Кроме игрушек, были у Стивена и другие заботы. Особенно его удручали уроки в младших классах. Скука, да и только!

Учителя школы Байрон-Хаус в Хайгейте, куда ходили отпрыски интеллектуалов, придерживались прогрессивных взглядов. В отличие от большинства английских школ, там не заставляли учиться из-под палки – дети осваивали программу черепашьим шагом, без зубрёжки, как бы само собой.

– Меня там ничему не учат! – вечно жаловался Стивен своим родителям.

И всё же такой метод обучения принёс свои плоды – в конце концов мальчик научился читать. Правда, это произошло, когда ему стукнуло восемь лет. А его вторая сестрёнка Филиппа училась по старинке и начала читать уже в четыре года!

Учёба шла с большим скрипом – успеваемость у него была куда ниже средней. Поначалу он даже угодил в число худших учеников. Мама попыталась образумить сына:

– Стивен, всё-таки нехорошо, что ты в самом конце списка….

– Не волнуйся, мам! – преспокойно ответил он. – Другие ученики знают не больше моего.

В доме Хокингов всё дышало культурой. Было принято свободно разговаривать на любые темы. В этой семье в особом почёте были книги – читали даже за едой. Впрочем, в Хайгейте, где жили одни интеллектуалы, это никого не удивляло.

Однако в 1950 году Национальный институт медицинских исследований, где работал отец, перевели в новое здание на окраине города. Ездить туда каждый день через пол-Лондона было слишком утомительно, поэтому папа Фрэнк решил переехать в пригород, а в столицу приезжать только на работу. Семья поселилась в городке Сент-Олбанс, купив огромный дом в любимом викторианском стиле.

Когда-то здесь обитало богатое семейство с целой армией прислуги. Стивен вспоминал, что в буфетной висела старенькая доска, на которой загоралась лампочка – она показывала, из какой комнаты хозяева позвонили в колокольчик.

Хокинги не были такими толстосумами. Папа Фрэнк потратил на дом почти все деньги, так что ремонт был ему не по карману. Вот почему, не считая самых необходимых переделок, дом сохранил запущенный вид, в котором пребывал с давних пор. Таким он останется ещё на долгие годы.

Папа Фрэнк вырос в бедной семье и не очень-то любил раскошеливаться. Из экономии он даже отказался провести в дом центральное отопление. А зимы в Англии стояли прехолодные. Так что пришлось всем домочадцам (включая приёмного сына Эдварда) обзавестись печками и натягивать на себя сразу несколько толстых свитеров.

Стивен быстро освоился в заброшенном доме. По совету своей любимой кузины Сары, дочери одной из бесчисленных маминых сестëр, он выбрал себе крошечную комнатку в форме буквы «Г». Видимо, раньше там ютилась горничная. Из окна этой каморки можно было тайком вылезти на крышу пристройки, а оттуда спрыгнуть на землю. Неплохая лазейка!

Переехав, семья Хокингов сменила не только место жительства, но и круг общения. Некоторые привычки этой семьи книгочеев – например, чтение за едой – приводили соседей в полное недоумение. Хокинги прослыли семейкой со странностями. Доходило до того, что гости, желая завести самый обычный разговор, обращались к совсем юному Стивену – со стороны он казался единственным здравым человеком в доме.

Папа с мамой совсем не думали о внешних приличиях – им и дела не было, о чём судачат соседи. А вот Стивен, как это часто бывает у подростков, порой стеснялся некоторых чудачеств своих родителей. К примеру, когда семье понадобилась новая машина, отец решил купить старое лондонское такси – довоенную развалюху!

В саду отец со Стивеном соорудили так называемый гараж – жалкую лачугу из гофрированного железа. Её вид вызвал возмущение всей благопристойной публики в округе. А потом произошёл совсем вопиющий случай – родители купили у цыган пëструю кибитку и сделали из неё жилой прицеп для летнего отдыха на юге Англии. Отец догадался перекрасить его в зелёный цвет. Из армейских носилок, оставшихся с войны, он сколотил двухъярусные детские кроватки и установил их внутри фургона.

В пятидесятые годы семья проводила в этом домике на колесах каждый отпуск. Но однажды чиновники из совета графства, куда Хокинги регулярно ездили на отдых, приказали отцу убрать фургон. Узнав об этом, Стивен испытал приятное чувство облегчения.

А как-то раз ему посчастливилось провести целое лето на море. Папа Фрэнк должен был уехать на четыре месяца в Африку изучать тропические болезни. Мама, не желая оставаться одна с детьми, решила посетить свою подругу, которая жила на испанском острове Майорка. Там Изобель арендовала целый дом.

Для Стивена наступили весёлые деньки! Вместе с Уильямом, сыном маминой подруги, они с утра до вечера катались на парусной лодке и ныряли в море. Стивен совсем не скучал по новой школе в Сент-Олбансе, где не проучился и полугода. Это учебное заведение считалось женским, но, как ни странно, туда принимали и мальчиков до десяти лет.

Впрочем, учёбу Стивен не забросил. Отцом Уильяма был сам Роберт Грейвс – знаменитый поэт, писатель и знаток античных мифов. Он поручил своему ученику, молодому учёному, регулярно заниматься со Стивеном и Уильямом. Но того куда больше интересовали свои собственные сочинения. Он лишь задавал мальчишкам учить отрывки из Библии, утверждая, что это прекрасный способ подтянуть английский язык. Хоть библейские чтения и наводили скуку на Стивена, они не могли испортить радость от нежданных и долгих каникул.

Семья Хокингов собралась в полном составе в Лондоне как раз к началу грандиозного события, проходившего на берегу Темзы. Правительство хотело вселить надежду в сердца британцев – Фестиваль Британии был призван показать, что теперь, когда война позади, страну ждёт счастливое будущее. Эта выставка достижений архитектуры, промышленности и технологий произвела настоящий переворот в сознании Стивена. Он открыл для себя всё самое передовое в области науки и искусства.

Впрочем, на его школьных успехах это никак не отразилось. В английской системе образования того времени царила строгая иерархия – разделение детей по способностям. Учеников, не набравших нужный балл, безжалостно переводили на уровень ниже. Такой удар по самолюбию выдерживали не все – многие ученики окончательно теряли веру в себя.

Стивен никогда не гнался за оценками. В первом семестре учёбы в школе он еле-еле набирал минимальный балл, позволявший оставаться на первом уровне, где учились самые способные дети. А в конце учебного года он чудом избежал позорного перевода в класс для отстающих!