Приняв решение ему помочь, дракон двинулся в сторону вражеского строя. Он перемещался по земле, не пытаясь взлететь, рассчитывая массой сокрушить мелких существ. Вражеские солдаты принялись разбегаться перед ним, на пути дракона встало лишь около десятка самых стойких.

Тэррадайн вытянул лапу, обрушив удар на ближайшего воина. Орк инстинктивно попытался закрыться щитом, но увесистая лапа легко смяла его в лепешку вместе с доспехом. В дракона попало несколько стрел, но ни одна не смогла пробить толстой, защищенной природной магией и амулетом высшего порядка, чешуи. Тэррадайн попытался раздавить лапой еще одного воина орков. Тот поднял меч острием кверху, надеясь проткнуть кожу на лапе, но это ему не помогло — дракон ощутил лишь сильный укол боли, от которой дернулся и раздраженно зашипел. Следующего пехотинца он сбил боковым ударом лапы, опасаясь случайно получить мелкое, но ненужное ранение, от которого мог бы, например, захромать и лишиться части боевых возможностей.

Среди орков оказался пикинер с длинной пикой, имевшей железный наконечник. Пока Тэррадайн расправлялся с мечниками, пикинер попытался ударить его в грудь, но амулет защитил дракона, вспыхнув голубым светом и погасив силу удара. Не пробив чешую, лезвие бессильно соскользнуло в сторону, и через мгновение Тэррадайн смахнул пикинера в сторону, всего за несколько секунд уничтожив половину выступившего против него отряда.

Больше желающих попробовать Красного Хищника на прочность не оказалось, пространство вокруг дракона окончательно расчистилось, и кобольды смогли пробиться к предводителю орков. Теперь кобольд-командир, опытный мечник ветеран, атаковал вождя деревни, молодого и сильного орка. Кобольд носил кожаный доспех со стальными вставками. Он был вооружен мечом и щитом, произведенными из композитных материалов. Его противник противопоставил опыту и качественному снаряжению огромную силу и лютую свирепость. Вождь орков сражался с голым торсом, на руках и животе бугрились огромные мускулы. На груди висело ожерелье из ушей и пальцев поверженных врагов, а вооружен вождь был железным щитом и длинным двухметровым мечом с широким зазубренным лезвием. Противники как раз сошлись в поединке, и Тэррадайн замер, отвлекшись от боя и принявшись с интересом наблюдать, кто же именно победит.

Вождь орков с грозным ревом замахнулся огромным мечом. Кобольд предвидел этот удар, и тщательно закрылся щитом, сделав шаг назад, чтобы выйти за пределы досягаемости лезвия. Орк промахнулся, и ветеран войска Таронна перешел в контратаку. Для начала он нанес целую серию коротких слабых отвлекающих ударов, рассчитывая разболтать защиту противника, разбалансировать его, чтобы попытаться нанести точный смертельный удар. Невзирая на всю силу и череду побед, одержанных вождем орков в предыдущих сражениях, ему редко приходилось сражаться против по-настоящему тренированных и имеющих боевой опыт мечников, потому он либо не распознал намерения кобольда, либо попросту проигнорировал их, снова попытавшись нанести удар, замахнувшись мечом из-за плеча.

Кобольд принял удар на щит, затем движением руки отбил лезвие орочьего меча в сторону, открывая возможность приблизиться к цели. Простым обманным выпадом ветеран вынудил зеленокожего выставить щит в сторону, затем резко изменил направление удара и сильно ткнул лезвием меча орку в грудь, нанеся глубокую рану.

Орк отпрянул, взревев от боли. Тэррадайн одобрительно хмыкнул — подобный удар намертво свалил бы кобольда или волка, или большинство других низкоранговых хищников. Орки уже не раз оказывались физически более сильными и выносливыми, чем представители других рас, а этот, к тому же, был довольно крупным и сильным. Наблюдавший за схваткой дракон оценил как нанесенный удар, так и то, что орк перенес его, оставшись на ногах.

Впрочем, здоровье у орка было уже не то. Кровь хлестала из глубокой раны на груди, но вождь игнорировал боль. Рыча от ярости, он снова попытался достать кобольда, надеясь расквитаться за полученный болезненный и унизительный удар. Орк промахнулся, и ящер тут же ответил, но зеленокожий успел закрыться щитом, на котором удар лезвием заводской заточки оставил глубокую борозду.

Снова удар, и лезвия мечей со звоном скрестились. Кобольду нужно было скорее заканчивать поединок победой — орк, в конце концов, истечет кровью и рухнет без сил, но это будет потом, а пока ближайшие несколько минут он еще будет оставаться на ногах, поддерживаемый повышенной выносливостью своего организма и предельной яростью по отношению к напавшим на его деревню врагам. Ящер снова перешел в атаку, тщательно примеряясь нанести очередной сокрушительный удар, и на этот раз наученный горьким опытом противник закрылся щитом и отступил, решив не испытывать судьбу дважды.

На этот раз удар вышел рубящим. Снова вскрыв защиту противника несколькими обманными движениями, предводитель кобольдов полоснул орочьего вождя по торсу, поперек груди. На этот раз тяжелая рана и вызванный ею болевой шок опрокинули зеленокожего богатыря на землю, лезвие меча выскользнуло из слабеющих рук.

Это был конец, никто не придет побежденному вождю на помощь — все время, пока продолжался поединок, дракон находился рядом, с интересом наблюдая за кровавым развлечением, и приблизиться к нему, оставшись в живых, было решительно невозможно. А теперь еще и наседающие кобольды оттеснили поредевший строй орков дальше, окончательно лишив зеленокожего вождя шанса не то, что на победу, а и на спасение.

Командир кобольдов поклонился Тэррадайну, и тот благосклонно кивнул.

— Заканчивай! — глухо рыкнул дракон, давая понять, что не желает брать в плен бесполезных в качестве пищи или рабов дикарей.

Кобольд снова развернулся к противнику, перехватив меч обратным хватом. К его удивлению, вождь все еще пытался встать на ноги, нащупывая рукой рукоятку меча. Подтянув оружие к себе, орк с усилием поднялся в сидячее положение. Но это бесполезно — противник полностью здоров и полон сил, не считая некоторую усталость, вызванную длительным сражением. Новый удар меча пронзил грудь орка насквозь, противно хрустнули сломанные лезвием ребра. Меч снова выпал из руки вождя, испустившего предсмертный хрип, и когда ящер выдернул меч, орк завалился на спину, теперь уже мертвый.

— Хорошая работа! — довольно рявкнул Тэррадайн. — Как всегда, ты не подводишь меня, воин. Будь уверен, твои заслуги во время этой кампании не остались незамеченными!

— Спасибо, господин! — Кобольд благодарно поклонился снова.

Тэррадайн огляделся. Деревня пала, пеоны и женщины с детьми давно сбежали, воины орков отступали в лес, часть из них осталась прикрывать отход, став, фактически, смертниками, жертвующими собой, чтобы остальные их сородичи смогли спастись.

— Гоните орков до леса и убейте, сколько сможете! — распорядился дракон. — Потом возвращайтесь. Пусть твои воины заберут что хотят в захваченных домах. Я полечу к обозу и пожру че-нибудь, чтобы восстановить пламя. После этого вернусь и помогу вам сжигать деревню!

— Слушаюсь, мой господин! Все будет сделано, как вы приказали!

— Вот и отлично!

Взмахнув крыльями, Тэррадайн взмыл в воздух. Его участие бою больше не требовалось, с остатками сопротивления кобольды справятся и сами. Молодой наследник Таронна отправился отдыхать и восстанавливать силы перед обратной дорогой, твердо решив, что эта деревня — последняя. Прошедшей карательной экспедиции хватит, чтобы несколько поколений зеленокожих дикарей шепотом рассказывали своим детям ужасные сказки про драконов и их огненную ярость. По крайней мере, Тэррадайн на это надеялся. А завтра — домой. Хватит с него этих проклятых джунглей и этих зеленокожих, полусъедобных и противных на вкус дикарей. Пришла пора возвращаться в цивилизацию, к плодам которой молодой дракон, выросший уже в эпоху современного Датиана, привык с самого детства, и очень ценил.

Лениво взмахивая крыльями, молодой дракон парил в небесах, по пути домой наслаждаясь прохладным встречным ветерком. Изнурительный поход закончен! Наконец-то, позади недели ночевок под открытым небом, дожди и слякоть, плохая еда, колючие или ядовитые растения, постоянная опасность, зверье, орки и вонючие дикари. Тэррадайну осточертело это все до последней степени, и он сгорал от нетерпения оказаться дома, откиснуть в наполненном горячей водой бассейне, проглотить пару-тройку кроликов, чтобы утолить разыгравшийся голод.

Воинство кобольдов дракон оставил позади, приказав добираться домой собственными силами. Армия была достаточно многочисленна, чтобы ничего не бояться по пути домой. Командир отряда, опытный кобольд, в поединке одолевший орочьего вождя, получил от Тэррадайна публичную похвалу и обещание повышения. Наследник престола Таронна собирался полностью сдержать данное воину слово — авторитет среди бойцов дорого стоил, а благодарность командира превратится в верность. Офицер не забудет, кому обязан повышением, кто строгий с подчиненными, но справедливый командир. И, возможно, однажды этот авторитет придется обналичить. Великий Таронн, отец Тэррадайна, не вечен. Конечно, по человеческим меркам он может протянуть еще довольно долго, однако для долгоживущих драконов все может случиться уже скоро . И тогда потомкам предстоит делить наследство и, традиционно, право наследования, завещания, договора и различные юридические формальности соблюдаются не слишком строго, ведь всегда есть соблазн переиграть их в свою пользу, если ты силен и могуч, а за твоими плечами армия.

Тэррадайн был старшим из сыновей, чистокровного происхождения, рожденный от настоящей великой и высокородной драконицы. Невзирая на крутой нрав, отец все же не отступал от традиций, воспитав старшего сына как наследника и главного предводителя армии Таронна. Остальные потомки Великого Таронна тоже занимали различные важные посты, не только в самом замке, но и были рассеяны по всему региону Датиана, а также за его пределами. Как и Тэррадайн, они были чистой крови, и только Каррас, грязный полукровка, занимал слишком высокий для своего происхождения пост.

Карраса Тэррадайн не переносил. Тот выглядел не как настоящий дракон, вел себя, не как настоящий дракон. Он поддерживал ровные отношения со всеми в замке, вплоть до рядовых кобольдов и даже добычи. Отец сделал Карраса советником, сказав, что у полукровки есть мозги и талант . Тэррадайн про себя поклялся, что первое, что он сделает, став полноправным владельцем замка — убьет или, как минимум, изгонит проклятого выскочку.

После нескольких часов полета вдали показались земли Таронна, и вскоре стал виден и сам замок. Тэррадайн уверенно летел в его сторону по прямой линии, не утруждая себя отмечаться на пограничных пунктах. Появление неопознанного дракона вызвало кратковременный интерес со стороны пограничной охраны. Несколько раз к Тэррадайну приближались гарпии-стражницы и кобольды верхом на вивернах. Впрочем, они издалека опознавали принца, в основном по яркому красному гребню, и почтительно убирались с пути, возвращаясь обратно на посты.

Вскоре дракон ухнул вниз, на обширную посадочную площадку на крыше замка, в падении принимая антропоморфную форму. Многотонная туша мгновенно уменьшилась до размера примерно двух человеческих ростов. Лапы превратились в руки и ноги, длинные когти, способные рвать броню броневиков Содружества, стали длинными кривыми ногтями. Крылья тоже уменьшились, но их размера оставалось достаточно, чтобы продолжать удерживать Тэррадайна в воздухе. Расправив их резким взмахом, Тэррадайн затормозил падение, и плавно приземлился на каменный пол на глазах у стражников кобольдов, охранявших дверь на лестницу, ведущую в жилые помещения замка.

— Приветствуем Вас, господин! — вежливо склонились стражи, когда наследник престола приблизился к ним.

— Отец дома?

— Да, господин!

Это все, что нужно знать — дракон прошел мимо подобострастно согнувшихся стражей, не удостоив их лишним взглядом, и направился вниз. Спустившись в просторный холл, перед дверью ведущей в тронный зал он увидел ненавистного Карраса.

— Тэррадайн, ты вернулся! — сказал тот, жестом давая понять, что хочет поговорить.

Тэррадайн скрипнул зубами. Полукровка видел, как он подлетал к замку, и сразу поспешил сюда, чтобы перехватить молодого наследника до того, как тот войдет в тронный зал и встретится с отцом.

— Отвали! — раздраженно рыкнул чистокровный дракон.

— Послушай, нам надо поговорить! — этот жалкий слабак даже сложил руки в просящем жесте. Тьфу. — Случилось кое-что очень.

— Мне не о чем с тобой говорить, придурок! — теряя терпение, взревел Тэррадайн. — Все, что мне нужно сделать или узнать, мне скажет отец. Ты в качестве посредника нам НЕ НУЖЕН! Иди, займись чем-то более полезным, чем просто досаждать мне. И сойди, наконец, с дороги!

Тэррадайн махнул рукой, намереваясь отодвинуть Карраса в сторону, но тот привычно успел отступить назад и не получить тычка, который мог оттолкнуть его, а то и сбить с ног. Ссориться с братьями Каррас не любил, считая это непрактичным, поэтому, по возможности, избегал конфликтов. Зачем драться, когда делаешь одно дело? Разве не лучше объединить усилия?

Выбросив надоедливого полукровку из головы, Тэррадайн подошел к дверям в тронный зал и толкнул створки. Стража по обе стороны проема не остановила его, стучать наследник тоже не собирался, грохот и скрип отворяющихся дверей и без того разнесся по всему тронному залу, отец просто не мог не услышать его.

И действительно, когда Тэррадайн вошел Великий Таронн тут же принялся сверлить его пристальным взглядом.

— Отец.

— О, ты вернуться изволил?

— Да, отец, — покорно ответил Тэррадайн, насторожившись. По тону старшего дракона он понял, что Великий Таронн снова не в духе, и очень сильно. — Как ты и приказал, я разобрался с угрозой орков на западе нашего королевства. Я не только уничтожил тех, кто посмел напасть на посланников госпожи Тамиты, но отправился дальше, и разорил не меньше десятка их стойбищ, чем обезопасил наши земли, и заполучил признательность жителей тех деревень дикарей, которых орки угнетали.