Как и опасался Мышковец, Горбач, вторые сутки прикладывавшийся к бутылке, проспал. Проклиная на все лады проводника, разбудившего его в последнюю минуту, Горбач кинулся к выходу из вагона в тот момент, когда поезд, занимая путь для прибытия, замедлял ход, и до остановки оставались считаные секунды.
Лисицыны в это время, заранее покинув места в купе, уже стояли в тамбуре. Вагон номер два утянули довольно далеко от здания вокзала, остановив почти перед самым стрелочным переводом, направляющим путь на перегон. Торопившийся за локомотивом Всеволод очутился на перроне как раз посередине между вагоном, в котором были родители, и четырнадцатым, где матерился от злости на самого себя Горбач.
Едва проводник отпер дверь, как Горбач, оттолкнув его, неуклюже спрыгнул с металлических ступеней на перрон. Оглядевшись, заприметил удаляющегося Лисицына и устремился вслед за ним. В ту же секунду из подземного перехода за спиной Горбача вынырнула Настя. Разглядев в довольно ярком освещении вдалеке на пустынном перроне Севу и бегущего за ним мужчину, лысого, с оттопыренными ушами, девушка закричала что есть силы:
— Сева-а-а! Берегись! Это убийца!
Они обернулись одновременно: Сева и резко прервавший движение Горбач. Всеволод отчётливо расслышал только своё имя, произнесённое Настей. Зато гораздо ближе находившийся к девушке Горбач услышал всё до единого слова. Ссутулившись и слегка набычив бритую голову, он повернулся на окрик и увидел неподвижно стоящую тоненькую девушку в джинсовых шортах, светлой футболке с длинными рукавами и спортивных туфельках со шнурками, в упор, почти не мигая, смотревшую прямо на него. Подавшись наклонённым туловищем вперёд, Горбач сделал по направлению к ней несколько тяжёлых шагов, а затем, переставляя ноги всё быстрее, словно набирающий скорость локомотив, помчался к девушке. Настя опомнилась только когда бандит оказался в нескольких метрах от неё. Сбросив оцепенение, она развернулась и побежала обратно к подземному переходу.
Всеволод успел заметить, что следом за Настей устремился какой-то мужик. Лисицын дёрнулся, оборачиваясь к двери второго вагона. Увидев в тамбуре готовившихся к выходу родителей и маячившего за ними проводника, Сева побежал к подземному переходу, стараясь не упустить из виду преследователя сестры. Пётр с удивлением заметил, как оказавшийся рядом с вагоном сын растерянно махнул родителям рукой и устремился в противоположном от них направлении.
— Севушка, — изумлённо произнесла вслед Светлана, растерянно глядя на мужа. — Почему он убежал?
— Идём, не останавливайся, — Пётр забрал у жены объёмную сумку и, передвигаясь по перрону за убегающим сыном, достал из кармана брюк мобильник. — Что-то случилось…
Едва Лисицын включил телефон, как тут же раздался звонок от Севы.
— Да, сынок, — поспешил ответить Пётр. — Где ты?
— Дядя Петя, это Миша, — послышался испуганный голос мальчика. — Телефон Всевы у меня…
— Мишаня, что случилось? — вне себя от тревоги спросил Лисицын.
— Скорее приходите! — закричал Мишка. — За Настей гонится бандит!
— А ты где, Миша? Где Сева?
— Я в машине, — откликнулся Миша и заплакал, — а Севу не видно. Может, его уже убили?! Тётя Оля позвонила…
— О Господи! — воскликнул Пётр.
— Нет, дядь Петя, нет! — истошно завопил мальчик. — Вот он, Сева!
Мишка прервал связь, видимо, переключившись на брата. Лисицыны бегом приближались к подземному переходу.
— Петя, ты можешь сказать, что случилось? — воскликнула Светлана.
— Не знаю точно, — оглянулся на пустой перрон Пётр, опасаясь, что преследователь девушки мог быть не один, — Миша говорит, что-то с Настей.
Когда ошеломлённый появлением Насти Горбач рванул за ней, он ещё сам точно не осознавал, какую цель преследует. Первым порывом было, конечно же, убрать неожиданную свидетельницу.
«Откуда только эта мелюзга взялась? — поразился Егор. — Неужели Кирюха кому-то настучал из зависти, что все деньги могут мне достаться? Ладно, с этим потом разберёмся. Догоню девку и, прежде чем резать, выведаю, откуда она про меня узнала».
Потом Горбач сообразил, что деньги ему обещаны за младшего Лисицына, а вовсе не за случайную жертву. Топая вслед за Настей по выщербленным плитам подземного перехода, он наращивал скорость, невзирая на похмелье и одолевавшую его сонливость. Ярость по отношению к девушке, оказавшейся досадной помехой на пути к получению вознаграждения, утраивала силы бандита. Не догадываясь, что Сева, находившийся пока довольно далеко, преследует его, Горбач решил, догнав Настю, взять её в заложницы и позвонить Лисицыну, чтобы вынудить его прийти на выручку девушке.
«Пока ещё не всё потеряно, — думал Горбач, воодушевляясь перспективой того, что заказ Мышковца всё-таки будет выполнен. — Удачно появилась эта девка. Чем убивать Лисицына почти на глазах у отца, который мог бы меня потом опознать, лучше уж заманить его в укромное место и там прикончить. Вместе с девкой, конечно, — с удовлетворением заключил Горбач. — Полицию вызвать никто из них не успеет, да и не станет Севка звонить в опасении застать вместо девки её труп».
Если первой мыслью Насти, когда она выскочила из подземного перехода на площади, было скрыться от преследователя в автомобиле, то в следующую секунду Настя от неё отказалась, опасаясь подвести под угрозу Мишку. Уводя за собой бандита прочь от машины, девушка изо всех сил надеялась, что брат не высунет носа из «Лады», а увидев погоню за сестрой, непременно позвонит в полицию. Телефон Насти остался в автомобиле, но даже если бы он оказался у неё, она не была уверена, что успеет им воспользоваться, прежде чем бандит её настигнет.
Выскочивший из перехода Сева не увидел ни Насти, ни её преследователя и кинулся к Мишке. Презрев все предостережения, мальчик уже топтался рядом с открытой дверцей машины, впрочем, готовый при малейшей опасности нырнуть обратно.
— Где Настя?! — выкрикнул Всеволод брату издалека.
— Она туда побежала, — показал Мишка в направлении гипермаркета, рядом с которым оказался Сева в поисках такси в день приезда, — а бандит за ней.
Не добежав до брата, Сева круто сменил направление, чтобы мчаться за Настей.
— Сева! — отчаянно закричал вслед Мишка, размахивая телефоном в руке.
— Что? — нетерпеливо повернулся Всеволод.
— Тётя Оля прислала фотки двух бандитов тебе на сотовый. Что делать? Звонить в полицию?
Справедливо полагая, что в полиции не среагируют на детский голос, Сева выкрикнул Мишке:
— Дождись отца! Он сейчас придёт и вызовет полицию. Сядь немедленно в машину и не высовывайся, пока моих родителей не увидишь, — добавил он. — Понял?!
— Понял, — кивнул Мишка, усаживаясь обратно в автомобиль.
Лисицыны спешили как могли, и вскоре Мишка вновь выскочил из машины, отчаянно размахивая руками, чтобы привлечь к себе их внимание. Выслушивая краткий деловитый рассказ мальчика, Пётр одновременно рассматривал отправленные Ольгой фотографии, на которых сразу узнал бывших сотрудников отдела вневедомственной охраны. Недолго думая, мужчина набрал номер телефона полиции.
— Здравствуйте! Вас беспокоит подполковник полиции Лисицын Пётр Алексеевич…
— А где Сева с Настей? — тихонько спросила Светлана, наклоняясь к Мише.
— Настя туда побежала, — Миша показал рукой направление, где скрылась сестра, — за ней бандит, а за ними Сева. Но он сильно от них отстал.
Завершив разговор с полицией, Лисицын кивнул жене и Мишке: «Поедем!», занимая место за рулём «Лады». Встревоженная Светлана, напряжённо оглядываясь вокруг, с трудом удерживалась от вопроса: «Кому сын настолько перешёл дорогу, что к нему подсылают наёмных убийц?» Вместо этого она спросила:
— Петя, что сказали в полиции?
— Пришлют наряд.
— Куда?! Может, надо было ждать их там, на площади? Вдруг Настя убежит от бандита и вернётся туда? А сейчас где нам их искать?
— Я дал ориентировку на мост через Матыру, — спокойно ответил Лисицын, в свою очередь, тоже посматривая по сторонам, в опасении пропустить Севу или Настю.
— Почему ты решил, что Настя туда побежит? — удивилась Светлана.
— Больше некуда, — пожал плечами Пётр. — Гипермаркет закрыт, а в частных домах на этой улице невозможно укрыться. Там вдоль дороги сплошной металлический забор.
— Точно, дядь Петя, — подтвердил с заднего сиденья Мишка, — Настя наверняка в «СХТ» побежит. Там у нас спрятаться легче. Ты езжай побыстрее, не бойся. Я внимательно по сторонам смотрю. Мы их точно не пропустим.