Следом за Тэррадайном они прошли по коридору к двери, ведущей в тронный зал. Тэррадайн собирался было открыть ее на полном ходу, не утруждая себя ожиданием приглашения или даже стуком, но на секунду задержался, оглянувшись на следовавшую за ним пару.

— Ждите здесь, отбросы — я зайду к отцу первым и говорить буду сам.

Почувствовав, что Каррас опять закипает, Мика плотнее прижалась к нему, спрятав лицо в широкой груди возлюбленного. Стражники безмолвно стояли вокруг, не смея вмешиваться в разборки господ.

Распахнув дверь, Тэррадайн вошел в тронный зал и закрыл ее за собой. Таронн был один, если не считать нескольких стражников, выстроившихся около поддерживавших потолок колонн. Он сидел, развалившись на своем троне, хмурым взглядом окинув вошедшего Тэррадайна.

— Отец. — начал было молодой дракон.

Но его тут же перебил грубый окрик.

— Ты мне не сын! — проревел владыка замка. — Ты ничтожество, ни на что не способное! Враги осаждают наши земли, а тебя даже поблизости нет! Где тебя демоны носили?!

— Я посещал земли вассалов с очередным облетом, и проводил досмотр дальних гарнизонов, — четко ответил Тэррадайн, стараясь унять растущий гнев.

— Ну, и как? Бордели всех гарнизонов его прошли?

— Я не был в борделях!

— С трудом верится! Потому что тогда ты бы знал, что наглые орки разбили лагерь в полтысячи рыл у самой нашей границы, и нападают на отряды Датиана, посланные нам по заданию Тамиты! А ты в это время чешешь брюхо непонятно где! Вон отсюда, вон! Бери боевой отряд, и чтобы ноги твоей не было в замке, пока вопрос с орками не будет решен!

Перестав орать Таронн вдруг недобро прищурился, пристально глядя на сына.

— И это уже последняя капля, Тэррадайн. Еще один залет, и на твое место сядет кто-то из более компетентных братьев.

По залу разнеслось тяжелое фырканье — это Тэррадайну перехватило дыхание от ярости. Кто-то могло означать только Карраса, который был на два года старше, но не считался наследником лишь потому, что полукровка. И Каррас сейчас стоит за дверью в тронный зал и отлично слышит эти яростные вопли. Стиснув кулаки, Тэррадайн сумел удержать себя в руках.

— А теперь отправляйся, — продолжил Таронн, — и докажи мне, что можешь сделать хоть что-то полезное. Чтобы я не боялся, что ты развалишь замок сразу же, как только я его тебе передам!

— Да, отец.

Поклонившись, Тэррадайн повернулся и двинулся к выходу. За его спиной Таронн с ворчанием вновь принял исходное расслабленное положение.

Выйдя в коридор, Тэррадайн тут же встретился взглядами с обоими советниками, ожидавшими своей аудиенции. Их глаза смотрели неестественно равнодушно, явно скрывая злорадство, от чего Тэррадайн снова начал закипать.

— Доволен, небось? — злобно спросил он Карраса.

— Больно оно мне надо.

— Смотри мне, — прошипел Тэррадайн, и заторопился прочь, чтобы не сорваться и не устроить скандал или драку, которые могли окончательно взбесить его раздраженного отца.

Вместо этого он сосредоточился на возникшей перед ним проблеме. Предстояло собрать войска, найти орков и уничтожить их.

Анна прибыла к Золотому дракону точно в назначенное время, и, как она и ожидала, заведение оказалось кафе для монстров , что еще больше усилило ее подозрительность и осторожность.

Подобные кафе тесно вплелись в местную культуру, став чем-то, что выносило мозг прогрессорам Содружества. Социальный фактор, который кафе оказывали на датианское общество, невозможно было втиснуть в рамки привычных взаимоотношений как бы не пытались это сделать аналитики и ученые-социологи, занимавшиеся проблематикой хищнической цивилизации.

В кафе ходили те из хищников, кто не мог или не хотел охотиться в Охотничьих Угодьях города. Здесь их ожидали заранее отобранные жертвы, кто нарушил закон или попал в долги, и тому подобное.

У этих заведений была сложная экономика, которую Анна не до конца понимала, потому что разбираться в ней не хотела. Она знала только, что хищники платили за право входа большие деньги, хоть это и не гарантировало, что они выйдут из кафе с полным брюхом. Причем посещали кафе для монстров не только хищники, но и жертвы! Добровольно и с песней, оплачивая свой собственный билет. Его стоимость была существенно меньше, и номер билета регистрировался в ежевечерней викторине, где участники могли рискнуть собой и выиграть баснословные деньги из призового пула, складывавшегося из денег хищников, проводивших вечер за столиками, ожидая, пока кто-то из Зеленых проиграет. И как не безумно это звучало для Анны, регулярно находились те, кто, кто шел на подобный риск. В заведении действовали особые законы, являвшиеся своеобразным вариантом правил Охотничьих Угодий. Попавшие в меню тут же лишались всех гражданских прав, невзирая на происхождение и социальный статус, становясь собственностью своего едока , и заканчивали свой жизненный путь в животе у хищника.

Конечно, Анна в жизни не переступила бы порог подобного места кроме как с огнеметом в руках, но Сэйдж надавил на самое больное, доказывая в очередной раз, что на каждую уловку жертвы найдется своя охотничья хитрость. Поэтому она, стиснув зубы, вылезла из машины, остановившейся у входа в заведение, за несколько минут до назначенного времени.

Женщина была одета в обычную уличную одежду, решив не устраивать Сэйджу праздник красоты. Чем ты красивее — тем ты аппетитнее — это правило с детства знала каждая девушка в Датиане, и Анне тоже пришлось его выучить. Она была одета в простые чистые и выглаженные темно-синие джинсы, рубашку и легкую куртку. Кобура с Ведомым на бедре отсутствовала, создавая неприятное ощущение пустоты, но это не значило, что у нее нет оружия. Анна шла на встречу с драконом вооруженная красотой и обаянием холодным расчетливым разумом.

— Я пошла, — буркнула она водителю.

— Удачи, мэм. Мы будем наготове.

Штурмовая группа будет находиться в фургоне на соседней улице, ожидая сигнала с тревожной кнопки, на случай, если дело пойдет совсем плохо. Но Анна не собиралась на нее нажимать. Она четко понимала, что это лишь самоуспокоение — перевес сил многократно в пользу врагов. С другой стороны.

— Помните, отвага, и решимость в бою могут стать серьезными факторами. Эти существа кажутся сильными и опасными, какими всегда предстают хищники перед жертвами. Но всегда нужно знать, что хищник не равно воин. Получив решительный отпор, который будет угрожать их жизни, они могут просто напросто струсить.

Анна не тешила себя иллюзиями — великий дракон не струсит перед обычным человеком. И все же прятала в кармане джинсов тревожную кнопку, как последний козырь.

Она подошла к входу, где толпилось множество желающих попасть внутрь. Как хищники, так и жертвы — все стояли в очереди, ожидая, пока их пропустят стоящие на входе охранники заведения. Причем жертв было раз в пять больше, чем, собственно, хищников. Очередь негромко гомонила, из-за дверей доносилась музыка. Анна протолкалась к дверям, бесцеремонно распихивая окружающих и вызывая недовольные окрики и раздраженное шипение.

— Анна Демора. Меня ждут, — грубо сказала она одному из охранников.

Рослый мускулистый тигр сверился со списком приглашенных и что-то прошептал в наушник. Менее чем через полминуты из-за двери выскочила нэко-официантка и, приветливо улыбнувшись Анне дежурной улыбкой, прощебетала:

— Добро пожаловать, госпожа! Господин Сэйдж уже ожидает Вас. Прошу следовать за мной.

Чертыхнувшись про себя, Анна последовала за ней в зал. Внутри играла тихая музыка, гости еще рассаживались за столиками. Скоро зал будет полон, двери закроются, и начнется веселье до утра, которое, возможно, переживут не все.

Официантка провела Анну на второй этаж по широкой лестнице, подошла к висящей поперек прохода бардовой шторе и отдернула в сторону, открывая проход в большой частный зал, и сделала движение рукой, приглашая Анну войти. Женщина настороженно вошла внутрь, и огляделась.

Перед ней предстала большая комната, в центре которой стоял большой круглый стол. Стульев не было, вместо них весь пол был усыпан подушками всевозможных размеров, чтобы кто угодно мог разместиться, невзирая на форму и объем тела. Свет был притушен, играла тихая музыка, ровно на такой громкости, чтобы заглушить доносившийся из-за стены гомон общего зала.

Сэйдж возлежал в своей антропоморфной форме на куче подушек, которые он сложил в некоторое подобие кресла. В полумраке блеснули его зубы, вероятно, это улыбка. А возможно и нет.

— Добро пожаловать, Анна! Проходи, присаживайся!

Анна замерла, не в силах пошевелиться. По ее спине пробежал холодок. Невзирая на то, сколько ужасов ей довелось повидать в своей жизни, мысль о том, чтобы сидеть на свидании с одним из них, вгоняла ее в ступор.

Думай о ней! Ты должна!

Анна заставила себя сделать шаг вперед, затем еще один. Она приблизилась к столику, войдя в круг света от висевшей под потолком лампы с конусообразным абажуром.

— Ты просто прекрасна, Анна, — сделал комплимент дракон, — я знал, что обязан пригласить тебя, и не ошибся.

Анна села на подушку как раз такой формы и размера, чтобы человеку было удобно сидеть за столиком. Подушку подготовили заранее — Сэйдж знал, что она придет.

Она сцепила руки, положив локти на стол, и уставилась на Сэйджа.

— Расслабься, Анна, — спокойно ответил тот. — Ты слишком напряжена, а ведь ничего плохого с тобой не случится.

Меня волнует не моя безопасность.

— Здесь ты можно курить, если ты хочешь.

Анна метнула на него подозрительный взгляд, затем потянулась за сигаретами. Быстро вытянув одну из пачки губами, она щелкнула зажигалкой, и действительно — после первой же затяжки и выпущенного клуба дыма напряжение отступило, Анна смогла прийти в себя и взглянуть на Сэйджа со своими обычными чувствами — раздражением и злобой.

Она чуть не закашлялась, когда увидела, как дракон с удовольствием тянет ноздрями сигаретный дым от ее сигареты.

— А-а-ах, прекрасно. Анна, ты замечательна во всем — прекрасно выглядишь, прекрасно пахнешь. У тебя восхитительный голос.

Ну, да, тоненькие голоски человеческих девушек не нравятся слуху таких ящеров, а грубый прокуренный голос взрослой женщины очень даже наоборот .

— У меня характер сволочной, — уведомила она своего кавалера.

— Это поправимо, — парировал тот, с улыбкой, не предвещавшей ничего хорошего.

Анна, уже немного успокоив себя привычным механическим действием — курением — отрешенно задумалась, как же Сэйдж поправляет характер своим жертвам.

Какая-нибудь зверская дрессировка , — решила она — А кто не поддается — на обеденный стол .

Зашуршала, отодвигаясь, штора, и в комнату зашла официантка. Она вкатила столик на колесиках, полный блюд и напитков. Девушка откупорила бутылку вина с драконом на этикетке и разлила багрового цвета содержимое по бокалам, после чего принялась выставлять тарелки на стол.

— Анна, — сказал Сэйдж, беря свой бокал, — я предлагаю выпить за нашу долгожданную встречу. А еще за твое здоровье и красоту.

Анна провела ладонью над своим бокалом, чтобы анализатор, спрятанный в кольце, украшавшем безымянный палец, определил наличие чего-либо не подходящего для ее организма.

И он определил! Сэйдж не заметил, как в глазах его гостьи зажглись крошечные огоньки. Включился дисплей, встроенный в хрусталики глаз Анны. На нем зажглись данные о содержимом напитка. Алкалоиды, психотропы, подавляющие действие ЦНС, угнетающие интеллект и когнитивные функции жертвы — Анна вовсе не была уверена, что ее модифицированный метаболизм выдержит подобное насилие над собой.

— Простите, я не пью, — она решительно отодвинула бокал с драконьим вином в сторону.

Подумав, Анна провела рукой и над тарелками.

— И не ем.

Кошечка-официантка растерянно поглядела на Сэйджа. Дракон хохотнул, забавляясь ситуацией. Он кивнул, и официантка шустро убрала все блюда и напитки Анны со стола, поменяв их на другие. Анна повторила пассы руками, и на этот раз анализатор промолчал.

— Магия? — поинтересовался Сэйдж.

— Ага. — солгала Анна.

— Ну, за Вас и Вашу красоту, дорогая Анна!

Они подняли бокалы. Сэйдж осушил свой практически одним залпом, Анна лишь пригубила, убедившись, что пьет обычное крепкое красное вино.

— Итак, чего вы хотите от меня? — нетерпеливо выпалила женщина.

— Давай перейдем на ты .

— Чего ты хочешь, Сэйдж?

— Я хочу тебя, Анна. С той самой первой встречи ты понравилась мне. Гордая, сильная, независимая — именно такая спутница должна быть у великого дракона, а не эти чахлые подобия женщин, которые живут в городе под защитой его законов! Ты умна, рассудительна, и в то же время в твоих глазах горит огонь, яростное пламя настоящего хищника.

Сэйдж наклонился к ней через столик и страстно зашептал громким хрипловатым шепотом.

— Соглашайся стать моей, и у тебя будет все, о чем только можно мечтать! Ты будешь в масле кататься, если только покоришься мне! У тебя будет слава, богатство, безопасность.

— В обмен на что?

— В обмен на твою покорность и любовь. Я хочу засыпать, чувствуя, как твое разгоряченное тело прижимается ко мне, просыпаться от твоей нежной ласки. Ты будешь сопровождать меня под руку во время выходов в высший свет, одетая в самое лучшее платье и украшения, и на плече у тебя будет мое клеймо, чтобы все видели, какая шикарная женщина мне досталась. Каждая ночь в нашей спальне будет жаркой и полной страсти, твое тело будет принадлежать лишь мне, Анна. И ты родишь мне детеныша, выносишь еще одного наследника моего рода! Твое тело достаточно здоровое и сильное, ты сможешь сделать это!

— Родить детеныша?! Разве это возможно? Мы же разных видов!

— В нашем мире это вполне возможно, Анна.

— Я не могу на это пойти, Сэйдж! — вскричала Анна. — У меня другая жизнь, обязанности перед моим народом, люди, которые ждут меня в моем мире. И я не собираюсь становиться твоей постельной игрушкой! Я не кукла, которую ты можешь купить, чтобы играть и хвастаться ею всем вокруг!