Милка бегала по бульвару с фантиками и искала Лёву. Его нигде не было. Но Милка знала, что он живёт в доме с тремя дворами, и побежала туда.

В первом дворе Лёвы не было. Во втором — тоже. А из третьего двора раздавались такие пронзительные звуки, что Милка побоялась идти.

К счастью, туда как раз шла почтальонша с сумкой. Милка осторожно пошла за ней.

В третьем дворе на высокой поленнице дров сидел Лёва и играл на губной гармонике. Милка помчалась к нему.

— Бери свои фантики, отдавай нашу черепаху! — крикнула она.

Лёва сыграл нечто неописуемое.

— Вспомнила черепаху! Я её на гармошку сменял.

— Её нельзя менять, она школьная!

— Здравствуйте! — сказал Лёва. — А раньше ты где была?

— Дома, — чистосердечно ответила Милка и рассказала, что у Кати было много школьных зверей и все они почему-то разбежались.

— Плохо ваше дело. Знаешь, что полагается за школьное имущество?

— Не знаю, — сказала Милка.

— В тюрьму посадят, — сказал Лёва.

Милка заморгала глазами.

— Придётся, видно, вас выручать. Скажи ещё спасибо, что на меня напали.

— Спасибо, — сказала Милка. Она разжала кулаки и ахнула: — А гайки нету! Всё время была!

— Ладно, обойдусь, — великодушно сказал Лёва. — Идём к Геньке.

И они побежали в соседний двор.

Геня сидел на балконе. На коленях у него лежала книжка, но он её не читал. Он обеими руками вцепился себе в волосы и тянул их кверху. И при этом дико хохотал.

Лёва крикнул:

— Геня, тащи сюда черепаху!

Геня перегнулся через перила и сказал, давясь от смеха:

— Сам себя за волосы из болота! С лошадью, понимаешь…

— Давай черепаху! — потребовал Лёва.

— А на что мне черепаха? — удивился Геня. — Мне за неё Валя Мюнхгаузена отдал. Барон, понимаешь, летел на ядре и как перескочит на другое!..

Геня опять захохотал. Милка всхлипнула.

Лёва сурово объяснил Гене, почему нужно вернуть черепаху, и бросил ему гармошку.

У Гени сделалось несчастное лицо.

— Слушай, девочка, мне только семь страниц осталось. Дай дочитать, а?

Но Лёва твёрдо сказал: «Нельзя», — и они пошли к Вале.