Гонит Илья коня доброго:

– Поторапливай, милый Карюшко!

Заждались нас люди в Чернигове.

Умный конь как стрела летит.

Буйный ветер в ушах свистит.

Угадал Илья в Чернигов при ночных часах.

А ночь была кромешная, душная,

дорогу зарницы показывали.

Над городом туча погромыхивала.

Вкруг стен спят татаровье кучами,

не чуют беду неминучую.

С надворотной башни запел петух,

возвестил часы полуночные.

В этот знак из тучи ударил гром,

пролетела над татарами молния.

Илья говорит: – Мой час пришел,

настала служба великая.

На татар Илья как гроза упал,

накатился на татар, как девятый вал.

Долгомерное копье впереди летит,

самосильно шьет ряды татарские.

Тяжко да часто блещет меч,

непостижная мощь богатырских плеч.

Как совы ночные, как овечьи стада,

без ума и без памяти побежала Орда.

Ливень престрашный татар

в долину речную гонит,

полумертвых река

в тине и глине хоронит.

Кончилась ночь мятежная,

мятежная ночь, кромешная.

Сияет заря раноутренняя,

восходит солнышко красное.

Ключевою водой Илья умывается,

белым шитым платком утирается.

Тогда городу ворота отворилися,

идут к Илье люди – черниговцы,

творят Илье поклоны до лица земли,

подносят Ивановичу хлеб и соль,

еще зовут его в Чернигов воеводою.

Отвечал Илья мужам-черниговцам:

– Некогда мне здесь воеводити.

Расскажите дорогу до Киева,

ближнюю дорогу, прямоезжую.

Отвечают мужи-черниговцы:

– Нет на Киев прямоезжей дороги,

схватил дорогу Соловей-разбойник,

сидит на дубах, воюет.

Человека по дороге учует,

как змей зашипит да свистнет,

как медведь заревет, обранен.

Кому это услышать случится,

у того душа от тела отлучится.

Нет туда пути ни конному, ни пешему.

Только галки там летают бестолковые,

да вороны там суются пустопёрые.

Илья Муромец рассмехнулся:

– Я этой дорогой и поеду,

любопытствую Соловья послушать.

Полечу туда я с галками-трепалками

и с воронами с худыми, пустопёрыми.