Позже вечером, пока отец возился со своим «фаербердом» в амбаре, а мама пораньше удалилась наверх с коробкой красного вина, мы с Дэннисом приготовили себе ужин из куриных наггетсов, разогретых в микроволновке, и двух стаканов шоколадного молока со льдом. На десерт мы разделили шоколадную плитку из «Крогера», которую мама припрятала в своей сумочке у входной двери. Поскольку никому до нас не было дела, мы махнули рукой на душ и вместо этого сели смотреть телевизор в гостиной. Когда хлопнул капот машины, а по полю эхом разнеслась пьяная отцовская ругань, я выключил телевизор, и мы с Дэннисом поспешили наверх, чтобы запереться и лечь спать.

В спальне я стянул с себя провонявшую потом футболку и бросил ее на пол. Прикосновение теплой, влажной ладони Дэнниса к моей пояснице заставило меня вздрогнуть.

– Что такое, Дэннис?

Брат поднял обе руки и пошевелил пальцами.

Я не сразу понял, что он делает. А потом, сунув руку в карман шорт, нащупал ее.

Золотую монету.