Чаще всего я перевожу мужчин во френд-зону еще на первой встрече, но иногда, если есть коннект, присматриваюсь. Вот, к примеру, к Алексею.

Алексей – до сих пор язык не поворачивается фамильярно называть его Лешей – был человеком серьезным, состоятельным и состоявшимся. Даже изданием владел, и не каким-нибудь «СПИД-инфо» или «Флирт», а журналом «Бурда» – первым европейским изданием, которое допустили к печати в СССР еще в восьмидесятых. Видимо, какие-то важные пиджаки из какого-то там комитета по цензуре. В общем, со всех сторон положительный персонаж лет тридцати, что мне, двадцатилетней, снова показалось слегка ту мач. Но других очевидных изъянов, кроме надвигающейся пенсии, не было, так что Алексею был дан желтый (пока не зеленый) свет. А он и сам не торопил – кажется, намерения у него были серьезные. Мой первый парень тогда куда-то слинял, и, чтобы не унывать, я придумала себе приключение. Так работает мой инстинкт самосохранения: не избегаю, а переключаюсь. Психология третьей волны, правда, настаивает, что это и есть избегание. Что ж, пусть будет так: как ни назови, суть прежняя.

Приключения я спланировала не с Алексеем, как вы могли подумать, а с подружкой Дайной. И решили мы поехать – да что уж мельчить, переехать – в Нью-Йорк. Вот так лихо: азарта мне, как вы, наверное, заметили, не занимать. А Алексей тут как тут: успеешь, говорит, в свою Америку, давай на выходные в Питер. И подружку бери. Как знал, куда нажимать: в Петербурге я была один раз, еще ребенком, ничего не запомнила. Как тут отказаться?

Пока мы с Дайной кумекали, как быть, Алексей прислал билеты на вечерний рейс. Не знаю, застали ли вы время, когда деревья были большими, а билеты на самолет – бумажными и продавались в специальных авиакассах. Я спрятала синие бумажки в паспорт и отправилась на свои унылые пары: приключения приключениями, а диплом по расписанию, чтобы бабушка в сервант поставила. Тем более тянуть библиотекарскую резину оставалось недолго.

Учились мы почему-то в здании Института научного атеизма на Володарского. Возвели его тут, думаю, волею чьего-то отменного чувства юмора: неподалеку от пристанища воинствующих атеистов сиял золотыми маковками храм. Такая вот борьба добра со злом на трехстах квадратных метрах.

В голове творилась полная неразбериха, и я придумала спросить, как быть, высшие силы. Нужен какой-то знак, какая-то подсказка. Зашла в храм, стала молиться – как умела, но истово. В том, что истина откроется прямо на службе, сомнений почему-то не возникало. Когда этого не произошло, я была жутко возмущена. Как так: пришла в храм, помолилась, а мне ничего не сказали? Это вообще что такое?

На выходе из храма я потянулась за карманным зеркальцем, чтобы проверить, преисполнилось ли от таинства хотя бы лицо, и не обнаружила в сумке билетов. Знаком пропажу почему-то не сочла. Алексей снова подсуетился: через час в моем кармане уже лежали билеты на ночной поезд. Делать нечего: отправились мы втроем в Петербург в СВ. Мы с Дайной – в одном, Алексей – в другом, максимально целомудренно. Заснуть не получилось: злилась на церковный беспредел.

Петербург встретил красивущим рассветом: ехали в такси, клевали носом в рассеянных оранжевых лучах. Остановиться решили в гостинице «Ленинград»: центр города, шведский стол – по тем временам полный люкс. Ну, не мы, конечно, решили – щедрым Алексей оказался человеком. И ничего, напомню, не ждал взамен – по крайней мере, в обозримом будущем.

На мосту Свободы меня буквально за секунду вырвала из полудремы картина сродни фантасмагориям Босха. Возвышающееся над Пироговской набережной здание полыхало совсем не рассветным заревом.

– Что происходит? – тревожно спрашиваю таксиста.

– Что-что, ваша гостиница горит!

Языки пламени охватывали этаж за этажом, и люди на моих глазах выпрыгивали из окон, как в жутких кадрах из башен-близнецов (их я, конечно, увидела много позже). Оказалось, пожарных лестниц нужной высоты не существовало, и спасателям на 7–9-й этажи было просто не попасть. В то багряное утро в беспощадном пламени сгорело заживо 16 человек. Не потеряй я билеты на самолет, заселись в отель накануне, могла бы оказаться в их числе: именно на одном из этих этажей находился наш трехкомнатный номер люкс. Тогда я все и поняла. Кажется, все выходные благодарила небесные силы и просила прощения, что не распознала их знак.

Урок номер двадцать два: будьте внимательнее к своим мыслям и чувствам – тогда и знаков свыше не понадобится.

А дома я обнаружила сидящего в подъезде будущего бывшего мужа: «Не могу без тебя жить, будь моей женой» и вот это все. Ну какой тут Нью-Йорк, Нью-Йорк? Билеты сдали, Дайна не обиделась, я зашла на новый виток созависимости.

Не отходя далеко, сразу урок номер двадцать три: не будьте мной.