Несмотря на опасения Насти вызвать недовольство Севы приглашением соседки по даче к столу, всё получилось довольно непринуждённо. То ли действительно поспособствовала лёгкая рука Натальи в отношении сватовства, то ли настрой у всех оказался соответствующим, но атмосфера возле мангала на даче Лисицыных воцарилась потрясающая.

Всеволод с Павлом занимались шашлыками, Настя с матерью резали овощи. Так получилось, что первым обратил внимание на прибывшую соседку Миша. Не успела Черных выйти из своего красного «Киа Рио», как Мишка радостно воскликнул:

— Настя, привет! Когда дядя Коля приедет?!

— Привет, Мишань! Здравствуйте, — поприветствовала девушка остальных Лисицыных. — А зачем тебе папа понадобился?

— Как же, — приблизился мальчик к забору из сетки-рабицы, которым было огорожено большинство участков в посёлке, — скоро можно будет «двойную звезду» в телескоп наблюдать.

— Что ещё за «двойная звезда»? — вошла в распахнутую калитку Настя. Она сообразила, что речь идёт об увлечении отца и юного соседа астрономией, но не проявила к этому ни малейшего интереса.

— Венера с Юпитером сближаются до расстояния в полградуса, и получается шикарная «двойная звезда», — объяснил Миша.

— Понятно, — кивнула Настя, ради возобновления знакомства с братом подруги принарядившаяся в выгодно обрисовывающую пышную грудь нежно-жёлтую блузку со спущенными рукавами; светло-зелёные зауженные брючки без стрелок длиной «семь восьмых», оставляющие открытыми нижнюю часть привлекательных щиколоток; балетки в цвет блузки.

— Дядь Колю можно не ждать. Он же разрешает тебе пользоваться телескопом в мансарде. Можешь идти хоть сейчас наблюдать свои звёзды.

— Планеты, — поправил Мишка. — Спасибо, только сейчас ещё рано. Надо, чтобы совсем стемнело.

— Настюша, — позвала соседку Наталья. — Давай-ка машину свою загоняй и к нам присоединяйся. У нас уже шашлыки поспевают.

— Ой, — якобы смутилась девушка, — неудобно как-то. Вы что-то празднуете, наверное?

— Племянника дорогого дождались, — весело отозвался Павел. — Давай, соседушка, не стесняйся.

— Хорошо, — не стала ломаться Анастасия, — сейчас, только полив включу, окна в домике открою, чтобы проветривался, и приду.

К столу соседка пришла не с пустыми руками. Несколько сортов печений: миндальное, творожное и с кусочками шоколада заняли своё место на деревянном, врытом в землю столике на участке рядом с домом Лисицыных.

— Я прямо с работы решила на дачу заехать, — пояснила девушка наличие у неё угощения, — и чтобы ничего не готовить для себя одной, решила вот чаю с печеньем попить. А тут неожиданно на пир к вам угодила, — звонко рассмеялась она, вроде бы мельком оглядев Севу, и тут же опустила глаза.

— Вот и замечательно, — с теплотой проговорила Наталья, устанавливая на стол блюдо с нарезанными овощами и зеленью. — А чтобы у тебя ужина в доме не было, — лукаво улыбнулась женщина, — никогда не поверю. Таких хозяюшек, как ты, поискать.

— Ой, скажете ещё, тётя Наташа, — взмахнула полной ладошкой Настя, натурально сыграв смущение. — Как родители уехали, почти не готовлю. Много мне надо одной? Может, похудею чуток, — звонким колокольчиком вновь рассмеялась она.

Незаметно для мужской части компании все три женщины одновременно обратили взгляды на Севу, ожидая от него реакции на слова девушки о своей фигуре. Молодой человек, однако, оставил замечание без внимания, дружелюбно улыбнувшись гостье. Зато Павел тут же не преминул проявить галантность.

— Ты это брось, «похудею», — шутливо укорил он соседку. — Ты же у нас как Мэрилин Монро.

— Что вы, дядь Паш, — захихикала Настя, — засмущали меня совсем.

Тем временем Настю Лисицыну одолевало удивительное для неё самой разгорающееся чувство ревности к подруге. Девушка отметила про себя, что сходство гостьи с сексапильной американской актрисой не казалось таким уж потрясающим. Круглолицая, с выпуклыми щёчками; небольшими смешливыми светло-серыми глазами; широким, немного вздёрнутым носиком; маленьким, слегка капризным ртом; с мягкими белокурыми, длиной до плеч волосами, которые девушка, отправляясь на работу, собирала в хвост, открывая при этом высокую шею, она не казалась исключительной красавицей, но внимание молодых людей неизменно привлекала. Живая, смешливая, кокетливая Анастасия Черных умела очаровывать. Будучи свидетельницей пленительных атак подруги, Настя всякий раз изумлялась, насколько легко той удаётся заманивать в свои сети любого парня, на котором только останавливался её заинтересованный взгляд. Мысль о том, что в этой когорте непременно окажется и Сева, была Насте Лисицыной на редкость неприятна.

«Нашёл тоже — Мэрилин Монро», — мысленно возмутилась девушка похвалой отца.

— Что бы там ни говорили, — продолжал распространяться Павел, — будто модели типа Анжелины Джоли в почёте, а всё-таки мужчины предпочитают таких, как Монро.

— Дело вкуса, — улыбнулась Наталья, понимая, что муж хочет вызвать Севу на комплимент в адрес девушки, но так как тот хранил молчание, предпочла завершить потуги Павла. — Итак, всё готово. Пожалуйте к столу.

* * *

За столом всю компанию, кроме Насти Лисицыной, охватило радостное оживление. Обожавший поесть Мишка, к тому же воодушевлённый перспективой любования планетами, с расстановкой отдавал должное каждому из представленных на столе блюд. Особенно удовлетворила его аппетит фаршированная ломтиками картофеля, моркови, дольками лимона, кольцами лука и веточками петрушки скумбрия, запечённая в фольге. Рецепт когда-то отыскал в недрах интернета Сева, и впервые они с Настей приготовили его на юге в качестве сюрприза к праздничному столу в год двадцатипятилетия со дня свадьбы обеих семейных пар Лисицыных. Дома сестра готовила это блюдо нечасто, чтобы, как она говорила, не приедалось. Но зато уж в его приготовлении ей не находилось равных. Наталья собралась было похвалить дочь за её кулинарное умение, лишь заколебалась на минуту, памятуя о том, что сегодняшний вечер предполагает стать бенефисом Настиной подруги, как хитренькая соседка опередила её.

— До чего же я люблю, как Настюша скумбрию в фольге запекает, — бубенцами прозвенела девушка, обращаясь в сторону Севы.

— Да, очень вкусно, — кивнул парень, сидевший напротив. — Мы с ней на юге уже года три, хотя бы раз в сезон, но непременно запекаем такую рыбку.

— Ой, — тут же подхватила Настя, — как мне хочется хоть раз на юге побывать!

— А ты ни разу не ездила? — глянул на неё Всеволод.

— Какое там! — взмахнула девушка пухленькой миниатюрной ладошкой. — Сперва с работой у родителей не ладилось. Потом, как пошла торговля, и вовсе некогда стало. Палатки не бросишь. Сейчас вот родители уехали в Саратов к тёте с дядей на серебряную свадьбу, а я на обе точки, хоть разорвись. Ну, больше одной палатки мне всё равно не охватить.

— А если нанять кого-нибудь на время? — предположил Всеволод.

— Это же денег стоит, — деловито ответила Настя. — Мы с мамой просчитали, что гораздо выгоднее на время их отъезда одну палатку закрыть, чем нанимать человека да бегать следить за ним.

— Если некому доверить, — с лёгкой иронией усмехнулся Сева, — тогда, конечно, не стоит.

— Я вот Настику предлагала, — пояснила Черных, — подработать в отпуске. Только она не захотела.

— Ты же знаешь, — отозвалась Настя, — торговля — это совсем не моё.

— Вот и кручусь одна, — дружелюбно улыбаясь, подруга вновь глянула в сторону Севы. — Даже с поездкой на отдых не получается. Родители-то могут вдвоём поехать, а мне одной несподручно.

— С тёть Верой бы поехала, — с набитым ртом проговорил Мишка, имея в виду старшую Черных.

— Что ты, Мишань! Мама папку одного на торговле не оставит. Он же деловой у нас в плане выбрать сладости посвежее, привезти, контейнер в порядке содержать. А вот деньги считать не умеет совершенно.

— Что и говорить, — не удержался от комментария Павел, — Веруня у вас хваткая…

— Ничего, — вступила в разговор чутко державшая руку на пульсе Наталья. — Может, когда-нибудь и ты с нами на море поедешь, — намекая на возможные будущие отношения девушки с Севой.

— Точно, — поддержал жену Павел, — давай, Настюха, мы тебя на следующий год с собой возьмём.

— Было бы здорово, — затаённо улыбнулась гостья.

— Вот и славно, — улыбнулся в ответ Павел, обращаясь следом к племяннику. — Давай, Сева, поухаживай за девчатами. Дочур, может, всё-таки и ты глоточек выпьешь?

— Нет, пап, — отказалась Настя, — мне же ещё всех домой везти.

— Ничего, Настюша, — незаметно подмигнула ей мать. — Мы и на такси доберёмся. А вы ночуйте здесь, с Мишаней и Севой. И Насте будет спокойнее, что соседи рядом.

— Ой, и правда, Настик, — подхватила подруга. — Оставайся! А то действительно тревожно одной ночевать. Похоже, тут только Панкратовы всё лето живут, да и они на другой улице. Если вдруг что случится, разве докричишься.

— Нина Петровна через дом, — зачем-то сказала Настя.

— Нину Петровну из пушки не добудишься, — вновь рассыпала хрустальные шарики смеха соседка. — Как заползает вечером в свою будку, так и дрыхнет до пяти. Даже когда ураган с градом бушевал в прошлом году, и то не слышала ничего.

Увидев сурово сдвинутые чёрные брови жены и обращённый к нему строгий взгляд, Павел произнёс:

— Мы с Наташей скоро уж поедем, а то завтра на работу, а вечером стройка.

— Какой же у вас дом красивый получается, дядь Паш, — похвалила соседка.

— Спасибо, Настюша, — довольно улыбнулся мужчина.

— Я бы тоже в таком доме с удовольствием пожила, да папка не хочет строиться. Говорит, что привык в квартире.

Настя Лисицына с изумлением глянула на подругу, которая неоднократно повторяла, что сама ни за что не сменила бы жильё в многоквартирном доме на частное, но от комментариев удержалась.

— Ничего, Настя, — ответил Павел, — вот выйдешь замуж — тогда и стройтесь с мужем на нашей улице. Места довольно. А с администрацией отец наверняка договорится, чтобы дешевле земля стала…

— Видно будет, дядь Паш, — таинственно улыбнулась Настя Черных, проворно раскладывая на одном из блюд ассорти из овощей. — Сева, возьми, пожалуйста, — протянула она блюдо молодому человеку, — а то тебе далеко до овощей тянуться.

— Спасибо, — поблагодарил Всеволод, намереваясь забрать угощение.

— Ой, — мягко вернула блюдо себе Настя. — А что же это я без мяса, без рыбы. Что тебе положить, Сева?

— Да я и сам достану, — слегка смутился парень.

— Ну что ты! Мне не трудно! Даже очень приятно будет.

— Тогда пару крылышек, — смирился Сева.

Настя Лисицына пребывала в смятении. Блюда на столе она пробовала, но весёлый настрой компании не поддерживала, хотя обычно на посиделках, где подруги оказывались вместе, они шутливо пикировались, задирая друг друга, хохотали, задавая праздничный тон застолью. А сегодня это глупое, как мысленно окрестила его Настя, затеянное матерью сватовство вызвало в ней бурю противоречивых чувств. С одной стороны, её раздражала подруга своей неуёмной весёлостью, кокетством и назойливым вниманием к Севе. С другой стороны, девушку расстраивало, что брат идёт на поводу у гостьи, принимая правила игры, а может, даже очаровывается ею.

— Уф, налопался! — Откинулся на спинку врытой в землю скамейки Мишка. — Спасибо.

— На здоровье, Мишань, — откликнулись разом Наталья с дочерью.

— Пойду-ка я пока спать завалюсь, — решил мальчик. — Только пусть кто-нибудь меня разбудит в двенадцать часов. Полезу к дяде Коле в мансарду, чтобы Венеру с Юпитером смотреть.

— Я тебя стопудово разбужу, Мишаня, — весело откликнулся Сева. — Я и сам с удовольствием на звёзды в телескоп посмотрю, — пояснил он, не догадываясь, что при этих словах у двоюродной сестры разочарованно ухнуло сердце. — Если, конечно, хозяйка позволит.

— Милости прошу, — вежливо улыбнулась гостья.

Внимательно наблюдающая за подругой Настя заметила, что в улыбке радушной хозяйки проглядывает огорчение.

«Так тебе и надо, — воодушевилась Лисицына. — Пусть Сева вместе с Мишкой придёт. И тогда посмотрим, как ты будешь воплощать в жизнь свой план по завлечению Севы. А то возомнила о себе невесть что. Строит из себя куртизанку, хвостом перед братом вертит. Он, кстати, тоже разомлел, поддался на её заигрывания. Эх, Сева-Сева! Все мужики одинаковые!» — возмущённо рассуждала Настя, совершенно позабыв о том, как сама недавно распекала подругу за то, что называла брата «мужиком» и «красавчиком».

— Ох-ох, — опомнилась Наталья. — Время-то одиннадцатый час. Домой пора, Паша.

— Ну, что же, — покорно согласился муж, — давай потихоньку собираться.

— Поедем, пап, я вас отвезу, — поднялась со скамейки Настя.

— Дядь Паш! — окликнула мужчину соседка. — А почему вы машину не водите? Это же так просто. Даже я научилась, — хохотнула она.

— Эх, Настюха, — слегка нахмурился Павел, — я когда-то в страшную аварию попал вместе с другом. Друг погиб, он за рулём был. Я-то, можно сказать, лёгким испугом отделался: пару переломов получил, и всё. Но с тех пор за руль не могу сесть, хоть тут что.

— Печально, — вздохнула Настя Черных. — Извини, дядь Паш, я не знала.

— Да, ничего, Настюш, давно уж это было.

— Поехали, — зевнув, поторопила мужа Наталья. — Мне уже спать захотелось.

— Поедем-поедем, — поспешил за супругой Павел.

— Спасибо вам, соседи дорогие, за чудесный вечер, — поблагодарила вслед Настя, поднимаясь из-за стола.

— Не за что, Настенька, — откликнулась Наталья. — Посидите пока с Севушкой. Куда вам спешить? А Настюша скоро вернётся. Отвезёт нас и приедет.

Усаживаясь в автомобиль, Павел глянул в сторону молодых людей, осмотрев остававшуюся с племянником девушку.

«Спелая деваха, — оценил со спины Лисицын собиравшую со стола посуду Анастасию во всём очаровании её силуэта с округлыми бёдрами и выраженной тонкой талией. — И приоделась она, прямо скажу, со вкусом. Вроде ничего не оголила, как сейчас девки любят, а фигура словно на картине. Наша Настёнка, хоть и ровесница, а как девчонка по сравнению с ней. Грудь едва видна, ножки стройные, как у подростка. Ну, сзади-то не спутаешь, девушка или парнишка, но одевается точно как подросток. Как лето наступает, так влезает в свои джинсовые шорты и бегает в них до сентября. А сверху футболки да рубашки в клеточку».

— Настюш! — повернувшись к дочери, рядом с которой он сидел на пассажирском сиденье, проговорил Павел. — А ты помнишь, что нам в следующую субботу на свадьбу к Соколюкам?

— Конечно, помню, — удивилась Настя. — А почему ты вдруг спросил?

— Наряды-то вы с мамкой приготовили себе?

— Мы ещё весной купили, — рассмеялась девушка, — три месяца назад, сразу как только нас пригласили.

— Молодцы, — одобрил отец. — А почему мне не показали?

— Пап, да ты что? — изумилась дочь ещё больше. — Ты же никогда не интересуешься.

— Так мы и нечасто с вами на свадьбы ходим, — парировал Павел. — Хочу, чтобы моя дочка самая красивая из подружек была. В нарядном платье, — пояснил Лисицын.

— Я и буду в платье, — спокойно ответила Настя. — Нежно-голубое, из кружева, с тройной юбочкой. Правда, короткое, выше колен, — мельком глянула на отца девушка, предполагая возможные порицания с его стороны.

— Замечательно, — улыбнулся ей Павел, вновь поражая дочь своей реакцией. — У тебя ножки хорошие. Будешь у нас как принцесса. Там, небось, ребят наприглашали. Надо и тебе жениха подобрать.

— Что значит «и»? — спросила с заднего сиденья Наталья.

— Ну, как же, — весело отозвался муж, — Настюху мы почти уже пристроили. Так что нашей Насте тоже надо будет вслед за подругой замуж выходить.

— Папа! — серьёзно сказала дочь. — Вообще-то замуж надо не вслед за подругой выходить, а по любви.

— Так а я что говорю, — растерялся отец, — по любви и надо. Но для начала нужно с кем-нибудь познакомиться…

— И почему это ты решил, — продолжила Настя, с трудом скрывая раздражение в голосе, — что Настю вы уже пристроили?

— Э, дочура, — довольно ответил Павел, — у меня глаз — алмаз. Я сразу почуял, что Настюха твоя нашему Севе приглянулась. А уж она своего не упустит. Хваткая девица. Вся в мать.

— А если Сева не поведётся на неё? — продолжала настаивать дочь.

— Не поведётся — значит, мы ему другую невесту подгоним, — широко улыбнулся Павел. — Он же с нами на свадьбу пойдёт. А там из твоих одноклассниц человек пять, наверное, будет. Уж кого-нибудь да выберет.

Оставив последнюю реплику отца без комментария, Настя угрюмо молчала всю оставшуюся до дома дорогу.