А давайте-ка порассуждаем об изменах? Согласитесь, штука многогранная: физический контакт не обязателен. Для меня измена – это обесценивание партнера. По разным причинам. Одни недовольны сексуальной жизнью, другие просто примитивны: измены для них ничего не значат. Такое воспитание, такие ценности. Третий вариант, когда партнер влюбляется в другого человека, самый болезненный. Получается, я и в этом везунчик: за 30 лет отношений ни разу не чувствовала, что бывший муж любит другую. Скорее мы столкнулись с собственной незрелостью, неспособностью говорить о своих страхах, обидах и желаниях. Классно, что мы с моим вторым мужем, Сергеем, познакомились зрелыми людьми и вместе учимся говорить обо всем на свете. Но шишки набиваем все равно: жизнь прожить – не поле перейти. В общем, работаем, девочки и мальчики! А пока вернемся к изменам.
Как думаете, можно простить предательство? Я думаю, нет. По крайней мере, я не смогла. Сама идея прощения какая-то странная: кто мы такие, чтобы прощать или не прощать? Оставим эту привилегию небесным силам.
Итак, простить нельзя. Тогда как быть? Принять. Или не принять. Это мой урок номер девять.
Конечно, принятие – это долго и непросто: где ставить запятую в предложении «простить нельзя принять», я поняла только после развода. Чего точно не должно быть, так это игр в следопыта, публичных разоблачений, мести. Не по всем дисциплинам я отличница, но мудрость позволила мне сохранить в глазах окружающих имидж идеальной пары.
Не играть в детектива получилось сложнее. Было все, включая разбитый нос (не мой). А вы думали, я непорочная голубица? Естественно, кулаки шли в ход не на ровном месте: зверем я становлюсь, если втягивают в свои козни моих близких и детей. Тут меня не остановить: порву любую. Забавно, что такие девушки настолько заурядны, что легко сортируются по типажам – ничего мало-мальски интересного. Не верите? Тогда слушайте внимательно: сейчас квинтет женщин с низковатой социальной ответственностью исполнит для вас адюльтер-танго. Напоминаю: все герои выдуманы, совпадения случайны. Хотя… Ладно, занавес!* звучит тема Cell Block Tango из мюзикла «Чикаго».
«Знаете, у некоторых людей бывают дурацкие привычки, ужасно бесят. Берни постоянно заводил шарманку про свою длинноногую жену-красавицу. Как же я ненавидела эту мымру!
Делать было нечего, пришлось ей звонить: утром, вечером, в одно и то же время. Я молчала в трубку неделю, две, три, месяц. Надеюсь, ей было по-настоящему страшно. Но Берни почему-то не унимался: люблю, не могу, все дела. Тогда я стала колдовать: подклады, отвороты, привороты. А что еще мне было делать?!
Не знаю, как она меня вычислила, но однажды они заявились ко мне вдвоем. Берни молча наблюдал, как блондинистая мегера одной левой расквашивает мне нос на пороге моей же квартиры! Извергая фонтаны крови, – клянусь, как в фильмах Тарантино, – я дала себе слово: они еще пожалеют. Будут еще тут разыгрывать идеальную пару! Он сам нарвался».
«Босс был писаным красавчиком. А как шутил, как сорил купюрами, и не на ветер, а на меня! Я, естественно, влюбилась: валюта-то иностранная. У меня, правда, был муж. Ну как муж, сплошное недоразумение. На удачу, он пропадал в командировках, так что нашему с Берни блуду ничто не препятствовало.
И вот стою я на кухне, режу для Берни докторскую, никого не трогаю, как с криками врывается постылый муж: «Так ты спишь с актером?!» Он словно спятил, полез на Берни с кулаками и случайно напоролся на мой нож. Раз десять. Берни почему-то отказался от бутербродов. Ну и пусть катится со своей дылдой к черту».
«Я не искала отношений: у моих ног и так укладывались штабелями от Дмитровки до Малой Бронной, зачем себя ограничивать? Но Берни подкатывал настойчиво, обещал развестись со своей длинноногой мымрой. И я сдалась. А что еще мне было делать?!
И как-то, знаете, я его полюбила: человек искусства все-таки. Одна проблема – он все время пытался себя найти. Каждый вечер уходил на поиски и почему-то находил вместо смысла жизни Сюзанну, Инессу, Анжелу. Тогда я решила рассказать о нас желтой прессе, и мы расстались из-за художественных разногласий. Он сам нарвался!»
«Мы познакомились на Мальдивах, куда меня командировал мой щедрый спонсор. О том, что Берни там отдыхает вместе с семьей, он предусмотрительно умолчал. Потом мой меценат отпочковался, и мы с Берни не растерялись и быстренько съехались. Ну, так мне казалось. Он работал, приходил домой, я готовила ему что-нибудь погорячее. А потом узнала, что он лгал мне. О, он был не просто женат, у них было двое детей!
Как-то Берни вернулся с работы, я, как обычно, приготовила ему что-то с чем-то и сверху сахарная пудра. Он выпил стакан залпом и почему-то растянулся на персидском ковре, доставшемся мне в наследство от спонсора. Даже не знаю, может, некоторые парни не переносят мышьяк? А что еще мне было делать?!»
«Мы были не разлей вода: вместе в школу, вместе на тусовки, вместе в бассейн. Пока она не встретила Берни. Естественно, я дико ревновала белокурую предательницу. Однажды ее парень ни с того ни с сего завалился ко мне без приглашения. Завалился – это не метафора. А у меня в буфете завалялась (клянусь, совершенно случайно: ума не приложу, откуда взялась!) бутылочка горячительного. Она нас и сблизила. А что еще мне было делать?!
На следующий день на пороге возникла разъяренная подруга – сами понимаете, теперь уже бывшая. Ей-богу, думала, врежет. Берни точно схлопотал по первое число. Но он же сам нарвался!»