Дуаньму Яо наконец поняла, что расспросами только больше ставила себя в неловкое положение. Оказывается, эта девчонка вовсе не покидала двор! Да, ей так и не удалось найти дьявольскую стену, но не это главное! Они с Лун Фэйе просто тянули время, насмехаясь над тем, как их соперница с факелом в руке кружила над всей долиной в поисках лекарственных трав.

– Ты… ты… – задыхаясь от возмущения, бормотала она. С губ срывались все новые обвинения в адрес Хань Юньси. – Ты… ты обманула меня! Раз ты из семьи лекарей, то наверняка с самого детства знала про эти растения. Но я же в них ничего не смыслю! Несправедливо! Я не признаю поражение!

С самого начала принцесса Цинь не питала доверия к этой девушке, ее поведение было вполне ожидаемо. Решительно повернувшись к мастеру Яогую, Хань Юньси сказала:

– Мастер, вы должны быть справедливы.

Травнику нравилась находчивость супруги Лун Фэйе. Губы моментально сложились в подобие улыбки.

– Ха-ха, – засмеялся он. – Принцесса Чанлэ, до начала состязания ты согласилась с его условиями. Если откажешься от своих слов, очень огорчишь меня!

В этот момент Дуаньму Яо не осознавала, в какую ловушку угодила, и уже собиралась возразить, но брат крепко схватил ее за запястье и прошептал:

– Прекрати, здесь не место для детских выходок.

В отличие от сестры, Дуаньму Байе прекрасно понимал, с кем они имеют дело. Хотя Гу Циша производил впечатление странного, капризного и даже сумасбродного старика, им явно не стоило пренебрегать. К тому же принц Е не хотел прослыть тем, кто, согласившись на состязание, не может проиграть достойно. Совершенно неуместно было затевать ссору из-за такой мелочи.

Хотя принцесса Чанлэ оставалась крайне недовольна, она покорно отвернулась и достала из-за пазухи семизвездный кордицепс. Как только растение оказалось в руках брата, на глаза Дуаньму Яо навернулись слезы. Бросив напоследок сердитый взгляд на Лун Фэйе и Хань Юньси, она развернулась и выбежала прочь. И в этот момент все ее мысли были заняты будущей местью!

– Я приму поражение и сдержу обещание, – холодно произнес принц Е и передал траву мастеру Яогую.

Старик пропустил его слова мимо ушей и, впившись костлявыми пальцами в черную накидку, хихикал себе под нос.

– Великий князь, увидимся позже.

Дуаньму Байе из последних сил старался проявлять учтивость. Хотя его слова обращались к Лун Фэйе, предостерегающий взгляд впился в Хань Юньси. Она действительно была необыкновенной девушкой! Жаль, их знакомство началось с такой ноты. Лучше бы принцессе никогда больше не попадаться у него на пути!

Спустя мгновение принц Е отвернулся и зашагал к выходу из долины.

Хань Юньси не в первый раз сталкивалась со взглядом, полным угрозы и устрашения, поэтому они давно не пробуждали в ней страх.

– Я готов признать поражение, – передразнивала она. – Разве так признают поражение?

Гу Циша, спрятав кордицепс, зловеще рассмеялся:

– Принцесса Цинь, я искренне восхищаюсь вами.

Его голос заставил ее содрогнуться всем телом. Съежившись от страха, Хань Юньси неосознанно спряталась за Лун Фэйе. Одна только мысль о травнике наводила неподдельный ужас.

Великий князь передал мастеру Яогуй яд питона и холодно напомнил:

– Теперь ваша очередь отдать нам крововосстанавливающую пилюлю.

– Терпение, – медленно ответил он и вошел в павильон.

После долгого ожидания Гу Циша наконец вернулся с парчовой коробочкой в руках и, медленно открыв ее, продемонстрировал маленькое алое зернышко не больше фаланги пальца, аккуратно лежащее на мягкой подушке. Если подойти ближе, можно с легкостью различить слабый запах крови. Без сомнения, это и было то самое чудодейственное средство, о котором рассказывал Гу Бэйюэ. Глаза Хань Юньси загорелись от любопытства. Она как во сне потянулась к заветной цели, но в этот момент старик захлопнул крышку.

– Принцесса Цинь, если скажешь, где находится дьявольская стена, эта вещь будет твоя, согласна?

Хань Юньси ошарашенно посмотрела на мастера Яогуй, так и не найдясь с ответом.

– Гу Циша, хочешь пожалеть о своем решении? – спросил Лун Фэйе.

– Я говорю не с тобой, – отмахнулся он, изменившись в лице быстрее, чем переворачивается книжная страница.

– А что, если я не захочу это рассказать? – наконец ответила принцесса.

Ответ разозлил мастера Яогуй. Умиротворение в его глазах мгновенно сменилось негодованием. Сделав глубокий вдох, травник все же протянул парчовую коробочку. Не веря в собственную удачу, Хань Юньси поспешно приняла ее и спрятала в карман. Наконец самый важный ингредиент в лечении наследного принца был у нее в руках. Теперь, когда удалось заполучить пилюлю, нужно было торопиться в Восточный дворец. Должно быть, императорская семья от волнения и ожидания не находила себе места.

Мысли о скором выздоровлении Лун Тяньмо внезапно прервал скрипучий голос старца, который последовал за гостями до самых ворот.

– Принцесса, просто скажи, ты действительно нашла его, не так ли?

Хань Юньси загадочно улыбнулась:

– Расскажу вам в следующий раз!

Гу Циша хотел продолжить расспросы, но Лун Фэйе, обернувшийся на его голос, холодно посмотрел ему прямо в глаза. Мастер Яогуй почувствовал, что мощная аура великого князя Цинь поднимается вокруг, готовясь нанести удар… поэтому решил не провоцировать гостя и больше не произнес ни слова.

Провожая Хань Юньси и Лун Фэйе взглядом, Гу Циша наконец рассхохотался. Смех его обладал неимоверной магнетической силой – глубокий и благозвучный, он разнесся по всей долине. Руки, которые еще недавно напоминали кости, обтянутые кожей, вдруг стали гладкими, словно нефрит, молодыми и изящными. Даже если бы самые редкие лекарства лежали у него на ладонях, они не затмили бы их красоту.

– Хань Юньси… – игриво повторил он. – Ха, интересно! Что ж, еще увидимся.

На обратном пути Лун Фэйе все же не выдержал и спросил:

– И где же находилась дьявольская стена?

– Не скажу, – загадочно ответила Хань Юньси.

Великого князя так удивила реакция принцессы, что на мгновение выражение его лица застыло, однако еще миг – и от растерянности не осталось и следа.

С отъезда прошло три дня. Вся императорская семья обеспокоилась из-за внезапного исчезновения высокородной четы. Если бы служанка не сообщила, что молодой господин забрал супругу с собой, все решили бы, что девчонка, испугавшись ответственности, просто сбежала.

Ранним утром Восточный дворец уже полнился людьми. Император Тяньхуэй закончил совещание с придворной знатью, а вдовствующая императрица и мать наследного принца в очередной раз пришли проведать его высочество, у постели которого все это время беспрестанно дежурил Гу Бэйюэ. Даже лекарь Хань, державшийся на почтительном расстоянии, не смел надолго покидать дворец.

– Ваше величество, ваше величество, великий князь с супругой вошли во дворец и направляются сюда, – учтиво доложил евнух Сюэ.

Император Тяньхуэй был вне себя от радости.

– Им удалось достать пилюлю?

Услышав вопрос, Хань Цунъань занервничал пуще прежнего и уставился на евнуха, ожидая ответа. Дочь настаивала на отравлении и ни мгновения не сомневалась в своем диагнозе, однако лекарь до сих пор не мог в него поверить. Если ей и великому князю правда удалось достать лекарство, значит, совсем скоро все узнают, кто же прав. Он, опытный лекарь, который много лет служил при дворе, не мог ошибаться в том, что в животе принца есть ребенок! Посмотрим, как Хань Юньси сможет выдать его за опухоль!

– Ваш слуга… – попятился евнух Сюэ. – Ваш слуга не спросил господина…

На самом деле он просто не осмелился задавать подобные вопросы. Кто он такой, чтобы тревожить столь могущественного человека? И если бы евнух спросил о пилюле, его высочество все равно даже не взглянул бы в его сторону.

– Никчемный! Скройся с моих глаз! – вспылила вдовствующая императрица.

– Слушаюсь, госпожа!

Как раз когда евнух Сюэ собирался выйти из павильона, в комнату вошли Лун Фэйе и Хань Юньси. Несмотря на утомительное путешествие, оба выглядели утонченно и элегантно. Особенно великий князь, высокая фигура которого чудесным образом действовала на окружающих. Его величие и шарм могли соперничать лишь с императорскими. Правитель государства Тяньнин встревоженно вглядывался в лицо великого князя, но не спешил с расспросами, и только когда высокородная чета переступила порог комнаты, с беспокойством произнес:

– Все прошло успешно?

– Благодаря вашему покровительству все прошло благополучно.

Лун Фэйе поклонился, и Хань Юньси последовала его примеру.

– Ха-ха, что ж, поднимитесь, – улыбнулся император Тяньхуэй.

Казалось, он никуда не торопился, но люди вокруг были крайне взволнованы. Все с нетерпением смотрели на пришедших в ожидании новостей.

– Ну что, привез крововосстанавливающую пилюлю?

Псоле этих слов в комнате повисла мертвая тишина. По выражению лица Лун Фэйе невозможно было понять, как прошла поездка к мастеру Яогую. В этот момент Хань Юньси, торжествующе осмотрев присутствующих, подумала: «Это стоило моих усилий».

Взгляд остановился на отце, и он ошеломленно уставился в ответ, гадая, что же имела в виду эта непокорная девчонка. Хотя молчание продлилось всего несколько мгновений, люди в комнате не смогли сдержать любопытства.

– Великий князь, у тебя есть крововосстанавливающая пилюля?

Лун Фэйе не ответил и перевел взгляд на принцессу, давая понять, что не может больше терпеть этот фарс. Хань Юньси улыбнулась и тут же достала из рукава парчовую коробочку.

– Я получила ее.

– Лекарь Гу, лекарь Гу! – не веря позвал император Тяньхуэй и серьезно спросил: – Это то, что нужно?

– Ваше величество, вдовствующая императрица, это действительно крововосстанавливающая пилюля. Поздравляю! Теперь мы сможем вылечить наследного принца! – радостно произнес Гу Бэйюэ, почувствовав запах крови, исходящий от лекарства.

Слова придворного лекаря принесли долгожданное облегчение. Следующим шагом должна стать операция наследного принца. Император и его мать до сих пор не доверяли Хань Юньси, но с большей охотой признали бы опухоль, нежели постыдный диагноз Хань Цунъаня. К тому же это означало, что Лун Тяньмо все еще может в будущем стать правителем. Если же надежды не оправдаются, Тяньхуэю придется назначить нового преемника. Эта мысль разбивала императрице сердце. У правителя Тяньнина было много сыновей, но для нее Тяньмо – единственный ребенок. Поэтому точность диагноза ее не сильно заботила, больше всего на свете она хотела, чтобы сын избавился от недуга.

– Хань Юньси, можем ли мы начать лечение принца? – с нетерпением спросил император.

– Нет, – с внезапной холодностью ответила принцесса.

Все взглянули на нее с недоумением, в глазах застыл немой вопрос: что не так? Неужели крововосстанавливающей пилюли недостаточно?