– Не счастливый пульс?

Гу Бэйюэ немного озадачился, но терпеливо ждал, когда Хань Юньси продолжит рассказ.

– Да. Но в животе принца действительно есть жизнь, – честно призналась она.

«Что вообще происходит?» Гу Бэйюэ слегка нахмурился и молча попросил принцессу продолжать. Ее лицо посерьезнело.

– Я могу сообщить, что заметила во время осмотра, хотите?

– Что случилось?

– Мне очень нужна ваша помощь, но вы должны держать все в тайне.

Гу Бэйюэ без колебаний кивнул. Он и сам не понимал, почему доверял Хань Юньси, да и она больше не могла никому сознаться в своем открытии. Эта тайна жутко тяготила. Даже в наше время подобная мысль потрясла бы умы людей, что уж говорить о древности?

– Болезнь принца называется «плод в плоде». Ребенок в его животе на самом деле не его, а императрицы, – прошептала она.

Услышав признание, обычно спокойный Гу Бэйюэ отпрянул. Ему потребовалось какое-то время, чтобы прийти в себя и продолжить разговор.

– Принцесса Цинь, нельзя шутить такими вещами!

Хань Юньси боролась с противоречивыми эмоциями, в мгновение нахлынувшими на нее. Хотелось заплакать – и тут же захохотать! Она в очередной раз лишила покоя этого нежного парня.

– Знаю, но, пожалуйста, сначала выслушайте меня.

Гу Бэйюэ подошел ближе и кивнул.

– Когда императрица была беременна наследным принцем, на самом деле она носила в чреве двух детей. Однако прежде, чем они сформировались, наследный принц как бы поглотил другого ребенка.

Если быть точным, плод в плоде – паразитический. Если один эмбрион оказывается внутри другого, он остается в его теле на всю жизнь, продолжая расти вместе с ним и забирая его силы. Иногда такой плод развивается быстро и обнаруживается рано, а порой может годами существовать внутри брата или сестры без изменений. Самым долгим зафиксированным случаем в истории медицины считается тридцать два года. Лун Тяньмо сейчас меньше двадцати, так что в его случае срок не такой уж большой.

Гу Бэйюэ не знал профессиональных слов, поэтому Хань Юньси старалась объяснить, прибегая к использованию самых простых.

– То есть, императрица носила под сердцем двух детей, но прежде, чем они сформировались, один из принцев обернулся вокруг другого. Позже, когда ребенок появился на свет, вторая жизнь осталась в нем.

Гу Бэйюэ наконец понял и покачал головой в недоумении:

– Никогда не слышал о подобном!

Конечно, он не верил, что мужчины могут иметь детей, но диагноз, поставленный много лет назад, заставил его изучить десятки книг в поисках похожих случаев. Хотя лекарь Гу никогда с таким не сталкивался, объяснения Хань Юньси звучали разумно и обоснованно. Некоторое время он молчал, а затем вдруг серьезно посмотрел на нее.

– Нельзя позволить этому ребенку появиться на свет! Хотя император уже свыкся с мыслью о счастливом пульсе, на самом деле он не хочет, чтобы эта кошмарная история стала реальностью.

Хань Юньси, конечно же, понимала это, иначе не стала бы хранить правду в тайне и выдумывать историю об опухоли. К тому же плод в плоде, по сути, не полноценный ребенок. Были случаи, когда у некоторых не хватало сердца или мозга, поэтому спасение было бессмысленным. Но даже если на миг представить, что ребенок внутри принца здоров, он все равно не должен родиться. Как вообще у наследника престола мог возникнуть ребенок? Это немыслимо! Любой, кому стала бы известна эта тайна, поплатился бы за нее жизнью! А если бы об этом узнал народ, всю императорскую семью могли заклеймить как потомков демона, что привело бы к борьбе за трон. Политические игры абсолютно не интересовали Хань Юньси. Она всего лишь хотела спасти чужую жизнь и не лишиться своей.

– Значит, я должна убить его еще в животе принца.

– Но ваш отец уже прописывал лекарства для прерывания беременности. Правда, все они оказались бесполезны.

От мыслей о Хань Цунъане губы принцессы скривились в презрительной усмешке.

– Конечно, они не подействуют. Все подобные снадобья рассчитаны только на женщин! – Технически Лун Тяньмо не ждал ребенка, так что они не могли возыметь хоть какой-то успех. – Мне нужен яд, чтобы расщепить плод в желудке принца. А затем я выведу токсин из его организма. Если кто-то будет наблюдать за операцией, то увидит лишь кровь, никто не засомневается в диагнозе, – уверенно закончила она.

Услышав это, Гу Бэйюэ на мгновение замолчал, потом одобрительно кивнул. Несомненно, в их случае это самое разумное решение. Хань Юньси не только защитит собственную жизнь, но и сохранит тайну. Никто больше не будет нести бремя этого знания.

– Его высочество наследный принц должен поблагодарить вас, – улыбнулся Гу Бэйюэ.

– Просто надеюсь, что его мать не доставит мне еще больших неприятностей в будущем. – Хань Юньси беспомощно пожала плечами.

Нерешенным остался единственный вопрос: почему принцесса обратилась к лекарю Гу? Она ведь обладала куда более глубокими знаниями о ядах, чем он. Так какого рода помощь ей нужна?

– Вы пришли ко мне… – лекарь Гу колебался.

Блеск в глазах Хань Юньси мгновенно померк.

– Эта штука внутри выросла до внушающих размеров, поэтому понадобится сделать более глубокий разрез, чем в прошлый раз. Принц может погибнуть от потери крови.

Лекарство, которое она приготовила, на самом деле было ядом. Принцесса могла приготовить снадобье настолько точно, чтобы оно не повредило внутренним органам Тяньмо и подействовало только на плод, и, если все пройдет как задумано, отравленную кровь нужно будет вывести из организма. Единственной нерешаемой переменной в этом хитром уравнении оставалась чрезмерная кровопотеря. Нейтрализовывать яд – не быстрое занятие. Если в современном мире задача решилась бы переливанием, то сейчас Хань Юньси могла положиться только на лекаря Гу. Он сразу же понял ее и со смешанными чувствами в сердце произнес:

– Слышал, есть лекарство. После него в теле человека становится гораздо больше крови…

– Где оно? – взбудоражено перебила она.

– Принцесса Цинь, его нелегко достать.

Придворный лекарь встревоженно взглянул на Хань Юньси.

– У императорской семьи много денег и власти, так почему же вы думаете, что они не справятся?

– Принцесса, на континенте Юнькун государство Тяньнин – лишь одно из многих, – беспомощно прошептал Гу Бэйюэ.

Она, конечно же, знала, что Юнькун огромен и на нем расположено много могущественных государств. Но сейчас Хань Юньси больше волновало, где же спрятано заветное снадобье, которое решит все их проблемы. С ним операция принца длилась бы совсем недолго.

– Тогда скажите, у кого оно сейчас? – встревоженно посмотрела на лекаря Хань Юньси.

– Гу Циша, – медленно ответил он.

Гу Циша? Хань Юньси казалось, что она когда-то слышала это имя. Пытаясь выудить из памяти хоть какие-то воспоминания об этом человеке, она пробормотала под нос:

– Это тот самый гений Гу Циша, которого исключили из медицинской школы Юнькун?

Гу Бэйюэ кивнул.

– Именно так. Он прирожденный гений и крайне талантлив в выращивании лекарственных трав. Многие привил еще в молодости. В народе его прозвали повелителем снадобий.

– Правда, что он приемный сын старейшины медицинской школы и вырос, три раза в день питаясь целебными растениями? – с любопытством спросила Хань Юньси.

Гу Бэйюэ опять кивнул. Это все, что он знал. Его дед был управляющим медицинской школы, но его не допускали к кругу старейшин, и он ни разу не встречался с ними. А когда дед покинул пост, Гу Бэйюэ последовал за ним.

– И где сейчас Гу Циша? – поспешно спросила принцесса.

– После того как его изгнали из медицинской школы, он начал сам выращивать и собирать травы. Гу Циша – не обычный торговец. Он не гонится за выгодой, и многие его решения часто зависят от настроения, так что купить у него что-то очень непросто.

Несмотря на предупредительный тон придворного лекаря, лицо Хань Юньси расслабилось.

– О, я и подумать не могла, что все окажется так легко! Всего одно растение сможет решить наши проблемы!

– Не все так безоблачно, принцесса! – повторил он.

– Мое дело – составить рецепт, а не искать ингредиенты.

Хань Юньси подавила смешок и хитро взглянула на Гу Бэйюэ. Только тогда до него дошел истинный смысл ее слов. Император не пожалеет сил и средств, чтобы раздобыть нужное лекарство, а если же у него не получится, никто не посмеет упрекнуть их двоих.

Принцесса подошла к столу и принялась составлять список трав. Любопытный по натуре Гу Бэйюэ пристально наблюдал, силясь понять ее план, но чем больше читал, тем меньше представлял, каким же может быть эффект от такого чудного сочетания. Чтобы приготовить снадобье, способное растворить зародыша в желудке и не навредить принцу, требовалось необычайное мастерство. Но у Гу Бэйюэ не было достаточных знаний о ядах, и он мог только надеяться на принцессу Цинь.

Дописав последний ингредиент – «крововосстанавливающая пилюля», – она поставила точку и передала список лекарю Гу. Он вопросительно взглянул на нее.

– Принцесса, это весь… рецепт?

Хань Юньси многозначительно посмотрела на него и одними губами произнесла:

– Секрет!

Гу Бэйюэ не нуждался в ответе. Безусловно, список был не полон. Зато, если кто-то увидит его, не сможет обвинить их, что это яд. В рецепте не хватало трех самых важных ингридиентов.

На самом деле эта бумага была всего лишь формальностью: лекарство давным-давно дожидалось своего часа в системе нейтрализации ядов. Все это нужно было, чтобы пополнить запасы. К тому же, если бы Хань Юньси выписала настоящий рецепт и он попал бы в руки знающих людей, правда о недуге принца могла всплыть. И лекарь Гу отлично понимал это.

Глядя на него, принцесса испытывала огромную благодарность за то, что вопреки здравому смыслу Гу Бэйюэ не стал расспрашивать о лекарстве. Если им удастся заполнить крововосстанавливающую пилюлю, самой большой опасности удастся избежать! Хань Юньси сможет спасти принца и наконец увидеть реакцию его матери и вдовствующей императрицы, но больше всего принцессе хотелось посмотреть в глаза Мужун Ваньжу и наложницы И, ожидавших ее провала.

– Что ж, нужно спешить. Пожалуйста, распорядитесь найти ингредиенты.

Хань Юньси прикоснулась к руке придворного лекаря и уже собралась уйти, как вдруг почувствовала, что он отступил. Ошеломленная его реакцией, она обернулась. Осознание оплошности пришло на мгновение позже. Предвкушая победу, принцесса совсем забыла, что в древние времена девушка не могла касаться мужчин – особенно если была замужем.

Хань Юньси улыбнулась, будто ничего не случилось.

– Кхм… Я сделала это не подумав, не хотела вас обидеть.

Гу Бэйюэ уже почти ушел, но внезапно замер. Принцесса даже не подозревала, насколько притягательна была ее улыбка!