Криста стоит у изголовья своей кровати — увидала я во сне.

Криста стоит у изголовья своей кровати, и ей суждено умереть.

Длинны стали волосы Кристы — увидала я во сне.

Как бледна она была.

Бледна смертельной бледностью — увидала я во сне.

Мы с Сюм сидим на деревянной скамье,

Скамья прямо напротив ее кровати.

Такая же скамья, как та, на которой мы с Ахимом

Ждали автобус на шоссе Гавела.

Деревянная скамья и ее кровать

Стоят друг напротив друга.

В огромной больничной палате с мраморным полом

Мы с Сюм не можем вынести зрелища смерти Кристы

          — увидала я во сне.

У смертного одра стоит она,

Бледная, как смерть, худая, с длинными волосами.

Тонкими, почти прозрачными руками она

Держится за железную кровать

В тот момент, когда ей суждено умереть.

Та больничная палата бесконечных размеров

Вмещала в себя всё, как сама жизнь, — увидала я во сне.

Она являла всё невидимое, смешанное с безмерностью и мрамором,

        — увидала я во сне.

Криста видит невидимое в тот момент, когда ей суждено умереть,

        — увидала я во сне.

Ее голова склонена, лицо обращено к стене,

Она стоит у изголовья железной кровати в тот момент,

Когда ей суждено умереть… — увидала я во сне.

Мы с Сюм не смогли смотреть на это, на ее смерть.

Мы сбежали, оставив ее смертный час Ахиму, — увидала я во сне.