К книге
Жизнь на биполярных широтах. Как выжить в экстремальных зонах собственной психикиТретий год. Испарение жизни. Глава 18. Почему мы так мало знаем о психических заболеваниях?
43%
Третий год. Испарение жизни. Глава 18. Почему мы так мало знаем о психических заболеваниях?
22

Даже в современную эпоху развития искусственного интеллекта и появления технологий, способных заменить человеческий мозг машинами, мы не до конца знаем все механизмы, из-за которых развиваются психические расстройства.

Это связано с тем, что наши возможности в изучении процессов, происходящих в головном мозге, ограничены. Органические изменения в головном мозге, которые появляются при психических заболеваниях, мы можем увидеть и измерить только с помощью медицинской визуализации. Однако невидимых способов функционирования нашего мозга существует гораздо больше, чем видимых.

До сих пор ученые накапливали огромное количество данных, изучая мозг простых животных, таких как черви и мухи, которые менее сложны, чем куры и другие птицы, не говоря уже о людях. Но зачастую невозможно понять, как применить на практике эти накопленные данные, даже если перейти к немного более сложной физиологической структуре, например к изучению мозга мышей. Дарвин однажды сказал, что мозг муравья – «один из самых удивительных атомов материи в мире», ведь несмотря на свой маленький размер, он выполняет такую большую работу.

Создание карты многочисленных связей нервных клеток друг с другом (коннектомов) в настоящее время является одной из приоритетных областей исследования функционирования мозга. Однако это отнюдь не простая задача: создание десяти тысяч соединительных элементов из клеток мозга личинок мухи занимает много времени даже при использовании суперкомпьютера! Количество случаев, когда десять тысяч клеток соединяются между собой, является астрономическим, и, если вспомнить о том, что соединения время от времени меняются в зависимости от различных факторов повседневной жизни, можно понять, что для полного создания коннектома потребуется около 50 лет. Десятки миллиардов нейронов часто меняют связи и выделяют очень разные нейромедиаторы, которые регулируют работу нашего мозга.

Только по приблизительным расчетам, существует 100 триллионов синапсов, и в них десятки миллиардов ненейронных (глиальных) клеток мозга функционируют самостоятельно.

Наш мозг содержит в себе мир, который сложнее, чем Вселенная! В мире мозга, который обширнее космоса, слишком много неизведанных областей. Сколько нейронов, подобно Всемогущему Создателю, управляют функциями всего мозга? Даже если бы мы это знали, не факт, что решение задачи стало бы легче. Результаты частичного анализа коннектома в мозге мышей доказали, что примерно пять нейронов, проникая в каждый уголок мозга, создают сеть, которая более чем в три раза превышает длину тела животного[74]. Если наш мозг работает таким же образом, то неизвестно, возможно ли вообще точное понимание его деятельности и лечение его заболеваний[75], даже если мы возьмем для изучения вместо десятков миллиардов только десятки тысяч нейронов. В любом случае это гораздо более сложная задача, чем анализ десяти тысяч клеток мозга личинки мухи, на который уходят десятилетия. Именно поэтому исследования коннектома мозга являются наиболее активной областью применения искусственного интеллекта.

Хотя исследователи коннектома, безусловно, пользуются передовыми методами при изучении мозга, для полного понимания его функций мощности этих методов недостаточно. Это похоже на то, как в генетике открытие ДНК и расшифровка генома человека оказались недостаточными для объяснения всего механизма функционирования человеческого организма. Каждая клетка, из которой состоит наше тело, похожа на космос. В ней действует механизм генетической регуляции, который все время меняется в зависимости от состояния организма. Коннектом является лишь каркасом мозга, и, только полностью разобравшись в том, как регулируется каждый коннектом, мы сможем как следует объяснить функционирование головного мозга.

Предыдущая главаГлава 22 из 51Следующая глава