Императору Николаю Павловичу Романову удалось при жизни отдать должное выдающемуся человеку, многое сделавшему для Российской империи и лично для государя.

Через месяц после выздоровления Михаил Михайлович снова простудился и слег, уже не встав.

Сперанский пытался давать распоряжения по поводу проекта полицейского устава, находившегося на рассмотрении в Госсовете. Однако силы его оставили, и 11 февраля 1839 г. Михаил Михайлович скончался.

М. А. Корф пишет о своей встрече с государем по поводу смерти Сперанского: «Император Николай с глубоким чувством выразил, в какой мере он поражен этой смертью, как сознает, сколь тесно имя Сперанского связалось с историею его царствования, как видит в его кончине потерю, не только тяжелую для своего сердца, но вместе и государственную. „Другого Сперанского мне уже не найти, – повторял Государь несколько раз, – да и кем я попытаюсь даже заменить его ум, сведения, опытность, усердие, быстроту!.. На большую еще беду, эта потеря застигла нас в такую минуту, когда оставалось столько доделать… Уголовные наши законы необходимо требуют пересмотра, к которому мы уже было и приступили; нет уставов судопроизводства, ни гражданского, ни уголовного, тогда как с теперешними ступить невозможно“».

15 февраля 1839 г. Михаила Михайловича Сперанского похоронили на кладбище Александро-Невской лавры, сейчас это Тихвинское кладбище Санкт-Петербурга.

Могила Сперанского сохранилась, несмотря на различные перипетии, коснувшиеся страны, города, Русской православной церкви и непосредственно кладбища. Рядом могилы П. И. Чайковского, Н. М. Карамзина, Ф. М. Достоевского, И. А. Крылова, чуть подальше – М. А. Корфа.