– Подойди.

Властный приказ пронзил Гао Шэнинь, подобно рыболовному крючку, заставив выпрямиться и приблизиться к возвышению, где на троне восседал Фэй И. В зале, откуда выгнали всю стражу, а её, безоружную, оставили наедине с циньваном, царила сумрачная, угнетающая атмосфера. На улице завывал жуткий ветер, а тени, пляшущие на стенах под стать подвесным лампам, вызывали у Гао Шэнинь не меньшую тревогу. Однако она не имела права ни грустить, ни злиться, ни выражать какие бы то ни было эмоции, помимо почтения, с которым поднялась по ступеням и остановилась напротив Фэй И.

Ещё никогда она не оказывалась настолько близко к демону, чьё глубокое дыхание разбавляло вязкую звенящую тишину. Взгляд тёмных глаз медленно опустился к её груди и животу – Фэй И изучал её, словно украшение или, скорее, оружие, выставленное на прилавке для ценителей.

– Честно говоря, не ожидал, что вы столь спокойно убьёте моего брата, госпожа Гао, – будто смотря сквозь неё, несколько апатично подметил Фэй И, а затем резко глянул исподлобья. – Когда я впервые вызвал вас несколько месяцев назад и приказал сказать правду, почему Ба Цюань постоянно искал вашей компании, то ожидал услышать наглую ложь. Разве он вам не нравился? Вы ведь знали, что он следил за вами через мальчишку, который был вашим учеником?

– Эта достопочтенная знает цену преданности, и даже чувства не затмят её разум.

– Смотри мне в глаза, когда с тобой разговаривают, женщина.

Гао Шэнинь послушно посмотрела ему в глаза и, увидев грозный взгляд, подчёркнутый удушающей аурой, невольно пожалела Фэй И. Безусловно, он был могущественным и сильным демоном, которого боялась вся Центральная равнина и Запад, однако ей казалось, что своими словами он намеренно хотел её напугать. Но несмотря на всё самовнушение, её сердце рвалось на части от картин минувшего дня, а также от того, какая судьба теперь будет её ожидать. Ведь сегодня всё решится.

– Почему ты его предала?

– Отвечаю Его Высочеству: эта достопочтенная никого не предавала, она была верна лишь своему господину.

– Разве ты его не любила?

– А разве я могу любить? – с сожалением произнесла Гао Шэнинь, дерзнув печально улыбнуться. – Позволит ли Его Высочество сказать всё так, как есть?

– Говори.

– Единственные, перед кем может смягчиться сердце этой достопочтенной— это дети, которые нуждаются в защите от коварных взрослых. Мой ум и преданность отданы Вашему Высочеству, а душа болит за молодого господина Фэй Лю. Если бы Ба Цюань убил вас, то следующим бы стал молодой господин Фэй.

– Значит, ты сдала мне Ба Цюаня только из-за моего ребёнка? – нахмурившись, упавшим голосом поинтересовался Фэй И.

Сердце пропустило удар, однако Гао Шэнинь изо всех сил старалась держаться невозмутимо. Уже собираясь поклониться, она вытянула перед собой руки, но ей это не удалось, поскольку Фэй И схватил её за запястье и резко дёрнул на себя. Ухватив её за бёдра, он бесцеремонно заставил Гао Шэнинь опуститься к себе на колени, и от понимания, сколь хрупкой она казалась рядом с ним, у неё перехватило дыхание. Конечно, подобное поведение властолюбивого демона не должно вызывать удивления. Тем более Гао Шэнинь так или иначе намеревалась подвести всё к такому финалу. Но реальность оказалась чересчур ошеломляющей. В отличие от того же Ба Цюаня, Фэй И оказался намного больше и сильнее физически. Невольно уперевшись в его плечи, Гао Шэнинь представила, как он играючи мог бы сломать ей хребет одной рукой.

Фэй И никуда не торопился, лишь крепко сжимал её бёдра, ожидая, когда она заглянет в его глаза. Гао Шэнинь надеялась, что охвативший её ужас не отобразился у неё на лице, потому как от такой близости с Фэй И у неё бешено забилось сердце. Она почувствовала себя хрупким мотыльком, оказавшимся в лапах огромного паука, который обездвижил её одним лишь липким взглядом.

– Я сделаю тебя своей наложницей, – тоном, не терпящим возражений, произнёс Фэй И. – И как только родишь мне сына, я сделаю тебя своей первой женой.

От нахлынувшего страха у Гао Шэнинь скрутило желудок. Наверное, ей всё же не удалось скрыть свои переживания, потому что пальцы предательски дрогнули, и стоило ей попытаться отстраниться, как Фэй И рывком прижал её к себе и впился в губы горячим голодным поцелуем.

Одна его рука поднялась к её пояснице, другой он удерживал её за затылок, хотя Гао Шэнинь не сопротивлялась, отчаянно борясь с внутренним желанием воспротивиться такой откровенной близости. Так надо. Так требовалось. Таков её долг. Она бы всё равно не смогла противостоять внезапно вспыхнувшей страсти этого демона, а если бы попыталась, он бы озверел. Гао Шэнинь ещё хорошо помнила, что он сотворил с Мянь Хуэй, поэтому позволяла ему жадно целовать себя, покусывая и посасывая свои губы. Из-за неприличной позы она чувствовала его возбуждение, как оно стало упираться ей между ног.

Лишь когда стало не хватать воздуха, Фэй И разорвал поцелуй и позволил ей перевести дух. Обкусанные губы налились алым и влажно блестели от слюны.

– Ваше Высочество… боюсь, эта ничтожная не сможет дать вам то, что вы так желаете… Мне уже больше трёх сотен лет, и шанс, что я смогу подарить вам дитя, крайне мал. Вы…

– Это лишь значит, – схватив её за подбородок и развернув лицом к себе, Фэй И злорадно усмехнулся, – что ты не станешь моей первой женой, но как наложница ты мне послужишь больше остальных. Ты опытная, и мне не терпится узнать, чем ты ещё смогла заинтересовать Ба Цюаня, помимо своего острого язычка.

– Ваше…

– Ба Цюань посмел взять то, что принадлежит мне, – блеснув нехорошим взглядом, зарычал Фэй И. – То, что ты сдала его, спасло твою жизнь, но кто позволил тебе раздвигать перед ним ноги? Твоё тело принадлежит мне, твоя воля и преданность принадлежат мне, ты принадлежишь мне! Ты!..

С каждым словом в нём возрастало напряжение, и стоило сорваться на крик, как вдруг из его горла вырвались брызги крови, попав ей на лицо. Ослабив хватку от потрясения и позволив Гао Шэнинь соскользнуть со своих колен и попятиться, Фэй И застыл и поражённо стёр с губ алые следы. Смотря на свои подрагивающие пальцы, он долгий миг не понимал, что происходит. Испытав внезапно вспыхнувшую боль где-то глубоко в груди, он медленно поднял взгляд на Гао Шэнинь.

Выхватив из причёски одинокую шпильку – единственное, что у неё не отняла стража, – она выдавила из небольшого углубления крохотную зелёную пилюлю и быстро закинула в рот. Даже не посмотрев на Фэй И, Гао Шэнинь аккуратно стёрла остатки помады с губ, чтобы не проглотить через слюну ещё больше отравы.

Может, её и не назвать честной и добродетельной женщиной, однако она всегда оставалась предана себе и свободному небу над головой, которое вздумали поработить властные демоны.

– Ты… – свирепо зарычал Фэй И и поднялся с трона, продолжая хвататься за грудь. – Ах ты, тварь. Думаешь, жалкий яд меня остановит? Думаешь, после этого ты сможешь молить меня о быстрой смерти? Думаешь…

– Нет, – с пугающим спокойствием отозвалась Гао Шэнинь. – Не это тебя остановит.

В зале продолжало царить всё то же спокойствие, перебиваемое лишь аурой великого демона, пышущей жаждой убийства. Но, ослабленный ядом и потерявший бдительность из-за охватившего его гнева, Фэй И не почувствовал, как в тенях притаилась угроза, а затем подкралась и вонзила острый меч ему в спину.

Длинное лезвие вырвалось из груди Фэй И с неприятным чавкающим звуком. Переливающиеся символы жгли его плоть и заставляли вскипать кровь, отчего от металла с шипением начала подниматься влага, заполняя воздух запахом палёной кожи.

– Знаете, Ваше Высочество, – донёсся голос из-за спины Фэй И, – если бы вы обращались со мной, как с родным братом, я бы навсегда стал вашим клинком и щитом. Но раз вы видели во мне только оружие… не удивляйтесь, что это оружие смог украсть куда более заботливый хозяин.

Прошептав последние слова с удовлетворённой усмешкой, Ба Цюань прокрутил меч в груди Фэй И, обращая его сердце в рубленное мясо и разбивая демоническое ядро, чтобы не дать обратиться драконом. Пусть Гао Шэнинь и ослабила его ядом, Фэй И не просто так носил титул князя демонов, что повёл войска к завоеванию Поднебесной. А чтобы лишить его сил наверняка, Гао Шэнинь быстрыми взмахами рук сформировала подавляющую формацию, охватившую Фэй И несколькими цепями.

Несмотря на принятое противоядие, отрава всё же успела подействовать, отчего Гао Шэнинь почувствовала сильное головокружение и лёгкое покалывание в меридианах. Она с опасением оглянулась на массивные двери, за которыми стояла стража, однако стелящаяся по полу и ползущая по стенам живая тьма создавала подобие звукоизолирующего барьера.

Фэй И яростно взревел, выпустив волну демонической энергии, которая уронила стул и затушила несколько фонарей, со скрипом позвякивающих на цепях. Однако охрана оставалась глуха, а Ба Цюань, навалившись на спину своего противника, не позволял ему подниматься до тех пор, пока его не покинула последняя капля жизни. Мощное тело, которое ещё несколько мгновений назад удерживало Гао Шэнинь в своих объятиях, покрылось паутиной трещин и распалось прахом.

Это казалось чем-то невероятным и нереальным, словно искалеченный больным воображением сон, в котором демон, чья половина тела рассыпалась тьмой, а на другой появились драконьи черты: горящий золотом глаз с вертикальным зрачком, небольшой рог, россыпь серебристых чешуек на щеке, – смотрел на неё пристальным хищным взглядом. То ли от страха, то ли из-за яда, Гао Шэнинь почувствовала слабость в ногах и, отступая, покачнулась, падая навзничь. Однако Ба Цюань беззвучно и стремительно подлетел к ней расплывчатой тенью, подхватив на руки и аккуратно придержав, прежде чем опуститься на холодный пол.

Гао Шэнинь неуверенно разлепила веки и посмотрела на монстра со столь знакомыми чертами лица, который наблюдал за ней с выражением непередаваемой печали. Невольно это заставило её измученно улыбнуться и тихо хохотнуть.

– А ты жестокая женщина, госпожа Гао. Всерьёз хотела меня убить, верно?

– Верно, – согласилась Гао Шэнинь. – Только так я могла освободиться от твоей метки.

– И ради чего? – нахмурился он. – Ради того, чтобы умереть и прихватить за собой Фэй И?

– А кто ещё смог бы подобраться к нему так близко?

– А если бы тебе не удалось?! – взревел Ба Цюань, встряхнув её за плечи. – Ты хотя бы представляешь, на что бы себя обрекла?

– Всегда остаётся выход через врата Яньло-вана[83].

Оскорбившись её флегматичным ответом, Ба Цюань раздражённо скривился и шикнул:

– Но ты не хочешь умирать. Иначе бы не подготовила противоядие.

Против такого аргумента, конечно, ей было нечем возразить, и, если честно, Гао Шэнинь даже не знала, как правильно реагировать на человека, которого она искренне хотела убить. Искренне… искренне ли? Она ведь подмешала в чай яд, действующий только на демонов, однако Ба Цюань был лишь полукровкой, которого отрава могла ввести в состояние глубокой комы на некоторое время. Намеренно ли Гао Шэнинь доверилась судьбе, позволив жалости и эмоциям пробить её нерушимую волю?

– Если бы ты хотела убить меня, то отравила бы наверняка, – со звенящей обидой зашипел на неё Ба Цюань, ещё крепче сжав в объятиях. – Глупая госпожа Гао… я же заранее приготовил человека, на которого мы бы свалили вину. Ну почему ты мне не доверилась?

– Потому что я идеальный замещающий смерть призрак[84], – отчуждённо пробормотала она, наблюдая, как тени от покачивающихся фонарей падали на разметавшийся по полу пепел. – Что теперь, Ваше Высочество? Убьёте меня и молодого господина Фэй?

Вместо того, чтобы огрызнуться, Ба Цюань наградил её мрачным взглядом и долго молчал, прежде чем сообщить:

– Вскоре войска с силой великого цилиня из далёкой Вакоку вторгнутся на Запад. Без Фэй И, Шэньханя, меня и Си Сянь демоническое войско долго не продержится.

Только подумав спросить, кто такой Шэньхань, ведь его имя она никогда не слышала, Гао Шэнинь ухватилась за другой момент и в недоумении уточнила:

– Разве ты не собирался занять место брата, чтобы возглавить войска?

– Собирался, – честно признался Ба Цюань, вдруг устало вздохнув. – Но до того, как узнал, что нужно будет сражаться с цилинем. В нашем нынешнем положении, даже если мне удастся восстать из мёртвых, думаешь, генералы Фэй И обрадуются? Из-за госпожи Гао все меня знают теперь как заговорщика.

– И что нам делать?

Это «нам» вырвалось случайно, и тем не менее Гао Шэнинь понимала, что только от решения Ба Цюаня зависела её дальнейшая жизнь. Она уже не боялась находиться в руках этого человека, и в какой-то степени её душа чувствовала покой за выполненный перед небесами долг. Пусть она и не олицетворение почтительной женщины, однако ей не хотелось, чтобы вся Поднебесная переживала очередную волну войны.

– Сделаем то, что нам всегда хорошо удавалось – разыграем спектакль, госпожа Гао. Я устрою резню в замке, пусть все думают, что это я убил Его Высочество. А ты хватай Фэй Лю и улетай отсюда, вырасти мальчика честным человеком, и даже если он когда-то захочет отомстить мне, пусть будет так.

– Но почему?

От его слов ей стало не по себе. Нахмурившись, Гао Шэнинь пыталась разгадать, что же опять задумал этот хитрый змей, но вместо ответа он снисходительно улыбнулся и, склонившись, чувственно поцеловал её.

Ответ он не озвучил, но Гао Шэнинь уже и не требовались его слова, потому как сердце вторило в такт тьме, которая окутала их в тёплых прощальных объятиях.

По той же причине она не рассчитала для него нужную дозу яда, по той же причине он променял её убийство на исцеляющий сладкий поцелуй. И причина тому – любовь.