Общение с Шаан давно уже принесло результат, о котором София и не подозревала. Зеленая нага не просто научила ее драться и выживать, и использовать оружие иномирных людей. Шаан показала ей совсем другой мир, в котором люди были не беспомощными перед хищниками, а сильными, способным защитить себя и тех, кто им дорог. В их мире, по ту сторону портала, люди убивали людоедов и дружили только с теми расами, которые не питались другими разумными существами. А боги и ангелы в их мире помогали людям, а не монстрам!

Мировоззрение девушки необратимо изменилось, и теперь порядки ее мира казались ей отвратительными. София с отвращением смотрела на экран, где ее персонаж все еще стояла на месте, колыхался только ее живот, и в наушники по-прежнему доносились крики, так сильно похожие на настоящие. Слишком живо София вспомнила весь безмерный ужас и жгучую боль, которые мог бы испытывать крестьянин, будь он настоящим, ведь она сама взаправду побывала там .

Это лишь игра, лишь кучка нарисованных пикселей. Это не по-настоящему, ты не сделала ничего такого. — мысленно убеждала она себя.

Тридцать секунд прошли, и нарисованный живот пропал, крики стихли, а параметры персонажа восстановились до максимальных значений. Но София все еще в прострации смотрела в экран, витая мыслями совсем в другом месте.

— София, ты заснула? — вернул ее в реальность голос Маркуса. — Что ты стоишь? Время идет, нужно играть!

Тряхнув головой, девушка отогнала прочь посторонние мысли, увиденные в роликах Шаан картины других миров, тревожные воспоминание об Умбре, и заставила себя вернуться к игре. Ее персонаж снова задвигался, и София кинулась догонять свою команду.

Но с этого момента игра уже шла не так, как раньше.

Вчетвером, синие вынесли стражей на одной из локаций с лутом, разжившись высокоуровневыми предметами, после чего отправились к месту появления следующего камня. София играла с внезапно возникшим, и вполне отчетливо ощущаемым отвращением. Веселье и задор от игры покинули ее, и теперь она уже не получала прежнего удовольствия. Второй раунд закончился со счетом 1:1

Ребята чертыхались, стараясь восстановиться после стычки. Танку и рейнджеру пришлось возрождаться на поляне, магу и клирику удалось уйти. Теперь команда пыталась снова собраться с силами, найти новые предметы для продолжения схватки.

— София, что ты делаешь? Зачем ты лечишься дорогущими зельями между схватками? Просто схавай кого-то из крестьян!

— Нет, — тихо процедила София сквозь зубы, продолжая закупаться зельями в магазинчике крипса.

В третьем раунде счет стал 2:1

Команды продолжали бороться, но София лишь машинально выполняла необходимые действия, и продолжала тратить золото на зелья для лечения, вместо того, чтобы купить что-то более нужное. Девушка с ненавистью смотрела, как лечатся ее товарищи по команде, вылавливая и проглатывая несчастных нпц. Это лишь игра.

Но воображение все сильнее рисовало картину, будто она там, в одной из этих деревень, среди паникующих и убегающих крестьян, женщин и детей. На нее надвигаются ревущие от ярости хищные кобольды, но у нее в руках автомат!

Четвертый раунд — 2:2

— София, соберись, а не то мы сейчас проиграем!

— Я стараюсь! — прошипела девушка.

Но, несмотря на старание, игра просто не шла. София вложила в последний решающий раунд все силы. Стороны дважды сходились в сражении за пятый рунный камень. Первый раз обеим командам пришлось отступить для восстановления сил. На второй попытке обе стороны бились до конца. Софии удалось снова найти внутренний задор — теперь им стала ненависть к хищникам, которую она выплеснула на персонажей вражеской команды. Последняя схватка стала эпичной — одетые в высокоуровневый шмот танки и рейнджеры противников схлестнулись в битве посреди поляны. Они вели в бой целые грозди призванных существ, от многочисленных, но слабых гоблинов, до могучих драконов. Маги обрушивали на сражающихся дождь смертоносных заклинаний, а клирики защищали и лечили своих бойцов. Маркус, Дэн, Питер и София сделали все, что могли, но красные в итоге вырвали последнее очко в поединке двух рыцарей, капитанов своих команд, которые одни остались на ногах в самом конце.

Счет в конце пятого раунда — 2:3 в пользу красной команды.

— Э-э-эх, а ведь реально могли бы выиграть! — сказал Дэн, вставая с кресла и потягиваясь. — Буквально чуть-чуть не хватило, потому что много денег на зелья кто-то спустил.

София пренебрежительно хмыкнула.

— София, это откуда взялась такая инновационная тактика? — не унимался нэко. — Если Тайли тебя этому научила, то дай ей затрещину, как к себе вернешься!

— Ну, хватит, Дэн! — одернул его Маркус.

Кот пожал плечами и отошел к Питеру и Пурртриции, а Маркус обнял хмурую Софию, погладив ее по шелковистым русым волосам.

— Не переживай ты так! Это просто игра. Мы же не на себя играли!

София вздрогнула, вспомнив гулявшие среди игроков слухи о подпольных турнирах, где команды Добычи играли против команд Хищников за безумные призовые деньги, рискуя стать обедом в случае поражения.

— Это не потому. — София вздохнула, и посмотрела Маркусу в глаза. — Я, наверное, больше не буду с вами играть в эту игру.

— Ч-что? — безмерно удивился парень. — Но почему? Тебе же вроде нравилось все время?

— А теперь не нравится! Признаться, эти кобольды резко стали вызывать блевотные позывы.

— Ого. Но, почему?

— Давай не будем об этом, хорошо? Мне просто резко перехотелось.

— Ла-адно. — озадаченно протянул Маркус.

— Прости, что я всю команду подвела.

— Забей. Раз тебе так сильно не хотелось, то сразу бы сказала.

— И что? Ты бы игру остановил?

— Ради тебя — да!

София смутилась и покраснела.

— Если современный парень готов прервать игру ради своей девушки — это значит, что он ее любит?

— Конечно! Я очень сильно тебя люблю! — ответил парень, и крепко поцеловал ее.

— Спасибо. Мне стало намного легче, — сообщила ему разомлевшая от ласки София.

— К черту игры! Пойдем гулять!

— Мы же не выиграли те сколько-то крон, на которые гулять собирались?

— Ну, и что? У меня еще есть. Идем!

Маркус схватил ее за руку и решительно повел к выходу из зала. Ребята побежали вниз по эскалатору, не дожидаясь, пока он довезет их на первый этаж. София была счастлива и, смущаясь, решила про себя, что сегодня готова целоваться с любимым в укромном уголке намного дольше, чем обычно.

Глава 51 часть 5. Встречи по вечерам 2

Меррил смело могла бы сказать, что она счастлива. Их с Феликсом встречи происходили каждые выходные, все то время, что Шаан и София проводили за пределами города. Меррил было неважно, чем занимались там ее соседки — едва только они исчезали за дверью, девушка сразу начинала звонить любимому. И Феликс никогда не разочаровывал, у него всегда находилось время, чтобы встретиться со своей девушкой.

Сильный, красивый и стройный нэко был лишь немного старше своей пассии. Он вырос в богатой семье, как большинство хищников Датиана, и учился в Метеоре на четвертом курсе. Парень всегда был хорошо одет, следил за собой, у него всегда водились деньги, которые ему не жалко было тратить на то, чтобы развлекать Меррил. Их любовь не пылала ярким огнем, словно в каких-нибудь девичьих книжках, а светилась ровным уверенным пламенем свечи, горящей в безветренном помещении.

В первый раз в своей жизни Меррил искренне решила, что у нее есть шанс, настоящая возможность вырваться из того душного окружения, в котором она родилась и росла. Всю сознательную жизнь проведя в многодетной семье, всегда будучи на грани, всегда будучи той, кого продадут, если вдруг родным понадобятся деньги — девушке постоянно приходилось тяжело. Да, для ее матери и братьев, как и для многих других взрослых в этом жестоком мире, не было ничего необычного в подобном отношении к собственной дочери или сестре. Многие животные сознательно бросают тех детенышей, которых не могут прокормить, чтобы остальное потомство выжило. Но как же больно быть именно той, которой предназначено стать этим брошенным детенышем, на кого не обращают внимания, жалеют материнской любви и заботы.

Когда-то Меррил надеялась, что это отношение изменится. Она оказалась умницей, прилежно училась и получала хорошие оценки в школе. В четырнадцать она достигла того возраста, когда ее стало законно продать в кафе для монстров, при условии, что она сама на это согласится. Разумеется, Меррил не собиралась этого делать, но в городе, в котором все вращалось вокруг поедания людей, существовало множество способов убедить строптивую Добычу дать добровольное согласие.

К счастью, на семейном совете мать и взрослые братья решили, что у девушки есть шанс стать кем-то, выучиться в Сакуре, получить образование и, благодаря ему, хорошую работу, которая принесет семье много денег. И Меррил оставили жизнь.

Девушка очень старалась. Она так надеялась, что теперь-то мать станет относиться к ней по-другому. Несчастная хотела получить всего лишь немного материнской любви и тепла, совсем чуть-чуть.

Но черствое сердце женщины, которой уже приходилось принимать тяжелые решения, Меррил растопить не смогла. Родная мать давно уже списала родное дитя, свыклась с этой мыслью, и теперь смотрела на Меррил, как на чужого, но чем-то обязанного ей человека. А Меррил, глядя в глаза матери, видела в них лишь холодный расчет.

Так девушка поняла, что со своего четырнадцатого дня рождения живет взаймы, что только обещание стать полезной для семьи, заработать много денег, сохраняет ей жизнь. Что стоит только оступиться, всего один раз, и она мигом окажется на блюде в каком-нибудь ресторане.

И, в последний раз вытерев горькие слезы, Меррил старательно училась, принося домой только хорошие оценки. Постоянный стресс тяжело влиял на человеческую девушку, одиночество среди многочисленных родственников угнетало ее.

И все же она смогла. Когда Меррил получила извещение о зачислении в Сакуру, у нее затряслись руки. В высшей школе будет опасно, но впервые девушка почувствовала, что у нее действительно есть шанс спастись. Она уже давно не надеялась на мать и братьев, понимая, что НИКОГДА не станет для них кем-то, кого стоит любить, родной дочерью или сестрой. Теперь ее учеба преследовала только одну цель — выжить.

Воображение рисовало будущее, в котором у нее будет денежная работа, она будет финансово обеспечена, чтобы не бояться. Она уже поняла, что мать или братья не станут любить ее даже в этом случае, но, хотя бы, угроза быть в любой момент сунутой в мешок и проданной на мясо — исчезнет. Избавиться от давящего чувства страха и начать дышать полной грудью — такова была мечта девушки, поступившей в Сакуру.

Увы, реальность быстро расставила все на места. Девушку, которую родные относили к категории на мясо , никогда особенно не учили выживать. Меррил не владела даже простейшими необходимыми навыками: не знала, как определить хвост за собой, как стряхнуть его, как прятаться, как убегать или защищаться. Если бы не Шаан, то первый же месяц в Сакуре стал бы для Меррил последним.

Сначала девушка не понимала, почему зеленая нага пощадила ее. Огромная хищница должна была питаться, чтобы расти большой и сильной. Чтобы прокормиться, ей нужно было охотиться куда чаще, чем остальным. Других охотниц, которые давно не ходили на охоту, можно было легко заметить — Голод имел почти физические проявления. Нервозность, раздражительность, рези в животе, буквально скручивавшие голодных хищниц пополам, подсознательные долгие взгляды вслед Зеленым девушкам — Шаан не проявляла ничего такого и вела себя так, словно питается травой, а не людьми.

Лишь со временем Меррил поняла, как невероятно ей повезло. Шаан исповедовала совсем другую философию, с почти религиозным рвением ненавидела других хищниц. Она учила, что существует возможность всем вместе жить так, чтобы никому не приходилось пожирать других, что хищникам Датиана и госпоже Защитнице нужно этого только захотеть. Постепенно Меррил начала чувствовать себя в настоящей безопасности рядом с Шаан, доверять ей. Особенно человеческую девушку впечатлил тот случай, когда Шаан подралась с Умброй, чтобы спасти Софию. Тогда Меррил по-настоящему всерьез начала воспринимать слова этой странной иномирной наги.

Шаан обещала Меррил защиту, как во время учебы, так и после. Она говорила обеим девушкам, что к тому времени, как они закончат учиться в Сакуре, Датиан станет совсем другим, что все изменится. Меррил все же не очень верила в том, что такое произойдет, и решила — на Шаан надейся, а сама не плошай! Она продолжала хорошо учиться, и даже помогала своим соседкам, и по-прежнему мечтала о том, что с хорошим образованием сумеет вырваться из того ужаса, в котором жила.

Поэтому, когда в ее жизни появился Феликс, Меррил влюбилась в него без памяти. Не потому, что была меркантильной, а потому, что парень-хищник из богатой семьи, который мог бы стать ее мужем, внушал чувство безопасности и защищенности. С деньгами его семьи ей точно не пришлось бы нуждаться. Они оба зарабатывали бы достаточно денег, чтобы не думать о безопасности, о том, что придется идти в кафе или охотничьи угодья. А их дети стали бы полукровками, Желтым рангом, пусть не самыми сильными среди всех, но все же сильнее большинства людей. Меррил могла бы жить счастливо и безопасно, реже оплакивать своих детей — что может быть лучше?

До него Меррил часто меняла парней, ни с кем не задерживаясь надолго. Шаан и София давно уже не следили за ее приключениями, кроме того у них имелись собственные дела — нага и ее подруга на выходных пропадали в охотничьих угодьях, не посвящая Меррил в подробности того, что они там делают. Шаан только слегка поворчала, узнав, что Меррил встречается с хищником, да еще и таким, кто учится в Метеоре, и имеет право на нее охотиться. Нага лишь предупредила Меррил о безопасности, и положилась на ее слово, что он нормальный .

Феликс же действительно не пытался охотиться на Меррил. Он сходу отмел ее предложение посмотреть Сакуру , завуалированную проверку на вшивость, на которой ранее засыпался другой парень-хищник, пытавшийся за ней ухаживать. Феликс даже отчитал девушку, напомнив о правилах безопасности и сказав, что такого делать не стоит. С тех пор они встречались только в городе, и каждое свидание было для Меррил волшебной сказкой.