Лексаном и Финорис, прикрывая их фланг. Он успел коротко улыбнуться другу, тихо бросив:

– Когда выберемся отсюда, я построю дом в Дрейфующем лесу. Ты будешь приезжать на выходные. И пить мое ужасное вино.

Лексан хмыкнул, отбивая очередной удар тенебра, и бросил в ответ:

– Согласен, если ты пообещаешь попробовать и мое. Я придумал новый рецепт – он еще хуже.

Они оба рассмеялись коротко и неловко, будто знали, что обещание может остаться неисполненным.

Кира прорезала тьму огненным всполохом, а Шеду направил поток теней, усиливая ее атаку. Первый тенебр рассыпался в пыль. Это было ярко, ошеломляюще эффективно.

– Драконья пасть, надеюсь, вы еще раз так сможете! – проорала Мирра где-то сбоку, отбиваясь от твари с шестью крючковатыми лапами и провалами на месте глаз.

Кира поймала взгляд Шеду. Их силы снова соединились, слились воедино. Но запас магии не был бесконечен, теперь главное было добраться до расщелины.

Кто-то из кадетов попытался взлететь, но Пустошь рвала воздушные потоки, заставляя вернуться на землю. Тенебры перегруппировывались, зажимая кадетов в котел, будто у них было единое сознание.

– Прорывайтесь дальше! – выкрикнул Фирен, таща на себе Айзека.

Зарак повернулся, встретившись глазами с Кирой:

– Мы вас прикроем, идите! Я не дам им подойти сзади.

– Встретимся на той стороне! – Кира коротко кивнула и устремилась дальше.

Он развернулся к тенебрам, преследовавшим их, и вместе с Лексаном и Финорис встал, страхуя отступление остальных.

Тенебры двигались потоком – бесформенные, местами гниющие тела, будто слепленные из вязкой слизи. Их морды искажались в безмолвном крике, который пробирал до костей, лапы с когтями царапали камни, кроваво-красные глаза выискивали добычу.

Мирра, прикрывавшая левый фланг, вскрикнула, когда один из тенебров сорвался вперед и вцепился в плечо Зарака. Челюсти сомкнулись с диким треском.

Кира обернулась и увидела, как Зарак падает на землю, с силой врезаясь коленями в камень. Тварь рвала его плечо когтями и зубами, но он бил другой рукой, выпуская теневое пламя из ладони. Лексан подбежал ближе, тени хлестнули по крыльям монстра, заставив того взвыть и отпустить добычу.

– Нет, нет, нет! – закричала Финорис.

Зарак тяжело поднял голову, улыбнулся слабой, дрожащей улыбкой и, встретившись взглядом с Кирой, прошептал:

– Мы ведь хотели мира, верно?

Его глаза закатились, а тело медленно осело на камень.

Лексан, отчаянно стиснув зубы, метнул сгусток теневой магии, отбрасывая тенебра назад. Финорис бросилась к Зараку, но Кира уже знала: он мертв.

Шеду увидел, что Кира застыла на мгновение, и ринулся наперерез тенебру, что нацелился на нее.

Кира смотрела на неподвижное тело Зарака, на Лексана, сгорбившегося от ярости и горя, и на Финорис, которая сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. По щеке Киры, покрытой запекшейся кровью, скатилась слеза.

Справа, на расстоянии нескольких метров, раздался глухой хрипящий клекот. Кира встретила этого тенебра всепоглощающей яростью. Огонь, усиленный тенями Шеду, вырвался наружу, и тварь сгорела дотла.

– Мы не оставим его так.

Шеду, в немом согласии, мягко обвил тенями тело Зарака, и отодвинул его за ближайший валун, пообещав, что вернется за ним во чтобы то ни стало.

Они побежали дальше, к скоплению тенебров впереди. Кира и Шеду старались держаться вместе. И когда наступил удобный момент, ударили одновременно, разметав не менее десяти тенебров впереди и освободив путь. Спасение было близко.

– Пятьдесят шагов! – закричал Лексан, отбрасывая очередного тенебра в сторону. Но именно в этот момент разлом содрогнулся снова, выбросив новую волну искажений.

Тенебры вновь сомкнули ряды, отрезая им путь к спасению, и Шеду, стиснув зубы от ярости, выпустил наружу весь свой гнев. Умбра взметнулась в воздух, расправив свои тени огромными крыльями, и врезалась в толпу тенебров, разрывая их на части. Но даже она быстро теряла силы под напором врага.

Кира ощутила, как магия внутри нее начала рваться, дыхание сбивалось, будто воздух был наполнен стеклянной крошкой. Шеду стоял рядом, сжав кулаки, в его глазах пылали ярость и отчаяние.

– Надо прикрыть их! – крикнула Кира, указывая назад, но продолжая стремительно двигаться к западному гребню, к узкому ущелью между скалами, где тенебрам будет сложнее преследовать их.

Шеду оглянулся на Фирена с Айзеком на плече и Аарона. Они оказались зажатыми в плотном кольце из тенебров.

– Они не пробьются! – выкрикнула Мирра, и меч вспыхнул в ее руках. Она рубанула по очередному тенебру, и тот отшатнулся, шипя от жара, но не исчез. – Мы теряем их!

Со всех сторон давили крики, удары, топот тенебров. Кира ощутила холодный всплеск паники, но заставила себя собраться, сосредоточиться, дышать. Она вспомнила то, чему училась все эти годы: нельзя позволять тревоге овладеть собой. Магия могла подвести, но натренированное тело – нет.

– Вместе! – Голос Шеду прорезал хаос битвы. Он рванулся вперед первым, направляя мощный поток теней навстречу тенебрам, и в ту же секунду Кира выплеснула пламя, превращая удар в яростный, разрушительный вихрь. Перед ними образовался коридор, выложенный тушами тенебров.

Фирен, придерживая Айзека, проталкивался вперед. Аарон бежал сзади, прикрывая их с тыла.

– Скорее! – крикнула Финорис, бросаясь в открывшийся проход. Лексан тащил ее за руку, отчаянно стараясь удержать равновесие. Мирра следовала за ними, прикрывая огнем из последних сил. Лексан убедился, что обе фениксидки в безопасности в ущелье, и развернулся к остальным.

Но проход между тенебрами стал быстро смыкаться – они заполняли собой освободившееся пространство, заслоняя просвет, и снова блокировали путь к спасению.

– Нет! – вскрикнула Кира, привлекая внимание Шеду. Она увидела, что трое замыкающих отрезаны стеной из тенебров. Ущелье было уже прямо перед ней – рукой подать, но без своих товарищей она не зайдет.

Фирен оглянулся через плечо на Аарона:

– Дружище, нам рано умирать! Еще чуть-чуть!

– Я прямо за вами, – крикнул Аарон, – выбирайтесь!

Шеду бросился назад. Кира и Лексан прикрывали его спину, отбивая атаки. Умбра в образе Дракона взвилась и ударила в тенебров сверху, разметав ближайших. Шеду направил свои тени в открывшееся пространство, они сомкнулись вокруг Айзека, снимая его с плеча Фирена. Освободившись, тот с мечом в обеих руках стал пробиваться навстречу Кире и Лексану. Они вырвались из ловушки и добрались до узкого прохода в скалах. Следом Шеду протолкнул Айзека и измотанного Фирена.

– Идите! – крикнул Шеду Фирену. Тот, выбившись из сил, остановился в проходе, склонился, упершись руками в колени, и хватал равно воздух.

Шеду вернулся обратно, чтобы помочь Аарону. Он увидел тенебра, что ближе всех подступился к Аарону, и без раздумий бросился на него, отталкивая Аарона и принимая удар на себя. Отбиваясь сразу от двух тварей, он ухмыльнулся Аарону:

– Ты мне теперь должен выпивку до конца дней, приятель!

Тенебры навалились сильнее, но Шеду держался, отбивая их удары.

Меч вошел в спину Шеду внезапно и без предупреждения – жестко, стремительно, безжалостно.

Шеду дернулся вперед, его глаза расширились от потрясения и непонимания. Дыхание замерло в горле.

Безмолвный крик разорвал пространство – Умбра.

Шеду пошатнулся и медленно опустился на колени, борясь с темнотой, которая стремительно накатывала на него. Серебро в его глазах вспыхнуло последними искрами удивления и боли.

Кира вбежала в ущелье, но вдруг споткнулась и замедлилась: нить связи с Шеду дернулась под кожей. Она остановилась и обернулась назад.

Аарон смотрел на нее. Его лицо было спокойным, безразличным, будто он только что сделал самую обыденную вещь в мире.

Он уперся ногой в спину Шеду и вытащил окровавленный меч. Багряное лезвие отразило всполохи тенебров за его спиной.

– Аарон? – прошептала Кира, страх ледяным потоком прошел по ее телу.

Его глаза были как два непроницаемых темных озера.

Кира закричала и кинулась к нему. Боль вырвалась вместе с магией – пламя сорвалось с ладоней, не слушаясь ее.

– Прости, – выдохнул Аарон, сжимая рукоять меча. – Это единственный способ спасти тебя.

Шеду цеплялся за образ Киры, пытаясь встать на колени. Хриплый вздох сорвался с его губ. Его тени вокруг истончались и таяли.

Кира бросилась вперед, подхватывая Шеду, но внутри уже разрасталась пустота – огромная, бездонная, как сам разлом, и в этой пустоте разбилось ее сердце.