Гурни притормозил «Аутбэк» там же, где парковался прежде. Игнорируя полицейские предупреждения о запрете пересекать линию, он направился к тротуару, тянувшемуся вдоль кромки поля.

Он двинулся медленно, стараясь как можно точнее воспроизвести движения Стила, отпечатавшиеся у него в памяти по видеозаписям RAM-TV. Шел, глядя налево — на ровное, аккуратно подстриженное поле, где толпа, повернувшись спинами к тротуару, собралась на демонстрацию. На противоположном краю открытого пространства высилась платформа — несомненно, та самая, с которой выступали представители BDA. На краю поля застыла в вызывающем одиночестве спорная статуя полковника Уилларда.

Он продолжил идти, время от времени останавливаясь — как это делал Стил — будто бы вглядываясь пристальнее в ту или иную часть толпы. Первые четыре дерева, мимо которых он прошел вдоль кромки поля, оказались высокими, но узкоствольными. Пятым была массивная сосна — именно в ней застряла пуля в стальной оболочке, прошедшая через нижнюю часть черепа, мозг и лицевые кости Стила.

Он прошел туда и обратно еще трижды, вновь и вновь прослеживая путь, по которому Стил шел к своей смерти, и воображая красную точку лазерного прицела, неотступно сопровождавшую его на каждом шагу. Мысленное воссоздание события оказалось настолько явственным, что на мгновение у Гурни возникла тревожная иллюзия — будто точка легла ему на затылок. В конце третьего прохода он остановился у большой сосны и занял положение, в котором находился Стил в момент выстрела. Боковым зрением заметил кровавое пятно там, где рухнул мужчина, чья жизнь оборвалась в одно мгновение. Джон Стил. Муж Ким Стил. Чей-то сын. Чей-то друг. Чей-то партнер. В один ужасный миг превращенный в чьё-то воспоминание, в боль в чьих-то сердцах, в коричневое пятно на бетонном тротуаре.

Гурни внезапно накрыла волна острого горя, заставшего его врасплох. Грудь сдавило, горло перехватило. Глаза наполнились слезами.

Он не заметил, как сзади подошел полицейский, пока не услышал знакомый, неприятный голос:

— Ладно, приятель, тебя сегодня утром совершенно недвусмысленно предупредили о пересечении…

Полицейский оборвал фразу на полуслове, когда Гурни обернулся к нему лицом.

Несколько секунд никто не произносил ни слова.

Гурни грубо смахнул тыльной стороной ладони слезы.

— Бекерт в курсе, что я здесь.

Полицейский моргнул, всматриваясь в него, и, наконец, до него дошло.

— Вы… э-э-э… знали офицера Стила?

— Да, — сказал Гурни. И не почувствовал, что это ответ наполовину ложный.

Вернувшись в конференц-зал штаб-квартиры, он увидел Торреса и Клайна на местах — оба проверяли телефоны. Кресло шерифа пустовало. Мэр, однако, сидел на своем обычном месте у торца стола и был целиком поглощен яблочным пирогом из пластиковой коробки. Его рыжеватая прическа была слегка растрепана.

Гурни сел рядом с Клайном.

— Мы потеряли шерифа?

— Он в тюрьме. Похоже, один из задержанных из BDA хочет обменять сведения о нашем так называемом третьем человеке на разрешение выйти из тюрьмы. Гудсон предпочитает проводить такие допросы лично, — по тону Клайна было ясно: оптимизма шерифа он не разделяет.

Гурни повернулся к мэру:

— Слышал, вы были сегодня заняты на ланче в «Ротари».

Шакер сглотнул, большим и указательным пальцами смахивая крошки с уголков рта.

— Лучше бы это назвали «Обед с Рото-Рут», — по тону выходило, что он счел шутку остроумной и ожидал уточняющих смешков.

Гурни промолчал.

— Звучит неприятно, — заметил Клайн.

Дверь распахнулась — вошел Бекерт. Он сел, открыл ноутбук, проверил время.

— Уже час пятьдесят. Пора возобновить совещание. На данный момент Джадд и его группа продолжают обыск на территории Гортов. Они уже нашли компьютерные доказательства, связывающие их с «Рыцарями восходящего солнца», а также некоторые вещественные улики, которые могут напрямую связать их с Джорданом и Тукером.

Клайн распрямился.

— Какие у вас вещественные доказательства?

— Еще вернемся к этому. Сначала хочу показать несколько фотографий. Они дадут вам некоторое представление о парочке безумцев, с которыми мы имеем дело, — он нажал клавишу на ноутбуке, и на мониторе появилась первая фотография.

На снимке — проселочная дорога, окруженная вечнозелеными посадками, ведущая к воротам в высоком сетчатом заборе. К забору прикреплены два квадратных щита. На левом — две строки, написанные от руки, но с этого расстояния разобрать их было невозможно. На правом — помимо трех строк — торчало нечто, похожее на настоящий человеческий череп.

Следующий кадр приблизил левый знак:

ЗАКОНЫ ЧЕЛОВЕКА — ОРУДИЯ САТАНЫ

ПРАВИТЕЛЬСТВА ЛЮДЕЙ — ЛОГОВО ЗМЕЙ

На третьей фотографии крупным планом показали знак с черепом. Теперь было видно, что череп пригвожден к щиту короткой стрелой, древко и оперение которой торчали из левой глазницы. Гурни узнал в ней арбалетный болт — снаряд мощнее и смертоноснее обычной стрелы. Слова под ним были не привлекательнее:

СОБСТВЕННОСТЬ ЦЕРКВИ

ДОСТУП ОГРАНИЧЕН

ПОСТОРОННИЕ, БУДЬТЕ ОСТОРОЖНЫ

Шакер краем глаза следил за экраном, попутно тыкая пластиковой вилкой в углы формы, выскребая последние крошки пирога.

— Когда видишь этот череп, невольно задумываешься, чей он. И как он оказался там, у черта на куличиках. Понимаете, о чем я?

Никто не ответил.

Бекерт выдержал паузу и перешел к следующему снимку:

— Это копия фотографии, которую Джадд нашел в лотке компьютерного принтера в домике Гортов.

Шакер растерянно заморгал:

— Повтори еще раз?

Бекерт повторил свою фразу с такой неторопливостью, которую иной счел бы оскорбительной, но Шакер лишь кивнул:

— Фотография из фотографий. Понял.

На экране возник образ трех странных фигур в комнате с бревенчатыми стенами и каменным камином. Двое — худощавые бородатые мужчины в камуфляжной охотничьей одежде. Один значительно выше другого — столь сильно, что Гурни невольно решил: чтобы объяснить такую разницу, один из них должен быть великаном, а другой — карликом. Между ними стоял крупный черный медведь — хотя «стоял» не совсем подходило, поскольку тело удерживала веревка: одним концом — петлей — она была затянута на толстой шее медведя, другим крепилась к низкой потолочной балке. На каминной полке над очагом выстроились несколько арбалетов с охотничьими прицелами. А над ними, по неровной дуге на стене, были приколоты десятки охотничьих болтов с широкими наконечниками.

— Горты с очередным трофеем, — сказал Бекерт.

— Горты? — переспросил Гурни. — Я думал, ты сказал, что они близнецы.

— Так и есть. У одного рост шесть футов два дюйма, у другого — четыре фута десять. Во всем остальном они идентичны. То же лицо, тот же голос, то же безумие.

— Весеннего сезона охоты на медведя ведь нет? — спросил Клайн.

— Абсолютно нет.

— Значит, они просто делают, что хотят, — охотятся, когда вздумается, в сезон или нет.

— Уверен, они предпочитают вне сезона. Еще один способ послать закон к черту.

— Они ловят рыбу динамитом, — заметил Шакер, вонзая маленькую белую вилку в очередной уголок своей коробки.

Гурни уставился на него:

— Динамитом?

— Когда каменоломню «Братья Красавчики» закрыли после мощного взрыва, государственные аудиторы выяснили: кто-то умыкнул солидную партию шашек. В то время там работали близнецы. А каждую осень местные клянутся, что над озером Клэпп-Холлоу гремит, как на войне, — и после этого парни Горта неделю-другую засаливают рыбу на зиму. Конечно, в Холлоу трудно понять, где правда, а где охотничьи байки.

— Теперь мы можем с уверенностью сказать, что украденный динамит у Гортов, — сказал Бекерт. — Хотя публично это озвучивать не станем. Пока что — нет.

Клайн нахмурился:

— Динамит у них? Где он?

— Предположительно, при них. Похоже, Гортов предупредили перед рейдом Джадда, и они ушли, прихватив определенные вещи.

— Откуда вы знаете?

— Мы знаем, что кое-что там было, а теперь этого нет. Вот фотография, которую Джадд сделал час назад.

На новом снимке кадр с Горстами и медведем оказался воспроизведен — та же комната — но без Гортов, без медведя, без арбалетов на каминной полке, без болтов с широкими наконечниками на стене.

— Я вижу, чего именно не хватает по сравнению с другой фотографией, — сказал Клайн. — Но как мы можем быть уверены, что эти вещи не спрятали давным-давно где-нибудь еще? Я имею в виду, нет же никаких доказательств, что та прежняя фотография Гортов с медведем была сделана недавно. Разве перестановка в комнате не могла произойти несколько недель, а то и месяцев назад?

— У нас есть свидетельства, указывающие, что все это произошло совсем недавно, — ответил Бекерт.

Он быстро пролистал несколько снимков и остановился на одном: огороженная площадка вплотную к большому сараю. Он указал на фото.

— Это конура. Видите, что разбросано по земле? Это остатки медвежатины. Очевидно, Горты бросили тушу в конуру, а их собаки разорвали ее на клочья. К тому же Джадд нашел свежевыделанную медвежью шкуру в таксидермическом сарае рядом с хижиной. Так что наши предположения о сроках уничтожения медведя, арбалетов и о собаках Гортов подтверждаются. Известно, у них было около дюжины питбулей, и сейчас они исчезли. Но, судя по состоянию медвежатины в питомнике — разложение только начинается, — мы знаем, что собаки были там до вчерашнего дня.

Клайн заметно напрягся.

— А динамит?

— Судя по всему, у Гортов было с собой больше сотни шашек. Джадд нашел пустой ящик из-под взрывчатки рядом с наполовину опустошенной тарой из-под холщовых мешков. Он считает, что Горты переложили динамит в мешки, чтобы его было легче переносить.

Теперь была очередь Шакера выглядеть обеспокоенным.

— Вы хотите сказать, двое самых безумных людей в Уайт-Ривер ушли в подполье с дюжиной боевых псов, с достаточным числом стрел, чтобы стереть с лица земли небольшую деревню, и с таким количеством динамита, что хватит взорвать большую? Почему же вы не в панике?

— Я предпочитаю сосредоточиться на достигнутом прогрессе и высокой вероятности успешного завершения дела.

— Вы раньше упомянули вещественные доказательства, связывающие Гортов с Джорданом и Тукером, — сказал Клайн. — Можете уточнить?

— Потенциально опасной уликой стал моток веревки, найденный в одном из их сараев. У Джадда сложилось впечатление, что она идентична веревке, использованной на детской площадке. Мы получим микроскопическое подтверждение. Если обнаружим совпадение срезов на концевых волокнах — это все подтвердит.

— Вы также говорили о компьютерных доказательствах, связывающих их с KPS?

— Да. Флешка, прилепленная скотчем к нижней стороне ящика стола. На ней — текст и графика, использованные для создания сайта KPS. Это означает, что Горты либо сами сделали сайт, либо передали материалы тому, кто его делал.

Лицо Клайна просветлело.

— Значит, мы действительно продвинулись.

— Да.

— Эта флешка, — озадаченно произнес Гурни, — как именно изучали ее содержимое?

— На месте, с ноутбуком Джадда. Сразу же, через несколько минут после обнаружения.

— Диск не был защищен паролем?

— По-видимому, нет, — сказал Бекерт.

— И ни один из отдельных файлов тоже?

— По-видимому, нет.

— Нашли компьютер, с которого копировали файлы на флешку?

— Нашли принтер, сканер, модем и маршрутизатор, но самого компьютера — нет.

— Любопытно, — задумчиво произнес Гурни, не обращаясь ни к кому конкретно. — Горты забрали своих собак, арбалеты, стрелы, взрывчатку, компьютер и Бог знает что еще. Но оставили флешку без пароля и веревку, которые могут связать их с двойным убийством.

Голос Бекерта ощутимо похолодел:

— Поразмышлять о причинах подобных промахов в их действиях мы успеем позже. Сейчас приоритет другой. Нам нужно изложить наш прогресс в соответствующем заявлении. Есть детали, которые следует подчеркнуть, и те, которых следует избегать. Не забывайте: мы стоим посреди минного поля СМИ. Пренебрежение этим может иметь фатальные последствия.

Для кого или для чего это может оказаться фатальным? — задумался Гурни. Речь о политическом будущем Бекерта? Или есть нечто иное?

Бекерт продолжил:

— Что касается нашего расследования…

Его прервал стук в дверь. Торрес поднялся и открыл.

На пороге стоял шериф.

— Надеюсь, мое возвращение не прервет вашего блестящего анализа преступления.

— Заходите, Гудсон, — сказал Бекерт. — Мы как раз подводим итоги по нескольким ключевым пунктам.

— Самое интересное — подводить итоги, — буркнул шериф и направился к своему месту в конце стола.

Бекерт начал почти теми же словами, что и прежде:

— Что касается расследования стрельбы и последующих убийств в Уиллард-парке, есть три момента, которыми должны руководствоваться все заявления за пределами этого зала. Во-первых, мы демонстрируем быстрый прогресс на обоих направлениях. Ожидается, что аресты по обоим делам будут произведены в течение сорока восьми часов. Во-вторых, мы располагаем свидетельствами, позволяющими провести убедительное судебное преследование и добиться обвинительного приговора. В-третьих, мы уделяем этим делам равное внимание и выделяем на них равные ресурсы.

Он обвел глазами сидящих за столом и резко сменил тему:

— Гудсон, как прошел ваш разговор с осведомителем в тюрьме? Есть что-то действительно полезное?

— Интересное есть. Полезно ли это — решайте сами.

— Хотел обменять информацию на услугу?

— Разумеется. И это была она, а не он. Сказала, что Блейз Лавли Джексон, одна из трех лидеров BDA, разругалась с двумя своими коллегами, Джорданом и Тукером.

— Насколько серьезной была размолвка?

— По ее словам — крайне серьезной. Сказала, что Блейз плохо уживается с другими. Не любит делиться властью. По ее словам, Блейз — злобная убийца, которая любит решать споры опасной бритвой. Намекнула, что склонность Блейз к убийствам может иметь прямое отношение к судьбе ее сообщников.

— Сейчас мы на девяносто девять процентов уверены, что в убийствах замешаны Горты. Мне трудно поверить, что чернокожая женщина могла иметь отношение к тому, что мы наблюдали на той детской площадке.

Клутц облизнул губы:

— Я бы тоже так счел. Но моя маленькая леди с большой уверенностью заявила: Блейз Джексон способна на все. Абсолютно на все.

Бекерт промолчал. Казалось, теперь его внимание целиком поглощали собственные мысли.